Елена Бумагина – Пятое солнце (страница 5)
– Может, никто и не залезал. Может, забросили туда эту несчастную тапку. Мальчишки часто так делают, – сказала Зоя. – А почему ты думаешь, что всё это связано с ночной вспышкой?
– Потому что я нашла кое-что еще, – таинственным шепотом ответила Мила.
Они помчались назад к боковой калитке. Зоя с тоской посмотрела на беседку, но о том, чтобы вернуться к тишине и покою, можно было и не мечтать. Мила настороженно озиралась по сторонам.
– Кажется, хвоста нет.
Зоя подавила смешок. Мила слишком вошла в роль, но Зою теперь это даже забавляло. Сама она вовсе не собиралась увлекаться расследованием всерьез, но чем еще заняться в летнем лагере? Не в кружок же макраме записываться. Мила еще раз пристально всмотрелась в кусты у дорожки, потом ухватилась за перекладину калитки и полезла наверх. Перемахнув через забор, она с невероятной ловкостью спрыгнула на другую сторону.
– Давай быстрее! – прошипела она Зое.
Зоя опешила от такого откровенного пренебрежения правилами, но отступать не стала. Залезть на забор так же легко и грациозно у нее не получилось, зато, по крайней мере, она не подвернула ногу при прыжке.
– Пойдем, нам туда, – Мила повела ее к площадке, где вчера всех высаживали из автобусов. Странное все-таки ощущение: лишь несколько метров отделяли их от территории лагеря, и вокруг была та же трава и мелкие кусты, а всё виделось уже по-другому. Запретная свобода и выход за границы дозволенного пьянили и пугали одновременно. Будто они только что сбежали из заточения, и теперь их ждали удивительные подвиги и приключения, полные опасности. Зоя потрясла головой, чтобы выкинуть все эти жуткие штампы, засевшие в сознании с детских еще времен. Они просто перелезли через забор и вышли на стоянку. Всё.
Асфальт на площадке был старым, поседевшим от времени. Кое-где он вспучивался тектоническими трещинами, из которых торчала трава. Воздух над площадкой плавился от жары, пахло паленой резиной. Место было слишком открытым, просматриваемым со всех сторон, и Зою немедленно накрыло жгучей волной тревоги. С ворот за ними следили две камеры, как будто хищные птицы притаились наверху, ожидая добычу. Оставалось только надеяться, что охранники куда-то отлучились.
– Ты сюда уже сегодня ходила? – осторожно спросила Зоя.
– Угу. Да не волнуйся ты, охранники в танки весь день рубятся, они только на машины реагируют.
– Так что ты мне хотела показать?
– Смотри.
Ближе к краю площадки, рядом с пшеничным полем, виднелся какой-то узор. Вчера его точно не было. Зоя подошла поближе. Выглядело это так, будто пролили гудрон или черную краску из банки, но рисунок был слишком ровным и четким.
– Похоже на спираль, – неуверенно заметила Зоя.
– На две спирали, – поправила ее Мила. – Видишь, одна линия начинается с той стороны, а вторая – с этой. И в центре соединяются. Где маленький кружочек.
– Ну окей, рисунок. Кто-то нарисовал спираль. И как это связано…
– Не нарисовал! Ты понюхай, как она пахнет. Паленым! И свет ночью шел отсюда.
– Шел с этой стороны. Из поля, из деревни за оврагом, откуда угодно!
– То есть ты не хочешь признавать, что это всё связано?
– Как? Как это связано?
– Не знаю, – в голосе Милы зазвенели слезы. – Но я чувствую, что связано.
– Послушай… – начала Зоя, но не успела договорить.
– Коваленко! Александрова! – раздалось за их спинами. Створки ворот были полуоткрыты, и к ним быстрым шагом приближалась разъяренная директриса. За ней семенила Варвара, правая рука Ее Величества. Взгляд Варвары сочился злобным торжеством и ехидством. – А ну быстро обратно! – велела директриса. – Вы разве не слышали про то, что выходить за территорию лагеря запрещено? Ладно Александрова, но ты, Коваленко! Ты ведь не первый год ездишь!
– Ой, Валентина Петровна, я просто сумочку потеряла, – заныла вдруг Мила. – Маленькую такую, блестящую. Я ее везде уже искала. Думала, может, выпала тут, когда из автобуса выходили…
– Ты могла бы обратиться к охране, – сказала директриса уже более спокойным голосом.
– Я думала, посмотрю и обратно. Стали бы они из-за одной сумочки беспокоиться.
– В любом случае вернитесь на территорию. На первый раз – строгое предупреждение.
Девочки виновато потупили глаза и поплелись к воротам в сопровождении Вари и директрисы. Зоя чувствовала себя так, будто идет по краю пропасти, ее аж потряхивало от страха. Если они отделаются предупреждением и родителям сообщать ничего не станут, то им просто невероятно повезло. Но Варвара не желала просто так сдаваться.
– Валентина Петровна, – елейным голоском пропела она. – Куча народу видела, как они сюда лезли. Если всё так и оставить, все и будут через забор лазать.
