Елена Добрынина – На той стороне (страница 25)

Где-то на подкорке шевельнулась мысль, что Аня рада такому повороту. Ведь, благодаря этому случаю, она побывает в театре, вновь увидит всё семейство Ильинских, а в особенности Николая. От одной мысли о нём, внутри все перевернулось, а сердце затрепыхалось как птичка в клетке.

«Успокойся, дурочка», пыталась смеяться сама над собой Аня, натягивая джинсы и футболку, но выходило плохо. Влюбиться только не хватало в ловеласа и мажора. Прям в лучших традициях бульварных романов серии «Шарм», которые она тайком читала в 15 лет. Но сделать ничего не могла с собой. А потому решила отвлечься сборами.

Все суетились, собирая Ивана и Аню на ту сторону. Ася металась от реквизита: платьев, белья и шляп к Ивану. То и дело что-то спрашивала и уточняла. «Нервничает за него», подумала Аня. Но вот почему? Сама только вчера с концертмейстером ходила через чулан, чтобы купить ей, Ане, свежую газету с объявлениями. А сейчас так дёргается. Аня не понимала, в чем причина. Помочь она ничем не могла, а сидеть на кухне с Ванькой не хотела. Порфирий Георгиевич удалился в кабинет и там мерил его шагами. Какая-то нервная обстановка, подумала девушка. Надо бы пойти в магазин, купить мобильник. Позвонить несчастному Владу, который потерял её ещё два дня назад.

— Пойду в город, мобильник куплю, да в интернете посижу. Надо хоть почту проверить. — Предупредила Аня, споласкивая кружку из-под чая в раковине. — Я смогу выйти из дома?

Иван отрицательно помотал головой.

— Только через сквозной проход. Но там замок амбарный, видела?

— Видела, — расстроенно сказала девушка, — и что, ни у кого ключа от него нет?

Детина усмехнулся.

— Откуда бы? Там замок заржавел весь. Проход всегда был закрыт, сколько помню.

— На той стороне вообще нет сквозного прохода. Только сарай дровяной. — Вспомнила Аня.

— Так проход позже сделали, когда под коммуналку отдали особняк. — Пояснил Иван.

— Ааа. — Только и протянула девушка. — Всё равно пойду выйду, подышу. Сил нет на эту чехарду смотреть. Как будто в последний путь собирает, — Аня махнула головой в сторону комнаты, где среди вещей суетилась Ася.

Он только хмыкнул и продолжил пить чай.

— Ты с телефоном иди, новый и покупать не придётся. Здесь связи нет, а выйдешь во двор, может там появится. Луна всё ближе к убыли, аномалия стихает.

— О, спасибо, — искренно поблагодарила Аня, зацепила телефон, одиноко лежавший на подоконнике второй день, и вышла из кухни.

Натянула куртку и кроссы и нарочито громко сказала.

— Я во двор, подышать.

Ася и концертмейстер разом выглянули из комнат.

— Только недолго, пожалуйста. — Попросила розоволосая.

— Ок. — Раздался голос Ани откуда-то из-за двери черной лестницы.

Глава 38. Ключ от всех дверей

Аня вышла во двор особняка и втянула носом холодный осенний воздух. Здесь, в отличие от прошлого века, дождь не шел. Хотя надолго ли, усмехнулась. Дождь в этом городе может пойти в любой момент и в любое время года. Во дворе было тихо, лишь в отдалении слышался шум мегаполиса — сигналы авто, шелест шин по асфальту, гомон людей. Сто лет прошло, а ничего не поменялось, думала девушка. Только звуки стали чуть другими: на смену ржанию лошадей и стуку колес пролеток по мостовой пришли звуки клаксонов. Страшно захотелось курить. Аня сама удивилась этому порыву — ведь, курила она только в старших классах, вернее пробовала, а потом целый год после исчезновения папки. Отчего-то захотелось еще и реветь. Аня вздохнула и поправила свой рюкзачок за плечами.

Иногда она думала, почему все это произошло именно с ее семьей? Отец всегда был центром, средоточием их маленького мира. В небольшом городке, где жила семья Ани в маленькой квартирке в центре города в старом двухэтажном, когда-то купеческом доме, всегда было тепло и уютно. Несмотря на голодные 90ые, жили они весело и дружно. Отец очень много знал об истории города и на прогулках всегда рассказывал забавные факты из разных времен. Работал он при городской типографии, делал все, что необходимо — от набора в печать до работы грузчиком. Но производство загибалось, бывшая государственная типография сложно встраивалась в капиталистический строй и была убыточной. Раз в полгода на заседаниях городского совета поднимали вопрос о прекращении финансирования столь разорительного производства и тогда папка, надев костюм и галстук, шел в администрацию и выступал с докладом. Возвращался он всегда навеселе с обязательным мороженным своим девочкам, и Аня с матерью понимали, что дело в шляпе, и еще полгода типография будет работать.

Странное дело, но сколько Аня не пыталась, она не могла вспомнить отца в раннем своем детстве. Он как волшебник появлялся в ее памяти в 12 лет и так же резко пропал в 20, когда исчез. Именно благодаря ему, девушка полюбила историю и поступила в полиграфический институт.

