Елена Федина – Сердце Малого Льва (страница 149)

— Отойди, придурок! — еще раз рявкнул он, — я кому сказал!

Фальг медленно отошел к окну.

— Вот так-то! Это мой мальчишка. И моя женщина, Ривааль!

— Выбрось свою игрушку, — сказал Ричард, защищаясь в белой сфере, — или ты думаешь, что она работает?

— Это не игрушка, мерзкий аппир! — заявил лисвис, — и сейчас с тобой будет то же самое, что и с твоим поганым внуком!

— Тебя обманули, Проконсул, — усмехнулся Ричард, — ни одна ваша трубка больше не действует. Рой не такой дурак, чтобы оставлять в ваших руках столько оружия. Вы старались только для него одного.

— Не действует? — квадратное лицо Проконсула стало прямоугольным, так у него отвисла челюсть, — что ты несешь?!

Он направил дуло на аквариум с рыбками и выстрелил. Ричард смотрел с усмешкой, но через секунду у него похолодела от пота спина: рыбки застыли как на стоп-кадре.

Рассогласователь работал! Видимо, тот самый, из первых тех образцов, что Эдгар оставил в сейфе. На него, как оказалось, пульт не действовал. Всё это было бы хорошо, очень даже удачно, не стой Ричард сейчас под прицелом.

Он взглянул на Фальга. Тот был вне зоны попадания, почти за спиной у Бугурвааля, и моргал своими выпученными желтыми глазами.

— Ну что? — ухмыльнулся лисвис, — теперь поговорим?

Это была его ошибка. Если б он выстрелил мгновенно, то успел бы застать Прыгуна врасплох. Но он хотел поговорить! Они напряженно и с ненавистью смотрели друг на друга.

Ричард мог телепортировать в любую секунду, так же как тот мог нажать на кнопку. Вопрос был только в том, кто быстрее.

Такого жуткого напряжения Ричард давно не испытывал. Казалось бы, и жизнь кончилась, и терять ему нечего, разве что рыбалку на Сонном озере, но слишком много от него сейчас зависело. В любую секунду готовый к прыжку, он лихорадочно соображал, как ему не упустить при этом мальчишку и, возможно, единственный действующий экземпляр рассогласователя.

— Поговорим, — сказал он, глядя в черную дыру хищного дула и понимая теперь, что чувствовал Эдгар в свои последние секунды.

— Где Кантинавээла? Что вы с ней сделали?

— Кантина вышла замуж за Эдгара Оорла.

— Врешь! Так не бывает! Где это видано, чтобы аппиры женились на лисвийках!

— Они были любовниками еще двадцать лет назад в этом самом храме.

— Ты всё врешь, подлый аппир! Твой Эдгар Оорл уже никогда не будет ее любовником.

Он стоит и подпирает небо! А сейчас за ним последуешь и ты!

Ричард понял, что времени у него больше нет, слишком разъярен был лисвис. Палец его на красной кнопке неуловимо напрягся, но в следующее мгновенье всё его грузное тело почему-то вздрогнуло и осело, и без того бешеные глаза совсем выпучились. Он выстрелил, но в Ричарда не попал, потому что уже согнулся в три погибели и завертелся винтом. Потом заревел как медведь и свалился на пол.

За спиной у него стоял Фальг в своем безразмерном синем термостате. В руке у него блестел окровавленный желтой лисвийской кровью кинжал.

— Всё, Ривааль, — сказал он деловито, — не бойтесь.

Ричард просто осел на ближайший стул от такой картины. В голове не укладывалось, что этот пацан только что шмыгал носом!

— Ты что наделал?

— А что?

— Ты убил Проконсула Вилиалы, парень.

— Я б давно его убил, только куда бы я потом делся?

— Вот и выступай потом за невмешательство в чужое развитие! — нервно усмехнулся Ричард.

Фальг резко наклонился и вырвал рассогласователь из коченеющей руки Проконсула.