Валентина Петровна тут же насупила брови. Зоя и Мила старательно испепеляли Варвару взглядами, но та лишь ухмылялась. Директриса кивком приказала им зайти. Ворота плавно закрылись за их спинами, щелкнув магнитом.
– Вечером, после ужина, обе приходите в пионерскую комнату. Будете вместо дискотеки разбирать архив и оформлять расписание кружков.
– Но Валентина Петровна… – заканючила Мила.
– Еще раз увижу за территорией – пакуйте вещи, и домой.
– Доигралась в детективов?! – обрушилась Зоя на Милу, как только они вернулись в корпус. – Надо же было догадаться, что за воротами наблюдают! Тем более после того, как девчонка ночью сбежала!
– Они, может, следили за воротами совсем не поэтому! – Мила плюхнулась на кровать и сердито скрестила руки на груди.
– Да, да, потому что тут повсюду заговоры, магия и инопланетяне! – Зоя со злостью ударила по подушке кулаком. – Если они позвонят маме…
– Да не позвонят. Они только в крайнем случае это делают. Нужны им тут истеричные родители.
– Ну, будем надеяться.
Из коридора послышались грохот и Светкин крик «Аги!». Обе девочки хрюкнули и покосились друг на друга. Ну что теперь обижаться – наказание всё равно уже назначили. Мила достала из тумбочки апельсин, почистила и протянула Зое половинку. Зоя положила дольку в рот.
– Вот ведь зараза эта Варвара.
– Да ваще.
За обедом они сели так, чтобы лучше видеть стол первого отряда. Зоя хотела изучить противника, если уж они стали пакостить ей прямо с начала смены. Полина устроилась во главе стола. Ее фотографией можно было смело иллюстрировать книгу о хороших манерах: спина прямая, локти на стол не кладет, аккуратно вкушает пищу, будто здесь не столовая, а пятизвездочный ресторан. Рядом с ней сегодня восседала сияющая Варвара. Ее Величество проявляла к ней благосклонность, периодически озаряя милостивой улыбкой и одаривая парой слов.
– Молодец, хорошая собачка! На, возьми вкусняшку! – язвительно прокомментировала Мила.
Зоя и сама уже обратила внимание на эту особенность. Полина усаживала рядом с собой отличившихся, остальные размещались согласно своему месту в иерархии. Ближе всего к Полине сидел комитет самоуправления, потом, видимо, кандидаты в комитет. Эти жадно ловили каждое слово избранных, услужливо подавали любую понадобившуюся мелочь и с готовностью поддакивали или смеялись. Ближе к краю стола сидели отверженные. Там царили апатия и равнодушие. Конечно, даже изгои первого отряда были круче королей любого другого, но внутри своей стаи им не перепадало ничего. Они молча ковырялись в тарелках или смотрели в окно. Зоя опять обратила внимание на бледную девочку с пепельными волосами, которая быстро набирала что-то в телефоне.
– Разве тут работают мобильные? – с удивлением спросила она у Милы.
– Нет, ты что, не заметила? Тут связь очень плохая, только если на трибуны залезть, можно дозвониться.
– А вон, смотри.
– А, это Кира Роговец. Она вечно с телефоном. Я как-то заглянула, она книжки на нем читает. Или фотографирует. Или пишет что-то. Вся в своем мире, ну, ты понимаешь. А что ей еще остается.
– Да уж, – усмехнулась Зоя. Полина в это время сказала что-то с легкой полуулыбкой, и всё ее окружение довольно расхохоталось. Варя бросила на девчонок ехидный взгляд.
– Давай, выслуживайся дальше, – пробормотала Зоя и принялась за остывший суп.
Ну и пылища! В этот шкаф, наверно, десять лет не заглядывали! Или заглядывали только затем, чтобы впихнуть еще один никому не нужный альбом с фотографиями. Разномастные альбомы, папки, тетради, да и просто пачки листов – всё это засунули в старый, пахнущий плесенью шкаф в два ряда, а остальное втиснули сверху. До этой вавилонской пирамиды нельзя было даже дотронуться, чтобы тут же не поднялось облако пыли. Зоя закашлялась и закрыла нос рукой.
– Да тут работы на месяц!
Им приказали разобрать всё содержимое шкафа, рассортировать, наклеить на корешки альбомов бумажки с годом и поставить альбомы в хронологическом порядке. Комнату не зря до сих пор называли «пионерской», хотя на двери и висела новенькая табличка «Конференц-зал». Это была натуральная капсула времени: с выцветшими знаменами и вымпелами, с вереницей помутневших кубков и наград за достижения, которые уже давно никто не помнил. Новым в этом помещении был только большой стол, за которым проводили планерки и собрания персонала. А вокруг него громоздились культурные слои, вполне пригодные для проведения археологических раскопок. Зоя осторожно провела пальцем по самодельной деревянной раме. За стеклом висела нарисованная от руки карта военно-полевой игры «Зарница»: красные и синие стрелки указывали на передвижения отрядов. Мила откопала в угловом шкафу старый горн и пыталась потрубить. Но выходило только натужное кваканье.