18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Елена Буровицкая – Кольцо и камень. Трое с той стороны (страница 15)

18

– Только безумцы вроде магиргов могут заниматься подобным ремеслом, – презрительно вставила Арнис. – Нормальные жители Валлеи избегают колдовства.

– Правильно, – сказала Расана. – Ависы, как, впрочем, и другие народы, сторонятся всего, чего не понимают и боятся. Им не постичь, как колдуны добиваются того или иного, поэтому проще объявить их опасными безумцами и избегать ненавидя.

– Мы вовсе не ненавидим магиргов, – чуть покраснев и стушевавшись, отозвалась Арнис.

– Вот и славно, – обрадовалась Расана, и больше они об этом не заговаривали.

Вопреки робким протестам старушки, гости сами убрали со стола и помыли за собой посуду.

– Мы у тебя долго не задержимся, – предупредила Арнис. – Нам бы только переждать облаву на Сады, потом мы вернёмся домой.

– Нельзя вам в Сады, – возразила Расана.

Арнис нахмурилась.

– Это ещё почему?

– Скажи, дитя Плавучих Садов, что говорила тебе Айтл? Что будет с этими детьми?

– Она просила, чтобы они пожили у меня… пока она не вернётся и не заберёт их.

– А дальше?

– Не знаю. Айтл собиралась их куда-то увести. По-нормальному, им надо в Диаму. Всех детей с той стороны всегда отправляли к Владыкам ависов. Может, и их тоже…

– Но?

Арнис помедлила.

– Только за такими детьми никогда не охотился Колдун.

Расана тоже помедлила. Что-то обдумала. И сказала:

– Дети с той стороны. Чаще всего дети. Были и взрослые. Но их было мало. Может, вообще всего один. Они попадали в Валлею через свою гору, которую они называют Кольцо. А вот обратно вернуться не могли. Поскольку такое случалось нередко, Владыка ависов много сотен лет назад придумал указ. В те дни, когда переход открывается, у него должны находиться те, кто встретит и поможет. Обычно это мауры.

– Почему всегда дети? – спросила Арнис. – Взрослым сложнее пройти переход?

– Взрослые осмотрительнее, осторожнее. Они не полезут на гору, с которой можно упасть. А дети… им интересно. И они бесстрашны.

– Мы вот случайно сюда попали, – сказал Алёшка. – У Юльки унесло панамку. Юлька побежала за панамкой, мы за Юлькой. А Кольцо вдруг пропало.

– Когда это было? Вы давно в Валлее? – спросила Расана.

– Не-е. Мы тут совсем недавно. Когда это было? – Алёшка обернулся к сестре за поддержкой. – Вчера?

Алёна кивнула.

– Мы тут вторую ночь.

Расана нахмурилась.

– Не может быть, – сказала она.

– Но это так! Мы в Валлее чуть больше суток! – горячо подтвердил Алёша.

– Расана, – позвала Арнис. – Что не так?

– Переход открывается через восемьдесят восемь дней, – задумчиво произнесла Расана. – Потом через два дня. И потом спустя сто одиннадцать. И так по кругу. Это закон перехода. Всегда только так. Ни вчера, ни позавчера переход открыться не мог. Он уже открывался дней тридцать назад и теперь должен был открыться…

– Через восемьдесят. Знаем, Айтл говорила, – перебил её Алёшка. – Но это правда. Мы прошли через Кольцо вчера днём.

Расана растерянно покачала головой.

– Странно это, – произнесла она. – Переход нарушил свой цикл. Такого ещё не было.

– И что теперь? – забеспокоился Алёшка. – Он теперь откроется в какое-то другое время? Не через восемьдесят дней? А как же нам теперь узнать, когда возвращаться домой?

Расана озадаченно, по-старчески моргнула.

– Ты разве не знаешь, мальчик?

– Не знаю что? – спросил Алёшка.

А у Алёнки вдруг холодок пробежал по спине. Предчувствие непоправимого…

– Из Валлеи нельзя уйти, – произнесла Расана. – Переход пропускает только в одну сторону. Поэтому никто – вообще никто – не смог вернуться в ваш мир.

Глава девятая. Развилка

Ночью близнецы долго не могли уснуть.

Расана уложила их на одной из двух кроватей в дальней комнате.

– Тут когда-то спала Армида, – сокрушенно сказала она тогда. – Вот, всё ждет кроватка свою хозяйку и не дождется.

Кровать была удобная, одеяло – теплым и мягким. Лесные звуки за бревенчатыми стенами убаюкивали. Но то, что не давало детям спать, было слишком страшным.

Намеки на свою участь они слышали и раньше. Но окончательно всё стало ясно только теперь. После слов Расаны.

Они никогда не вернутся домой. Они застряли в Валлее навсегда.

– Айтл обманула, да? – шептала Алёнка брату на ухо. – Чтобы мы не волновались?

– Она обещала, что мы вернёмся, – зло отозвался Алёшка. – Она сказала, что мы вернемся домой.

Он сердился. На себя, за свою наивность и доверчивость. На взрослых, которые скрывают важные вещи и всё решают за детей за их спинами. На коварное Кольцо, которое, оказывается, не должно было открывать проход в чужой мир, но открыло. И, наконец, на злую судьбу, оторвавшую детей от родного дома и привычного мира.

От мамы.

– Что теперь будет, Алё? – тихо спрашивала Алёнка, но ответа не было. Ответ, похоже, знала только загадочная Великая Волшебница, удивительная львица Айтл. Но Айтл исчезла, ушла, оставив обещание. Обещание вернуться.

А было ли это обещание более правдивым, чем другое ее обещание – будто Кольцо выпустит их домой?

Близнецы слышали, как продолжали разговаривать в передней комнате Расана и Арнис. Они решали, как поступить дальше. Арнис рвалась обратно в Плавучие Сады. Конечно, когда оттуда уйдут швили. Расана советовала им остаться в Кверкусе, Волшебном Лесу старой Колдуньи.

Близнецы же хотели домой. Но это было невозможно.

– Дождитесь Айтл, – уговаривала старушка. – Она найдет вас тут. И безопаснее вам будет в Кверкусе.

– И сколько нам ждать? – не сдавалась Арнис. – А там у меня дом, работа, хозяйство…

– И верная смерть. Твоей семьи и этих детей.

– Швили ведь уйдут.

– Они кого-нибудь оставят. Колдун знает, что дети где-то неподалеку. Он будет их искать. Раз за разом.

– Но зачем они ему? – не понимала Арнис. – Зачем ему дети с той стороны?

– Насколько я знаю, дети с той стороны Колдуна никогда не интересовали. Других – да. Колдуны всякие есть. Но не он.

– Тогда почему вдруг он передумал?

– Хотела бы я знать… И помочь, защитить… Как же я сейчас жалею, что у меня нет моей былой силы!

– Интересно, кого спасала Расана? – произнесла Алёна тихонько в темноте спальной комнаты. – Страшно, наверное, лишиться своего волшебства.

– И долголетия, – добавил Алёша. – Она ведь должна была быть молодой.