Елена Добрынина – Непреодолимые обстоятельства (страница 14)

Странное беспокойство возникло в душе, накрывая волной. Куда же делась Лелька? Неужто сбежала, опасаясь продолжения вечера? Так вроде — не девочка, понимать должна: если распалить мужика, то, известно, чем это должно закончиться. Нет, что-то было не так. Он понял это на уровне ощущения, на уровне какого-то животного инстинкта.

Рустем поднялся и пошел в сторону уборных. Уже повернув в темноватый, запутанный коридор, он услышал Булкин вопль. Рванул с места, в три прыжка преодолев расстояние до угла. Завернул и увидел Дато и перед ним на коленях Лельку. Ни на секунду он не сомневался в увиденном. Дёрнул на себя бывшего друга, разворачивая. Не стесняясь, врезал тому прямо промеж глаз, отчего Дато удивленно посмотрел на него, моргнул раз, другой и отключился, сползая по стене коридора.

Лелька, зарёванная, в порванных колготках, с потёкшей тушью пыталась подняться с колен.

— Оля! Ты в порядке? — Зарычал Рус, вглядываясь в полные ужаса Лелькины глаза. — Что он сделал?

Лелька ошарашенно помотала головой. Только спустя минуту она сообразила, что Рус её спас в прямом смысле слова. У неё все ещё зуб на зуб не попадал, сами собой текли слезы. Рус завел её в туалет и сам умыл прохладной водой, словно ребенка, вытер её щеки салфетками.

— Спасибо тебе! Спасибо, что ты пришел, а иначе… — Лелька не договорила. Голос ее дрогнул и сорвался, перейдя на всхлип.

— Ну все, все, малышка! — Прошептал он, целуя её висок. — Сейчас мы уедем.

Лельку все еще трясло. Рус взял её бережно за руку и вывел. Рядом с Дато уже суетилась невесть откуда взявшаяся Марина, пытаясь привести его в чувство. Видимо, знала, где того искать.

— Может, скорую вызовешь, Рус? — Спросила она обеспокоенно.

— Вряд ли он потом тебе за это спасибо скажет. — Отрезал Рус и прошёл мимо.

Лелька послушно шла за ним, стараясь не смотреть в сторону Марины и Дато. Лишь бы жив был, а остальное её не беспокоило. Она ещё не успела успокоиться и шмыгала носом, как Рус усадил её в такси, сел сам рядом и назвал какой-то адрес. Лельке он показался смутно знакомым. И когда жёлтый автомобиль притормозил на проспекте, где был фитнес и на другой стороне Лелькино НИИ, она вдруг поняла, что Рус привёз её к себе.

Скоростной лифт поднял их на нужный этаж.

— Колготки порвала, — сокрушалась Лелька, пытаясь заполнить неловкую паузу.

Рус прижал её к себе, целуя в макушку. Волосы, её гордость и особенность, собранные в идеальный хвост, были растрепаны.

Мысли путались. Хотелось умыться, хотелось в душ, чтобы смыть с себя грязные лапы Дато, хотелось облачиться в свою пижаму и спрятаться под одеялом на своем стареньком топчанчике. Но они стояли в коридоре перед дорогой металлической дверью, которая вела в апартаменты Рустема. Было ли ей страшно? Уже нет. Свою порцию страха она получила. Навалилась усталость, тяжким грузом легла на плечи.

— Проходи, — пригласил Рус, отворяя дверь и пропуская девушку вперёд.

— Хочется отмыться. — Призналась девушка.

— Душ там, сейчас полотенце принесу. — Не спрашивая больше ни о чем, сказал он.

Лелька скинула туфли и прошлепала в указанном направлении. Она не успела даже осмотреться толком. Дверь ванны нашлась не сразу, она была скрытого монтажа и на стене отыскать её можно было только по ручке. Лелька знала, конечно, что такие двери есть, но впервые видела.

За дверью показалась довольно просторная ванная комната в плитке под бетон и мрамор, с огромным, на всю стену зеркалом. В нём отражалась побледневшая Лелька. В дверь аккуратно постучали и Рус, не заглядывая в помещение, протянул ей увесистый сверток.

— Тут полотенце и халат. У меня нет женской косметики, но думаю, один раз можно без неё обойтись. В шкафу есть новые зубные щетки. — Распорядился Рус. В голосе его Лелька услышала заботливость и нежность.

— Спасибо. Я быстро.

— Сколько хочешь. Я пока кофе сварю. Тебе с молоком?

— Угу, — кивнула Лелька.

Они общались уже месяц и конечно, он заметил, что она никогда не пьет черный кофе. Обязательно с молоком или сливками, если нет возможности взять латте.

Как же хорошо, что Рус её защитил. Представить страшно, что могло случиться, если бы он не пришёл. Волосы Лелька решила не мыть, собрала в тугой пучок на макушке, чтобы не намочить. Горячие капли воды стекали по её лицу, плечам, смывая неприятные воспоминания сегодняшнего вечера.

