Елена Федина – Сердце Малого Льва (страница 158)
На этот раз подскочил Льюис.
— Да вы что! — крикнул он, — этого не может быть! Мой отец…
— Твой отец скивр, — заявил ему Азол Кера, — точнее, самый гнусный из скивров. Двадцать лет назад он уже пытался отобрать у нас планету, и Сия ему тоже помогала. Тогда его звали Грэф. Ты, наверно, слышал эту историю?
— Неправда! — помотал головой Льюис.
Историю он слышал. Причем, в разных вариантах. В кабаках аппиры рассказывали одно, в книжках об этом писали другое, Анастелла говорила третье, а Герц прибавлял четвертое.
Но все ненавидели этого самого Грэфа.
— Неправда, — повторил он, стуча зубами.
— Пожалейте мальчишку, — вмешался Ричард Оорл, — он ни в чем не виноват. Он ни сном ни духом о планах своего папаши. Это ж очевидно!
— Ангелочек! — усмехнулся Нрис, — куда уж ему…
— Зато он здорово нам помог, — сказал Леций с явным облегчением, — сам того не ведая…
— Что значит помог? — нахмурился Ольгерд.
— Вы что, еще не поняли? — правитель обвел всех насмешливым взглядом, — совсем отупели с перепугу? Герц-то там!
— Толку-то от твоего Герца, — поморщился Конс, — если б кто-то другой остался…
— Вот и посмотрим, — сказал Леций, — чего стоит мой сын.
— Ты этого никогда не увидишь, — усмехнулся Нрис, — четыреста веков мы не проживем…
4
Ближе к вечеру Нрис и Кера вернулись из разведки. Они сказали, что километрах в пяти есть деревушка, жители ни черта по-аппирски не понимают, но вполне дружелюбные. Там, по крайней мере, можно переночевать.
— Держите! — Руэрто разломил на всех круглую лепешку, — наша первая добыча. Эй, парень, ты тоже держи.
Они посмотрели друг на друга. Льюис его, конечно, тихо ненавидел, но есть хотелось страшно.
— Спасибо, — сказал он, сразу отворачиваясь.
Древний хлеб оказался каким-то пресным и клейким. Воды, чтобы запить, не было.
Ручей тек довольно далеко, а принести воду было бы не в чем. Потрясающее было состояние. Ничего не было: ни ножа, ни кружки, ни компаса, ни зажигалки… Даже носилки для Риции пришлось делать голыми руками. Она слабо дышала и всё еще была без сознания.
— Они там не очень пугливые, эти местные жители? — спросил Конс.
— Да вроде нет, — пожал плечом Руэрто и насмешливо посмотрел на Льюиса, — если только наш малыш их не распугает своими красными штанами!
Все устало рассмеялись. Банты и юбку Льюис давно снял, лицо в ручье отмыл, но с блестящими, кричаще-красными штанами расстаться не мог, других ведь не было. Он чувствовал себя в них совершенно глупо, это не говоря о том, что он был просто несчастен из-за того, что узнал об отце.
— Не кисни, Лью, — похлопал его по плечу Азол Кера, — еще неизвестно, что этим васкам нравится.
Рицию положили на носилки и двинулись через лес в сторону деревушки. Густой ельник и бурелом скоро перешли в сосновый бор, подсвеченный заходящим солнцем, идти стало легко. Всё это напоминало родную Лесовию на далекой-предалекой Земле. Всё было странно, непонятно, неожиданно. И чудовищно, и жутко интересно одновременно. Льюис бодро шагал через могучие корни сосен, ему казалось, что он всю жизнь мечтал влипнуть в подобную историю, тем более с такой компанией. А безнадежность… он в нее не верил.
Прыгуны просто не могли пропасть! Они должны были что-то придумать!
— А где же море? — спросил он с любопытством, — ведь здесь же должен быть Менгр?
— Море, наверно, уползло, — пошутил Руэрто, — точнее, еще не приползло.
— Спросим у местных, — сказал Леций.
— Интересно на каком языке?
— На каком — на каком! Придумаем что-нибудь… жестами, например.
— И как ты будешь изображать море?!
Все снова рассмеялись. Самые страшные моменты были, кажется, позади.