— Нам это пригодится, Ривааль?

— Конечно. Еще как пригодится.

— Не теряйте времени, — посоветовал жрец, — отпаивая обоих крепким чаем из болотных трав, — мало ли что. Эдгар промешкал, и что вышло?

За окном стояла поздняя, растерзанная холодом ночь.

— Я бы хотел взглянуть на него, — сказал Ричард с тяжелым сердцем, он знал, что зрелище будет не из легких.

— Зачем тебе это надо? — покачал головой Нур, — ты не сможешь ни поговорить с ним, ни забрать его, ни даже подойти к нему близко. Воздух тоже окаменел.

— Я должен увидеть своего внука.

— Я тоже! — встрял Фальг, — я хочу к Эдваалю!

— Помолчи, цареубийца, — отмахнулся от него Нур, но посмотрел на отпрыска своей жрицы с одобрением.

— Я должен, — повторил Ричард.

— Так ведь темно.

— Вижу, не слепой. Мы подождем до утра. Надеюсь, ты нас не выгонишь?

Рано утром они выкатили модуль из сарая и взяли все вещи с собой, чтобы не возвращаться уже в домик колдуна. Модуль летел минут двадцать, рассекая малиновые рассветные облака.

— Я искал его долго, — рассказывал жрец, — дней десять. Всю округу обшарил на низком полете. К счастью, комбинезон у него ярко-красный, на желтой траве хорошо виден…

Тяжко было всё это слушать. Еще тяжелее было выйти из модуля и увидеть. Эдгар одиноко стоял на высокогорном просторе, широко расставив ноги и скрестив на груди руки.

Лицо его было напряженным, глаза прищуренными, волосы слегка растрепаны ветром. По его взгляду можно было определить, где стоял Рой, где было то черное, зловещее дуло, в которое Эдгар перед смертью смотрел.

Ричард натолкнулся на невидимый шар застывшего воздуха. Он стукнул в него кулаками, сначала тихо, потом всё сильнее и сильнее… потом он опустился на колени и уткнулся в холодную землю лбом. Шар был непробиваем. И в нем стоял его внук, его маленький мальчик, замороженный в глыбу льда.

Квартирка у Кси состояла из одной комнаты, в ней же располагалась кухня, из мебели были только диван и широкий стол, но котором было навалено все, что можно. Перед его выпиской Зела привезла пылесос и хоть немного привела в прядок это запущенное жилище гения.

— Ну как? — спросила она с гордостью.

Ей было уютно и спокойно здесь, и ничуть не раздражали ни бедность, ни теснота, ни творческий бардак.

— Чисто, — заметил Кси.

— Ты не представляешь, сколько я отсюда вывезла!

— Хорошо, что не ввезла. Мне ничего лишнего не надо.

— Пара кресел бы не помешала.

— Ла, если ты начнешь с кресел, ты закончишь антикварным гарнитуром, последней моделью монокара, роботом, светообоями… а потом и эту комнату поменяешь на виллу у моря.

— А ты, как всегда, ничего от меня не хочешь, — вздохнула она.

— Хочу, — сказал он.

— В самом деле?! — изумилась она, — чего же?

— Чтобы ты сыграла в моей пьесе.

— Кси! — она разочарованно отвернулась, — опять я для тебя только муза?

— Послушай, — он снял куртку и сел на диван, — у тебя в жизни было столько мужчин, которые что-то от тебя хотели! Неужели тебе это еще не надоело?

— Они — это не ты, — грустно улыбнулась она, — ты совсем другое дело, Кси.

— Это я знаю. Я гений!

Зела задвинула занавески и включила свет. Заварила чай, разогрела слоеные пирожки в печке, сполоснула запылившиеся чашки. Ей нравились все эти немудреные действия, нравилось чувствовать себя другой, совсем простой женщиной, которой ничего не надо и от которой другим тоже ничего не надо.