Елена Чистякова – Мрачная тишина (страница 2)

– Парень бросил? – продолжил он допрос.

– Я слишком своеобразная для большинства парней, – вырвалось у меня. Я тут же прикусила язык, пытаясь скрыть неловкость. Или он хороший психолог, или я хотела, чтобы он знал, что у меня нет парня. Наверное, первое.

– По-моему, ты очаровательна, – в его голосе слышалось тепло.

– Мы мало знакомы, – улыбнулась я, чувствуя, как жар разливается по щекам. – Ты меня ещё днём взъерошенной не видел. В сумерках всё выглядит иначе, – добавила я, стараясь не выдать смущение.

– Более чем уверен, что при дневном свете ты ещё лучше, – с уверенностью сказал парень. – Они глупцы, если думают иначе, – добавил он немного погодя.

Я сжала губы, сдерживая улыбку.

– Ну, а серьёзно, что случилось? Порой нужно выговориться, а незнакомым людям проще доверить свою печаль. Возможно, мы никогда больше не встретимся, – он слегка наклонился, показывая заинтересованность.

– Сложный выдался вечер, – пожала я плечами, не отрывая взгляд от воды. – Ничего серьёзного.

– Ну, если что, я всегда готов тебя развеселить, – непринуждённо заявил парень.

– Ты же говорил, что мы больше не встретимся, – напомнила я, приподняв бровь, и посмотрела на него.

– Ах да, забыл, – мой приятель покачал головой, и между нами снова воцарилась тишина. Он достал телефон, будто проверяя время, но тут же убрал его обратно в карман.

– Тебе очень идёт улыбка. Делай это чаще, – вдруг произнёс он.

– Оу, – я повернулась к нему, скрещивая руки на груди. – Ты подкатываешь ко мне?

– Даже не думал. Просто у тебя особенная улыбка, – пояснил он, слегка пожав плечами.

Снова молчание…

– А если бы я к тебе подкатывал, то сейчас мы бы уже целовались, – произнёс он с лёгкой ухмылкой.

– Наивный! – я вылупилась на него с недоумением. – Ты думаешь, я купилась бы на пару заезженных комплиментов?

– Это ты наивная, – рассмеялся он, запрокинув голову. – Я ведь тебе нравлюсь, признайся, – добавил он, посмотрев на меня.

– Да откуда ты взялся на мою голову! – воскликнула я с наигранным возмущением, закатив глаза.

– С луны, наверное, кто ж его разберёт, – улыбаясь, пояснил он.

Я рассмеялась и покачала головой, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Начинался вечер прескверно, а теперь я сидела тут, чувствуя, как улыбка сама собой появляется на лице.

– А вообще, я надеюсь, что у тебя умер котёнок, и поэтому ты таким образом убегала от реальности, – он вмиг стал серьёзным.

– Ну ты и живодёр…, – пробормотала я.

– Нет. Я считаю, что люди не должны быть причиной отчаяния. Если есть такие, то от них нужно абстрагироваться, – от веселья на его лице не осталось и следа, он говорил медленно, словно взвешивая каждое слово.

– Это всё относительно, – я пожала плечами, стараясь выглядеть непринуждённо. Надеюсь, это выглядело мило, а не как судорога эпилептика.

– Почему? – спросил он, снова наклоняясь ко мне.

– Потому что слёзы могут быть от боли утраты, – пояснила я, глядя на свои руки. – Или есть моменты, когда ты физически не можешь отстраниться от людей. Что тогда?

– Всё временно. Надо просто переждать, – произнёс парень философски. Он поправил скейтборд рядом со скамейкой и добавил: – Хочешь, котёнка подарю?

– Я не буду по нему плакать, – поняла я, к чему он клонит.

– Неожиданно! Я думал, что все девушки любят котиков, – в его голосе были нотки удивления.

– Ну значит, не все.

После этой фразы я невольно повернулась к нему, забыв о своём намерении избегать его взгляда. Парень внимательно разглядывал меня, словно пытаясь разгадать какую-то тайну. Наши глаза встретились, и на мгновение всё вокруг замерло. Я тут же опустила взор, чувствуя, как жар приливает к щекам, и случайно задержалась взглядом на его губах. Мысль о поцелуе промелькнула в сознании, заставляя сердце биться чаще. Ну не дура ли?

– Как твоя нога? – тихо спросил он, его голос звучал почти нежно.

Мы сидели так близко, что я ощущала тепло, исходящее от него. Я даже не заметила, как он придвинулся. Но от этого становилось спокойнее и уютнее.

– Н-не знаю, – запнулась я, пытаясь справиться с волнением.

– Надеюсь, твоя нога в порядке, – он неожиданно легонько щёлкнул пальцем по моему лбу и тут же отстранился, озорно улыбнувшись. – И не говори, что я не обаяшка!

– Эй, без рукоприкладства, – смутилась я, но от этого жеста в груди разлилось приятное тепло, а губы сами собой растянулись в глупую улыбку. Он прав, если бы он захотел, мы бы уже поцеловались. И, что уж там говорить, я была бы не против.