— Потренируйся, — посоветовал Руэрто, — как ты им жестами объяснишь, что ты Верховый Правитель аппиров, который свалился сюда из далекого будущего по своей великой глупости, а мы — члены твоей Директории!
— Пока мы просто семь безоружных, голодных мужиков, — сказал Леций, — и одна больная девушка. Этого и объяснять не нужно.
Деревня показалась сразу после леса. Это были всего несколько бревенчатых домиков, обнесенных невысокими заборчиками. Вдали синел бесконечной полосой еще один, дальний лес. У Льюиса от такого пейзажа просто защемило сердце.
— Судя по заборам, житье у них довольно мирное, — предположил Леций.
— Ни полей, ни огородов, — добавил Кера, — скорее всего, охотники.
— Ну тогда им бояться нечего, — усмехнулся Конс, — перестреляют нас как медведей, и дело с концом.
Охотники оказались мирные. Семь безоружных мужиков с носилками, вышедших из леса, их, конечно, удивили, но никак не испугали. Скоро вся немногочисленная деревня собралась вокруг этих странных гостей, с любопытством их оглядывая и оживленно переговариваясь.
Сами жители оказались вполне обычные, широколицые, скуластые, со светлыми, зеленовато-желтыми глазами и рыжиной в волосах. Одеты они были в полотняные вышитые рубахи и меха, на женщинах, довольно рослых и пышнотелых, висели деревянные украшения, а детишки вообще бегали голышом. Льюис чуть не провалился сквозь землю в своих красных штанах, так насмешливо на него смотрели местные красавицы.
Разговора жестами как-то не получалось. Старейшина сказал, что он Дибагор, Леций сказал, что он Леций. На том их понимание и кончилось. Ольгерд перепробовал все языки, которые выучил благодаря своим раскопкам, но этот маленький лесной народ вряд ли имел родство с империей царицы Нормаах.
Льюис с любопытством оглядывался по сторонам. Не каждому выпадает вот так, в живую, увидеть далекое прошлое! Удивительно, что оно было совсем как настоящее. Так же синело перед сумерками небо, так же пахло травой, так же дорожная пыль облепляла сапоги, и так же хотелось есть.
Домики были все разные, они стояли кружком, как в хороводе, в самом центре было большое костровище под крышей, окруженное деревянными идолами, как ни странно в виде львов. Лето, теплое солнце, сосновый бор, сказочная деревенька… нет, ему всё еще казалось, что он спит.
Тем временем толпа расступилась. Охотники почтительно вывели вперед пожилую женщину, очень худую по сравнению с другими и похожую на седую косматую ведьму. Ее серое платье-рубаха было подпоясано вышитым передником, на шее висели ожерелья из желудей и засохших рябиновых ягод, глаза были очень глубокие, какие-то лесные. Она вся была лесная.
— Элгира, — сказал старейшина.
Взгляд ее остановился на каждом из гостей, прежде, чем она заговорила. Странно заговорила: язык был всё тот же, но Льюис с изумлением понял, что понимает ее вопрос.
Лесная ведьма спрашивала, чего хотят пришельцы.
— Переночевать, — сказал Леций, он тоже ее понял.
— Вы приплыли по морю?
— Нет. Мы из будущего.
— Пусть твои друзья отойдут. Они мешают мне слышать твои мысли. Я не поняла ответа.
Друзья и Льюис в том числе отошли на два шага.
— Мне трудно объяснить, откуда мы, — сказал Леций, — мы даже не знаем, где мы находимся. Вы поможете нам?
— Вы не злые. Мы накормим вас и оставим на ночь. Сейчас мы решим, кто у кого остановится. Тебя и твою дочь я возьму к себе. Не отчаивайся, она не умрет.
Ольгерд облегченно вздохнул, он сидел возле носилок и держал Рицию за руку.
— Вы хотите разместить нас отдельно? — спросил Леций.
— Конечно. Дома у нас не просторные.
— Нас нельзя разделять. Это очень важно. Мы согласны на любую тесноту.
Элгира долго смотрела на него своими желто-зелеными лесными глазами, потом снова обвела всех взглядом.
— Я поняла, — согласно кивнула она, — я возьму вас всех.
Она повернулась к Дибагору и своим сородичам и заговорила с ними.
— Хоть тут повезло, — заметил Руэрто, — не подкачали предки.