С каждой минутой, проведённой под упругими струями горячей воды, тягостные ощущения отступали. Лелька подумала о том, что вовсе не так она представляла их первый совместный вечер, но уж что вышло. А что теперь? Вдруг он решил, что она тоже была не прочь отдаться Дато? Ну нет, вряд ли бы он тащил её к себе тогда. И все-таки странное ощущение. В голове Лельки сложился образ, каким должен был быть этот вечер. Она видела в своих фантазиях, что все будет как в фильмах — романтично и красиво. А вышло все совсем иначе. А теперь? Она в чужом халате, мягком и пушистым, правда, но это не тот наряд, который она выбрала специально для ресторана.

Может, они вообще выпьют кофе и, обсохнув, Лелька поедет домой. Может, так даже лучше? В этих смятенных чувствах, девушка и вышла из брутальный ванной комнаты.

По квартире плыл запах свежезаваренного кофе и Рус, все еще в своём белоснежные поло и джинсах, колдовал у кофемашины. Буднично, на автомате, он делал напиток себе и Лельке, а сам думал.

Зачем Дато нужно было цепляться к Булочке? Просто дружеская ревность или что-то большее? Может, Лелька нравится и ему? Ответов Рус не знал, но ситуация складывалась таким образом, что он должен был или отказаться от девчонки, или потерять друга. Выбор так себе. И самое печальное, что их разлад заметит отец и все друзья. Однако Дато переступил все границы. Это хорошо еще, что Лелька — простая и не злопамятная, а ведь, могла бы потребовать с друга деньги или еще какие-то компенсации. Рус усмехнулся, Марина бы точно воспользовалась ситуацией.

Уловил за спиной движение. Улыбка тронула его губы. Какая в сущности разница, как бы поступила блондинка, если сейчас за его спиной переминается с ноги на ногу та, о которой все его мысли столько времени?

— Так вкусно пахнет кофе. — Подала Лелька голос и Рус, растягивается удовольствие увидеть её в махровом банном халате, медленно повернулся к ней.

Лелька сделала шаг к нему.

— Как ты? — Спросил он, вглядываясь в выражение ее лица.

Глаза ее странно блестели и как будто стали темнее, не едва голубые, а чёткого голубого цвета, цвета неба, яркого и пронзительного. От волнения Булка немного закусила губу и даже не заметила этого своего жеста.

— Нормально все, в душе отогрелась. Спасибо за халат. — Несла Лелька какую-то чушь.

В голове её перепутались все мысли. Она начинала о чем-то думать и тут же перескакивала на другое. И вроде взрослая уже давно, 25 лет как живёт на свете, отчего же так волнительно? Почему же бросает в жар от того, как Рус смотрит на неё? Отчего трясутся ноги? Лелька считала себя вполне опытной женщиной, но Катька бы рассмеялась на эти ее заявления. Подруга искренне считала, что Андрюшенька — сплошное недоразумение и секс с ним тоже. Но так давно это было, так глупо сейчас сравнение тех ощущений и этих, что смущение накрывает волной. А он уже подходит, притягивает к себе, стягивает резинку, которая держит волосы в узле.

Русый шёлк рассыпается по плечам, и Лелька замирает, глядя Рустему в глаза. Смотрит прямо, смотрит с доверием.

— Так давно хотел распустить их. — Шепчет ей Рус и целует.

Лелька закрывает глаза и чувства затапливают её. Каждое прикосновение, каждый поцелуй рождает миллиард мурашек, обжигает. Он запускает руку в её тяжёлые волосы, ведёт к затылку, целует горячее, глубже и она совсем теряется, плавится и тает в его руках, под его пальцами.

Она не замечает даже, как оказывается на его руках, как он переносит её в спальню. Закрытые глаза, прохладная ткань постели, его губы везде, где только можно и нельзя. Что-то происходит с ней, и вот уже нежные прикосновения Руса не только приятны, они рождают в ней вихрь, лавину обжигающих ощущений. Ей и самой уже хочется дойти до конца. Желание закручивается в тугой узел внизу живота. Но Рус не спешит, наблюдая за ней. Ему нравятся эти метаморфозы. Лелька дышит шумно, с придыханием, реагирует на каждую ласку так естественно, что заводит его еще больше. Куда уж больше, кажется? Почти два месяца он ждал, но он не жалеет о том. В награду он получил невероятную, космическую, фантастическую женщину. Он уже понял это, нужно было просто пробудить в ней весь спектр чувств, чтобы она раскрылась. Превращение куколки в бабочку. Он вдруг понял, что она идеальна для него — её нежная фарфоровая кожа, её упругая грудь, её круглые бедра и длинные ножки — все это его, все это превзошло все его ожидания. То, как она отдавалась ему, как дышала, как тянулась к нему, какой искренней была — все это было лишь для него.

И когда все нарастающее напряжение вдруг лопнуло, словно туго натянута струна, Булочка вдруг распахнула глаза, отдаваясь взрыву эмоций. И Рус совсем, окончательно и бесповоротно потерял голову…

… — Ты очень красивая, — говорил Рустем, любуясь нежным профилем Лельки. Провёл пальцем по прямому носику, коснулся маленькой, едва заметной родинки слева у носа, накрутил на палец тонкую прядку шелковистых волос.