Елена Федина – Призрак Малого Льва (страница 77)

«Очевидно, у них других проблем просто нет», — подумал Ричард, — «да и откуда им взяться в таком раю?»

Овх прочел его мысль и заметил недовольно:

— Ты рассуждаешь, как эрх. Эрхи думают, что своей муравьиной возней и грубым исследованием материи они добьются дальнейшего просветления. А мы считаем, что каждый в отдельности должен укреплять в себе дух и силу воли.

Они сидели в плетеных креслах, Ричард жадно пил из глиняной кружки ключевую воду. Его собеседник без шлема и лат оказался лысеющим стариком с крепким, накачанным телом и волевым лицом.

— Я думаю, оба пути ведут к одной цели, — заметил Ричард.

— Что ты можешь об этом знать? — усмехнулся Овх, — для тебя даже не очевидно, что надо стремиться к просветлению.

— Да, не очевидно, — согласился Ричард, — я конкретен, я считаю, что надо прежде всего навести порядок в окружающем меня мире. По мере сил, конечно.

— Ты недальновиден.

— Возможно.

— И слишком привязан к своему плотному миру.

— Не могу отрицать.

— Но ты ведь черный тигр, ты должен этим гордиться.

— Не сомневайся, я горжусь.

— А ты знаешь, — Овх посмотрел на него многозначительно, — что только Плавру Вечному Бою, нашему Великому Воину, удалось выйти в мир эсмайлов? Ни одному эрху это еще не удалось. Так кто на правильном пути, Серый Коготь?

— Это слишком сложный вопрос для меня, — признался Ричард, про эсмайлов он слышал впервые, — у меня свои суетные вопросы.

— Что ж, — снисходительно кивнул Овх, — ты хорошо дерешься, но ты не готов к серьезному разговору. Я слушаю тебя.

— Меня интересует Магуста, — сказал Ричард, — если ты ничего не слышал о ней, то, возможно, знаешь, к кому мне обратиться.

— К эрхам, — коротко ответил Быстрый Меч, — Магуста — это их проблема.

В это время в хижину вошел высокий кудрявый воин, красавец в золотых латах. Он застыл в дверях, широко улыбнулся, потом подошел к столу и выпил воды. Ричард как-то сразу распознал в нем своего давешнего соперника. Энергия его была почти на нуле, в режиме «красного костра».

— Ну и здоров ты, новенький, — весело заявил он, — но я бы тебя завалил, если б не твой лимон! Тьфу, до сих пор во рту кисло…

— Я тебя на бой не вызывал, — хмуро отозвался Ричард.

— А меня никто не вызывает, — самодовольно заявил Токли, — меня все боятся. Правда, Меч?

— Зачем ты пришел? — строго спросил Овх.

— Как зачем? Посмотреть на этого парня. Сказать ему, что он не прав, и я просто так не сдаюсь. Может, сразимся теперь на мечах, котенок?

— Я мечом не владею.

— Тогда на шпагах?

— Шпагой тоже.

— Да ты тихоня? То-то, я смотрю, в яйцо забрался!

— Помолчи, Токли, — перебил его Овх, — у нас деловой разговор.

— Ладно. Я подожду его во дворе.

Когда он вышел, стало блаженно тихо. Ричард какое-то время молчал, собираясь с мыслями.

— В плотном мире Магуста пожирает гуманоидов, — сказал он, — а потом создает из них полевых призраков.

— Вот видишь, — назидательно ответил Овх, — к чему приводит грубое вмешательство эрхов в материю.

— Этой твари не меньше трех тысячелетий. Почему они не могли за это время исправить свою ошибку?

— Потому что это не ошибка. Магуста перемалывает ваш плотный мир в тонкий. Таким образом эрхи борются за ваше просветление.

— Эрхи не так глупы, — возразил Ричард, — эта тварь многомерна и, в конце концов, начнет перемалывать их самих. Насколько я понял, ее цель — не столько перестройка материи, сколько создание всеобщего сверхсознания.

— Я не собираюсь отвечать за их мышиную возню, — поморщился Быстрый Меч, — обратись к эрхам, лучше всего — к специалистам по плотным мирам.

— А конкретнее?

— Отправляйся в замок Маррот. Оттуда они сами тебя направят, к кому следует.

— Спасибо, Овх. Только как мне туда добраться?

— Всему надо учить эту молодежь! — вздохнул хозяин и поднялся, — пойдем.

Во дворе на ступеньках крыльца сидел Токли.

— Ну что, сразимся? — вызывающе посмотрел он на Ричарда.

Ричард поморщился.

— Ток, проводи Серого Когтя в замок Маррот. Только не задерживайся там, впустую потратишь время.

Глубокий След поднялся, вздохнул разочарованно и почесал затылок, очень напоминая в этот момент кота, который задней лапой скребет за ухом.

— Ну что ж… Пошли что ли?

Полет через вселенную Ричарда ошеломил. Он привык это делать на корабле и знал все сложности этого мероприятия. Здесь никакой техники не требовалось, была только крепкая рука Токли и безумная скорость. Чем-то это напоминало компьютерную игру, которую разработчики создали в состоянии глубокого наркотического транса.

Власть над миром, вот, что он почувствовал, проносясь от звезды к звезде и не ощущая даже ветра, словно он покоился как абсолют, а вселенная проносилась мимо.

Замок Маррот висел в пространстве, не привязанный ни к одной планете. Сложная центрально-симметричная конструкция сверкала золотыми гранями посреди звездного крошева. Токли остановился возле огромных закрытых шлюзов.

— Дальше не пойду. Маррот черных тигров терпеть не может.

— Она здесь? — удивился Ричард.

— Где же ей быть?

— Лет десять назад она говорила, что не будет больше заниматься ни плотными, ни параллельными мирами. Кажется, ее последним увлечением было исследование эмоций.

— Эти эрхи исследуют все, что ни попадя, — усмехнулся Токли, — им все хочется разобрать по кирпичикам… но Маррот прекрасна, за это ей можно простить все. Даже Великий Воин пускает ее в свои покои!

— Я тоже красивей женщины не видел, — улыбнулся Ричард.

— А ты что, с ней знаком? — спросил Токли с неуловимым оттенком ревности.

— Кто же не знает прекрасную Маррот, — ушел от конфликта Ричард, ему показалось, что воинственный тигр снова хочет вызвать его на бой, на этот раз за прекрасную даму.

— Ладно, — вздохнул Токли, — мне пора. Овх велел не задерживаться.

— Спасибо тебе.

— Не за что. Вернешься — сразимся.

— Это уж непременно. Когда-нибудь сразимся.

С боевым кличем Токли растворился в звездном крошеве. Ричард остался один перед огромными закрытыми шлюзами, мысленно взывая к Маррот. Почему-то он не ожидал, что увидит ее.

Особой любви между ними не было. Ричард не мог смириться с тем, что она выдавала себя за Зелу, в то время как Зела томилась у Тостры. Она просто переступила через обычную аппирскую женщину, считая себя много выше. Ольгерд ничего не хотел слышать. Он вцепился в свою богиню, несмотря на доводы отца. И ему понадобилось десять долгих лет, чтобы понять всю безнадежность своего выбора.

Ольгерд часто признавался, что его поражает высокомерие эрхов, и их полная уверенность в собственной непогрешимости. Они никогда не принимали его за своего и считали несовершенным, хотя сами тоже были белыми тиграми, когда-то отделившимися и никого не пускающими в свой мир. Эрхи изучали другие миры, но к себе пускали с неохотой.