Не выдавал тулуп богатый род.
Вдруг выбежал пацан из-за ворот
И крикнул старику: «Хромой урод!»
Но не ответил старец ничего,
Лишь с грустью посмотрел ему в лицо.
«Эх, знал бы он, – подумал старый князь, —
Над кем посмел глумиться, веселясь».
И вновь пошёл судить свои дела,
Судьёй назначив самого себя.
Он многое себе уже простил,
Грехи свои пред Богом замолил.
Но не было душевного покоя
За то, что смертью наказал героя…
В тумане белом скрылись все дома,
Дорога дальше вовсе не видна.
Но видится ему людей толпа,
И все они идут к нему, сюда.
А в белом саване разгневанной зимы
Вдруг кто-то явственно выходит из толпы.
Фигура показалась Константина:
«Верность друзей и впрямь незаменима».
Тут князь с испугу крикнул: «Чур меня!» —
Забыв молитвы для спасения.
Потом молиться начал, причитать
И Господа на помощь призывать:
Не может мёртвый показать свой вид,
Ведь Константин-посадник был убит!
Свидетель он бесславных княжьих дел,
А потому таков его удел:
Князь Константина в Муром заточил
И вдалеке посадника убил.
Убит за то ль, что Новгороду мил
Был городской защитник и кумир?
Иль, чтоб в историю трусливым не войти,
Князь убирал бесславные следы?
Переписал безвольный летописец
То, что сказал ему хитрец-правитель.
И так же по приказу был убит
Свидетель Буда – князя фаворит.
Шестая заповедь нарушена Христа,
И о спасении твердят теперь уста.
Искажена христианская мораль,
Легла на истину печальная вуаль.
И «Не убий!» – в мозгу его звучит,
И знает князь, Бог это не простит.
Признаться в том нет сил у «храбреца»,
Виденье отгоняет от лица.
«Всё ради власти, а не ради веры,
Я делал это, чтоб народ мне верил» —
Так продолжал старик зиме твердить.
А голос внутренний опять его судить:
«Я в Новгороде помогал жене
Собор Софийский возводить в кремле.
Я строил много маленьких церквей.
Я православных радовал людей.
И в Новгороде Юрьев монастырь,
И Киево-Печерский „богатырь“ —
Заслуга моих деяний и сил,
Но славу о себе я не вкусил.
С поляками, с Литвой я воевал,
Я Византию миром покорял.
То пораженье в сорок третьем с ней
Я превратил в победу же над ней.
Там отличился храбростью Вышата —
Врагам нанесена была расплата.
