Елена Федина – Призрак Малого Льва (страница 182)

— Теперь, когда мы закончили с делами, — сказал Ричард, — можно личный вопрос?

Леций давно ждал этого разговора, поэтому спокойно кивнул.

— Можно.

У него были противоречивые чувства к Ричарду Оорлу. От восхищения и благодарности до какой-то глубинной, подсознательной зависти и обиды. Это был друг и соперник в одном лице. Именно поэтому его не хотелось ни о чем просить. И именно поэтому просить было возможно только его. Он серьезно посмотрел на Леция.

— Что у тебя с моей дочерью?

Папка была у него. И всё опять зависело от него. Как двадцать лет назад. Леций не хотел вспоминать эту историю, но она, как будто, повторялась. И тут же напомнили о себе обида и неприязнь. Это было досадно. Из союзников они снова превращались в соперников.

— Надеюсь, ты не собираешься опять ставить мне условия? — усмехнулся он, — учти, на этот раз я выберу Ингерду.

— Это ваше с ней дело, — пожал плечом Оорл, — просто парень дергается, и я хочу знать, что происходит.

Его спокойствие несколько удивило. Внизу уже показался Радужный. Слева по курсу лежало зеркальное Сонное озеро в зеленой оправе сосен.

— Мы женимся, — сказал Леций.

— Даже так?

— А Эдгара хотим взять с собой.

После этой фразы Оорл как-то весь подобрался, как тигр перед прыжком. Брови его сдвинулись над сверкнувшими глазами.

— Что значит, с собой?

Ингерду он сдал без боя, но, как оказалось, радоваться было рано. Появилось новое яблоко раздора. Эдгар. И это, конечно, надо было предвидеть.

Леций выдержал его взгляд.

— Почему нет?

— Как это, почему? У него совсем другие планы. Мы скоро вернемся с ним на Вилиалу.

— Возможно, на Пьелле ему тоже понравится?

— Что там может понравиться?!

Они опустились на стоянку, но разговор был не окончен. Оба сидели на местах и напряженно смотрели друг на друга.

— Послушай, Леций, — хмуро сказал Оорл своим невыносимым тоном, — нам не время сейчас ссориться. Я отдаю тебе свою дочь, отправляйся с ней куда хочешь. Но оставь в покое моего внука. Он мой, понятно? Я вырастил его. И я его воспитал. В нем всё мое. Мы понимаем друг друга с полуслова. А тебе-то он зачем?

— Ты же прекрасно знаешь цену своему парню, — ответил Леций, — он мне нравится. Я сделал из него тигра. Я сделаю из него Прыгуна. Я люблю его мать. И если б не ты… он вполне мог бы быть моим сыном.

— Да, я знаю цену моему парню, — раздраженно сказал Ричард, — и вы оба его не стоите: ни ты, ни твоя упрямая жена. Где вы были, когда мы с Зелой растили его? Она не вспоминала о нем, а ты даже не знал о его существовании.

— Знал.

— Не важно. Где вы оба были? Почему не могли разобраться до сих пор в своих отношениях? А теперь объявляют: мы женимся! И хотим готовенького взрослого сына! Мы его, оказывается, любим!

— Ты прав, — хмуро согласился Леций, — я ничего не дал ему в детстве. Но я многое могу дать ему сейчас.

— Ты уверен, что ему это нужно?

— Может быть, спросим его самого?

Ричард не ответил. Он вышел и хлопнул дверью, не дожидаясь, пока она сама закроется. Папка осталась на сиденье. Леций взял ее. Он шел следом по влажной от дождя дорожке. Он уже понял, что Оорл не будет ему мешать, видя его ссутуленные плечи. На пороге они оба остановились.

— Как видно, ты явился обобрать меня до нитки, — горько усмехнулся Ричард, — сына ты давно у меня выкрал, теперь хочешь дочь, да еще и внука. Не многовато ли?

— Я знаю, тебе не за что меня любить.

— Это верно. Ты мне никогда не нравился. Но в одном ты прав: Эдгар должен сам решать, с кем ему остаться. Не маленький.

В этот момент Леций понял, что парень никуда не денется от такого деда, и глупо было даже надеяться на это.

— Спасибо, Ричард, — сказал он.

Они вошли в дом. Эдгара еще не было. Ингерда спустилась вниз по лестнице и вопросительно посмотрела на обоих. В глазах застыла тревога и беспокойство.

— Ты нам что-нибудь приготовила? — спросил Ричард, как ни в чем не бывало.

— Я? — изумилась она.

— А кто же? Для замужней женщины это вполне нормально.

Ингерда смутилась и даже немного покраснела.

— Папа…

— Ладно, — отмахнулся он, — я сам вас накормлю. Учти, Леций, эта женщина терпеть не может кухню.

— Ничего, — Леций обнял ее и поцеловал в рыжие волосы, — у нее будут слуги.

— И еще, — Ричард уже повязывал фартук, — она капризна, избалованна, неблагодарна, упряма, вспыльчива и ленива.

— Знаю, — засмеялся он, — она совершенство.

Вслед за Ричардом их тоже потянуло на кухню. Он умел как-то закручивать вокруг себя пространство, так что все, как по воронке, скатывались к нему. Ингерде он велел чистить овощи, а Лецию вручил резку. Устройство было довольно простое, для домохозяек, только мокрые помидоры все время выскальзывали и брызгали на рубашку.

— Не огорчайся, милый, — смеялась Ингерда, — у нас же будут слуги!

— Ты не понимаешь, — морщился он, — это вопрос принципа. Должны получиться кубики, да?

— Это из кабачка должны получиться кубики. А помидоры нужно резать колечками.

— Не мешай ему, — посоветовал Ричард, — пусть исследует. Он на верном пути.

— Да он уже весь в томатном соке!

— Ничего, постираешь.

— Кто, я?

— Ты жена, ты и стирай.

— О, боже!

Эдгар появился минут через двадцать. Как только скрипнула дверь, Леций невольно вздрогнул. Ричард тоже уронил нож на сковородку.

— Эдвааль, это ты? — крикнул он.

— Я! — бодро отозвался Эдгар, прямо в куртке заглядывая на кухню, — что это вы тут делаете?.. Понятно. Дед, тебе очень идет фартук.

— Как успехи?

— Отлично. С карьерой космопсихолога покончено навсегда.

— Что так?

— Дед, ты когда-нибудь сталкивался с тевергами?

— Пока нет.

Эдгар подставил себе табуретку и с удовольствием на нее сел.

— Тогда слушайте…