– Поздно уже, – улыбнулся он, глядя на темнеющее небо. – Сможешь сама доехать?

– Сегодня смогу, – ответила я, стараясь скрыть волнение в голосе. – В крови бушует адреналин, так что нога не так уж и сильно болит.

Я медленно поднялась со скамейки, чувствуя, как ноющая боль напоминает о себе, и поплелась к своему велосипеду, ощущая его взгляд на своей спине.

На том злополучном перекрёстке наши пути разошлись – он поехал в одну сторону, я в другую.

Дома все уже спали, свет был погашен везде. Я тихонько прокралась в свою комнату, стараясь не разбудить никого. По крайней мере, на сегодня конфликт исчерпан. Как только моя голова коснулась подушки, усталость взяла своё, и я мгновенно погрузилась в глубокий сон.

Глава 2

Я резко подскочила на кровати, ошарашенно вглядываясь в темноту, поглотившую всю комнату. В воздухе витало странное ощущение – словно что-то незримое, но могущественное наблюдало за мной. Сердце в груди бешено стучало, отдаваясь в висках, и я почувствовала, как пот стекает холодными каплями. Приснится же такое… Странная девушка пыталась меня убить. Я всё ещё ощущала её взгляд, полный холодного расчёта, словно она была не частью сна, а кем-то, кто находится прямо здесь, рядом.

Включив бра над кроватью, я спешно осмотрела свои запястья – именно их она мне перерезала во сне. Мои руки были целы. Всё в порядке. Но почему-то я всё ещё ощущала этот холодный, металлический, пронизывающий след на коже. Это самый реалистичный сон из всех, которые когда-либо мне снились. Я сжала руки в кулаки и с удивлением заметила, что они слегка дрожат. Лучше бы тот парень приснился! Но я даже не знаю, как его зовут… Надо было не вредничать, а познакомиться с ним.

Потерев руки, я укуталась в одеяло, пытаясь успокоиться. Но что-то не давало мне покоя. В голове мелькали образы того кошмара, словно они не отпускали меня, стремясь вернуться. Я закрыла глаза, пытаясь забыться, но сразу же погрузилась в ту же реальность. В последний раз невыносимая боль распространилась не только на запястья, но и по всему телу. Вынырнув из сновидения на доли секунды, мне показалось, под моей кожей мерцал какой-то неясный свет. Решив не испытывать судьбу, я просто достала книгу и начала читать, пытаясь отвлечься, пока не наступит утро.

Раньше, чем обычно, я начала собираться в школу. На ноге появился огромный синяк, и она немного ныла от боли. Завтракать мне хотелось в одиночестве; успеть поесть до того, как на кухню зайдёт эта стерва.

– Доброе утро, Алёнка, – появился папа, зевая. Я кивнула головой, не отрываясь от всё той же книги, что скрасила мне прошедшую ночь. Но украдкой поглядывая на него. Он поставил чайник и достал свою любимую чашку, после чего сделал чай и сел рядом.

– Алён, – начал отец, – почему ты так болезненно реагируешь на то, что она орёт? Поругается и перестанет. Она же безобидная, просто скандалить любит.

Я оторвалась от книги и возмущённо взглянула на него.

– Пап, она всё время унижает маму! Она ничего не знает о проблемах мамы и не смеет её осуждать! – гневно проговорила я.

Папа вздохнул, потирая переносицу.

– Не обращай на это внимания, – с просьбой в голосе проговорил он.

– Я могу не обращать внимания, когда она пытается задеть меня. Но маму не позволю трогать! – я вскочила с места, сжимая книгу в руках. – Одна я была рядом, когда ей было плохо, но ничем не смогла ей помочь. Никто не пришёл ей на помощь. Зато теперь каждый берётся осуждать её, что она алкоголичка!

Папа встал, подошёл ко мне и положил руку на плечо.

– Я скажу, чтобы она не трогала маму.

– Спасибо! – я резко выдернула плечо из-под его руки. – Почему ты не нашёл себе нормальную жену?

Папа в ответ только пожал плечами, отводя взгляд.

– Я очень тебя люблю, – произнёс он с нежностью, обнимая меня.

– Ага, – сухо ответила я, отступая на шаг.

– Держи себя в руках, – попросил он, задержав меня за плечи, заглянул в глаза. – Ты же у меня умница.

– Постараюсь, – я специально добавила в голос столько дерзости и вызова, сколько могла, но папа, кажется, не обратил на это внимания. Или сделал вид.

– Ты у Максима вчера была? – поинтересовался он как ни в чём не бывало, возвращаясь к своему чаю. – Тебя долго не было. Вечером Маша звонила, спрашивая, где ты.

– Пап, мы с ним уже давно не дружим, как в детстве. Просто каталась на велике, – ответила я.

– А потом мне рассказывают в красках, как ты развлекаешься за качегаркой с мальчиками, – с этими словами зашла на кухню и она, смерив меня раздраженным взглядом. Она небрежно бросила: