Елена Добрынина – Восемь дорог Желтого источника (страница 9)

Завязалась ожесточенная схватка.

Демоны напрыгивали со всех сторон, визжа и крича так, что можно было оглохнуть. Мечи мелькали в воздухе, вонзались в тела, высекали искры из стали. Лилась рекой зловонная зеленая демонская кровь, разлетались в стороны отсеченные руки, ноги, копыта, хвосты и отростки.

Мужчины разили врагов, но и сами время от времени получали раны и царапины — из-за госпожи И за их спинами, которую они вынуждены были прикрывать, они были стеснены в своих движениях.

Демоны сразу поняли, где слабое место их противников, и заверещали: «Ловите девку! Сожрем сначала ее!»

«Бесполезная я, бестолковая… только обуза для всех», — ругала себя девушка, стараясь, как могла, не высовывать и не мешать мужчинам. У них и без нее проблем хватало.

Рука ее сама собой нащупала на поясе треугольный футляр. Девушка вытащила из него и зажала в пальцах садовые ножницы — такое же бесполезное оружие, как она сама.

И когда мерзкий одноглазый демон, похожий на помесь обезьяны с осьминогом — весь в струпьях и бородавках — обвил свое щупальце вокруг ее руки, она не стала кричать о помощи и отвлекать сражающихся мужчин, а, призвав на помощь всю свою выдержку, подождала, пока чудовище подтянет ее поближе и склонится над ней, желая вцепиться зубами в горло — и, вложив все силы в удар, всадила ножницы в единственный глаз демона.

Он заорал страшно, замотал уродливой своей башкой, закрутился на месте. Щупальце его разжалось и с силой отбросило госпожу И на камни. Упала она не слишком удачно — сильно ударилась и расшибла колени. Но ей повезло в другом — она оказалась совсем недалеко от мужчины в красном. И тот, уже успевший разделаться со своими врагами, быстро помог ей подняться, прежде чем снова бросился на помощь господину Гэн — тот сражался с последними демонами. Вдвоем они быстро их одолели. И вовремя — топот и крики преследователей стали оглушительными.

— Уходим, быстро!

В тот момент, когда они почти добежали к дальнему выходу из подземного зала, из коридора, по которому они пришли сюда, высыпала целая прорва демонов. Госпожа И успела заметить их лишь краем глаза, но ей показалось, что их больше раз в десять, чем тех, что пировали здесь недавно.

— Вон они! Догнать ублюдков! Убить! Сварить заживо!

Она очень старалась бежать быстро. Но, кажется, в дополнение к разбитым коленям, она еще и ногу подвернула — каждый шаг причинял сильную боль и, даже опираясь на руку своего тигра-защитника, она сильно задерживала их всех.

— Забирайтесь ко мне на спину, быстрее.

Господин Бин остановился и чуть присел. Времени раздумывать не было: девушка запрыгнула на спину мужчине, обхватив его руками за плечи, а ногами — вокруг талии, словно она была маленькой девочкой, а он — ее старшим братом.

Так дело пошло быстрее. Подземный коридор чем дальше, тем все более очевидно вел вверх. Бежать стало сложнее — и им, и догоняющим их демонам. Воздух здесь стал суше и жарче. Еще один поворот — и они чуть не влетели в четверых охранников, стоящих у выхода.

— Проклятье! — господин Гэн уже принял первый удар на себя — разрубил ближайшего к нему монстра и, уклонившись от сильного удара секиры, отсек второму демону руку. Третий с ревом кинулся на них, но растянулся, не заметив подножки. Подоспевший господин Бин добил и этого, и раненого. Госпожа И, все еще сидящая на спине мужчины, съежилась, стараясь занимать как можно меньше места и не мешать его движениям. Орава догоняющих демонов наступала им на пятки.

Они выбежали наружу, поспешно оглядываясь по сторонам. Горы, горы… кругом бурые и черные, похожие на скалы, горы. И ущелье впереди.

Через пропасть вел лишь тонкий подвесной мост, кажущийся отсюда совсем тонким и ненадежным.

— Вперед, живо! — махнул в его сторону господин Гэн почти раздраженно и замер у подхода к мосту, поудобнее перехватив в руке меч, и готовясь встречать первых из их преследователей.

Пересекать пропасть по шаткому мостику, качающемуся и ходящему ходуном от любого движения, да еще сидя верхом, было ужасно страшно. Госпожа И то утыкалась лбом в спину несущего ее мужчины и зажмуривалась, то, вопреки головокружению и советам внутреннего голоса, старалась обернуться, чтобы посмотреть, как там дела у охранника-дракона. Тот сражался, и отступал шаг за шагом, так что скоро и он сам, и несколько демонов оказались на мосту.

Девушке казалось, что они ползут по мосту так же медленно, как улитки по дереву. Но и этому путешествию пришел конец. Господин Бин ссадил ее на твердую землю и, обернувшись назад, громко крикнул: «На месте».

Сначала госпоже показалось, что мужчина на другом конце моста не услышал сигнала, что он слишком увлекся битвой. Позже она поняла, что он собирался перед главным рывком: скинул с моста одного демона и пригвоздил другого к доскам отнятой у него пикой, а затем, развернулся и бросился бежать по извивающемуся раненой змеей мосту. Разъяренные демоны кинулись за ним. Не все.

Многие принялись верещать «Назад! Ловушка!». Но были и те, кто больше всего желал отомстить «наглым обезьянам».

Госпожа И боялась, что сейчас случится страшное: или оборвется мост или человек не удержится на нем и свалится в пропасть: мост уже не просто качался, он так и норовил сбросить с себя всех, кто осмелился его потревожить. Но каждый раз господин Гэн оказывался на долю мгновения быстрее и продолжал свой путь.

Несколько демонов, не устояв на ногах лапах и щупальцах, нашли свой конец на дне ущелья, но остальные, разгоряченные погоней, лишь удвоили усилия.

— Давай! — едва серый дракон ступил на твердую землю, рядом тут же оказался господин Бин, и они вдвоем принялись рубить мечами канаты, на которых держался мост.

Только один демон успел добежать до конца — и был тут же обезглавлен. Уродливая, приплюснутая, похожая гнилую на репу, его голова, бешено вращая глазами подкатилась к госпоже И. И девушка брезгливо пнула по ней, скидывая в пропасть. Туда же отправились и остальные демоны — все, кто оказался на мосту в тот момент, когда последний из канатов оказался перерублен. С дикими криками срывались они вниз, а те из преследователей, кто остался на другом краю ущелья, сыпали такими скверными ругательствами и проклятьями, что хотелось заткнуть уши.

— Что ж, могло быть и хуже, — усмехнулся господин Гэн, слегка переведя дух.

— Нас могли убить? — спросила девушка, пытаясь привести себя в порядок.

Выглядели все они сейчас не лучшим образом: растрепанные, грязные, перемазанные кровью и мерзкой зеленоватой слизью.

— Не только, — отозвался мужчина и кивнул в сторону мечущихся от ярости демонов, — мы могли бы стать такими же.

— А действительно! — тут же подхватил господин Бин.

Отрезав лезвием меча длинную ленту от полы своей одежды он перетянул раненую руку, чтобы остановить кровь и теперь задумчиво смотрел вдаль.

— Будь наши прегрешения, действительно, ужасны, нас бы просто обратили во что-то подобное.

Господин в сером перевел взгляд на девушку.

— Что с вашей ногой? — спросил он ее, слегка хмуря широкие брови.

— Ничего страшного, только наступила неудачно, — произнесла она, но это не убедило мужчину-дракона (про себя она называла его именно так), только взгляд его стал еще тяжелее, словно он разозлился на нее за что-то.

— Позвольте, барышня, я осмотрю, — тут же предложил господин Бин, который сидел к ней ближе.

Девушка быстро кивнула, снова испытав облегчение: прикосновений этого человека она опасалась куда как меньше.

Гэн только усмехнулся — весьма холодно, — и занялся своими ранами.

Нога ее оказалась в порядке: лишь ушиб и растяжение. И через некоторое время они втроем отправились дальше.

Несколько чжанов госпожа И прошла сама, хотя потревоженная нога и беспокоила ее, а затем тигр-защитник взял ее под руку.

— Позвольте, барышня. Если не беречь себя, вам может стать хуже, тогда вы совсем не сможете идти.

И она позволила: быть бесполезной ношей ей не хотелось.

Господин Бин, как мог, развлекал ее — дивился ее смелости и решительности и делился своими наблюдениями о демонах. В его устах рассказ о битве становился сродни тем сказкам о героях, которые так любят слушать дети.

Господин Гэн в беседе участие не принимал, шел молча впереди, но девушке то и дело казалось, что он чем-то недоволен. Может быть, ему просто не нравилась их оживленная болтовня.

«Ох, ну недоволен и недоволен, — твердила она про себя, — мне-то что за дело, с чего бы мне об этом думать».

Дорога, которой они шли, опоясывала горы, поднимаясь вверх. Иногда она оставалась довольно широкой, иногда сужалась так, что приходилось идти по одному — тогда госпоже требовалась вся ее выдержка, чтобы не смотреть вниз: край пропасти оказывался слишком близко — прямо у ее ног — и голова начинала кружиться.

Они бы так шли и шли, если бы не камни. Сначала один из них, совсем небольшой, весело прыгая, покатился с вершины горы вниз, затем еще один и еще…

— Камнепад, — произнес господин Гэн. — Нужно где-то укрыться.

И они поспешили вперед — туда, где в горе имелся лаз, ведущий в небольшую пещеру.

Снаружи грохотало, гора то и дело вздрагивала, и госпоже И начало казаться, что это дело рук и лап их преследователей. Эти мысли тревожили, и она гнала их от себя.

— Вы заметили, что стало намного темнее? — спросил вдруг господин Бин.