Аня прошлась по двору, вспоминая об отце. Воспоминания эти болезненные, именно потому в большей степени, что отец пропал внезапно. Это было мучительно — когда вчера ты разговаривал с человеком по телефону, собирался приехать на каникулы домой, а сегодня уже нет никакой информации и он пропал, словно его и не существовало. В юности Аня даже обижалась на него, за то, что исчез, но с годами поняла, что это глупо и непродуктивно. А потому жила, спрятав свою боль поглубже. Окунувшись в семью Ильинских, она вновь увидела жизнь семьи, какой она бывает — с ее проблемами, радостями, встречами. И то, чего она лишилась так неожиданно, вдруг вновь напомнило о себе.

Чтобы отвлечься от грустных мыслей, Аня подошла к сквозной арке во дворе. На решетке ворот висел большой ржавый замок. Основной выход на Галерную был по-прежнему затянут сеткой, а ворота закрыты. Аня вернулась к воротам сквозного проема и решила попытаться включить телефон, как ей и советовал Иван.

— Привет. — Раздался незнакомый голос рядом. — А на Галерную через этот двор выход есть?

Аня ошарашенно подняла голову и увидела в арке сквозного прохода молодого человека.

— Н-нет. — Только и ответила. — А ты откуда тут? Со стороны Конногвардейского бульвара?

— Ну да, — удивился парень и поправил очки. — Гуляю вот по дворам-колодцам, готовлюсь к экскурсии. А ты как в запертом дворе оказалась?

— Я пришла, когда он был еще не заперт. А потом дом накрыли сеткой, а ворота запечатали.

— Ничего себе, ты попала. Бывает же. — Удивился парень и добавил, улыбнувшись. — Ой, совсем забыл. Я — Андрей. Люблю Питер и вожу по нему экскурсии.

— Очень приятно, Андрей. А я — Аня. Я приехала из Москвы на конференцию по истории.

— Ого, и ты тоже? Я присутствовал там в первый день. Вчера, правда, не получилось — экскурсии. А сегодня выходной. — Оправдывался Андрей. — Но я не видел тебя там. А как ты тут оказалась?

— На конференции же много людей, вот и не видел, — улыбнулась девушка в ответ и добавила. — Да я тут в гостях.

— Прям в этом доме? Ты же сказала, он под снос.

— Нет, его просто огородили. А снос еще под вопросом! — Уточнила Аня. Странно, ведь, про снос она не говорила. — У меня тут подруга живет.

— Все ясно, тогда есть еще шанс, наверное. — Согласился Андрей. — Знаешь, сейчас столько домов под снос или просто закрытые сеткой. А между тем, их история иногда бывает очень интересна. Как у этого особняка, например.

— Слушай, ты не мог бы мне помочь? — Прервала Аня молодого человека. — Можешь ли ты обойти с Галерной и открыть ворота? Очень нужно добраться до мобильной связи. А здесь не ловит совсем. — Попросила Аня. Она надеялась, что снаружи открыть калитку будет проще, чем изнутри. По крайней мере, Андрей — это шанс выбраться.

— Зачем же обходить? — Удивился новый знакомый. — Я сейчас эти ворота открою.

Он подошел вплотную к воротам и Аня, наконец, разглядела парня. Увидев его в толпе, она никогда бы не обратила на него внимания. Черная вязаная шапка, серый пуховик, темные джинсы и ботинки — один из сотен тысяч в этом городе. На носу очки, резко очерченные скулы, тонкие губы, смешливый взгляд черных глаз.

— Этому замку лет 30 минимум, видишь, ржавый совсем. — С сомнением сказала Аня. — Даже у жителей этого дома нет ключа.

— А у меня есть. — Усмехнулся Андрей. — Я же экскурсовод и мне нужны ключи от всех дверей.

— Так уж и от всех. — Только и успела сказать Аня.

А Андрей уже вынимал из своего рюкзака связку со всевозможными ключами — от домофонов и дверных замков до натурально амбарных, старинных. Он бегло пробежался по связке и вынул старый, ничем непримечательный ключ.

— Ключ от всех дверей. Держи рюкзак. — Пояснил он и сунул между прутьями свою сумку.

Аня в восхищении взяла мешок и стала наблюдать, как Андрей, ловко развернув замок, практически на ощупь открывает его ключом. Он напрягся, сосредоточился. Секунда, другая, пружина внутри навесного механизма щелкнула и замок открылся. Андрей отворил калитку. Та противно заскрипела. Было понятно, что этим выходом не пользовались много лет.

— Ну вот и все. Ловкость рук и никакого мошенничества. — Пошутил парень.

Андрей открыл калитку шире и прошел в нее. Аня так и стояла, открыв рот. Молча подала ему рюкзак.

— Ты словно чудо увидала, — рассмеялся Андрей, оглядываясь. — Здесь интересный двор.

— Типа того, — согласилась Аня. — Не знала, что бывают универсальные ключи.