Елена Булганова – Книга земли (страница 63)

– Но в таком случае… это очень серьезное нарушение, и я не знаю, чего теперь нам ждать.

– Я буду наказана?

Короткий ответ прозвучал приговором:

– Да.

– Как? Хотя, я и сама уже догадалась. Я превращусь в старуху и буду штамповать новых вечников.

Лицо Тимур Саевича дрогнуло:

– Возможно. Но сперва я должен точно узнать, что произошло в прошлом. Давай-ка присядем, и ты мне расскажешь все.

Лида не возражала. Они устроились на бортике детской песочницы, и девушка начала свой рассказ. Чем дальше, тем больше лицо Тимура Саевича леденело, и Лида понимала – она сотворила нечто ужасное. Закончив рассказ, она спросила:

– А старики? Они кем становятся?

– Что?

– Ну, Наследники-мужчины, которые несколько раз нарушают закон?

– Они, Лида, становятся призрачными судьями, – прозвучал малоинформативный ответ.

– Тимур Саевич, почему все считают вас предателем?

Наконец-то бывший учитель вышел из ступора, даже лицо вспыхнуло. Ответ прозвучал немедленно:

– Я никого не предавал, Лида. Но иногда человек попадает в ситуацию, когда у него просто нет шансов оправдаться. Так случилось и со мной. Много тысячелетий назад я прибыл в Шаргаим, привлеченный легендами о великом городе вечников. Увы, на деле все оказалось иначе. В этом городе если не убивали, то готовились убивать. Мое положение и вовсе оказалось незавидным. Как Наследник, я не мог приобретать таланты, не мог убивать. Чтобы не участвовать в турнирах, вынужден был притворяться жалким и трусливым, таким, чтобы из бесконечного презрения и боязни даже поставить свое имя рядом с моим никто не выбирал бы меня соперником на турнирах. Путь назад был также отрезан: в Шаргаим можно было войти, но не выйти, хозяин Книги – и города – тщательно оберегал свои секреты.

Признаться, кем я являюсь, также было исключено. Да, мое положение мгновенно бы изменилось, моей дружбы стали бы искать, окружили бы роскошью и почетом. Однажды я не устоял бы перед искушением угодить кому-то – и нарушил закон Наследников.

И вот однажды на закате в городе появился Дио. Он был прекрасен и смел, этот вечник. Так случилось, что именно я предоставил ему пристанище на первую ночь в Шаргаиме, мы познакомились и почти сдружились. Но я не сомневался, что это ненадолго. Завтра же он начнет готовиться к очередному турниру, а обо мне если и станет вспоминать, то не иначе как с гадливостью.

Но все вышло иначе. Дио стал первым, кто сказал твердое «нет» том у, что творилось в городе. И скоро у него появились единомышленники. Клит, Юний, Маэса, многие другие – они были отважны и ловки, имели десятки талантов. Не забывай, девочка, что в те времена убийство в бою не считалось грехом. Уж и не знаю как, но Дио сумел их переубедить.

Из тех, кто поддержал Дио, со временем образовалось ядро заговора – десять человек. Были и другие, не посвященные в детали, но которые, как мы надеялись, поддержат нас, если дело дойдет до битвы. Я был одним из десяти, хотя никто и не возлагал на меня особых надежд. Но я знал, что ради Дио сделаю что угодно, если надо, пожертвую своей юностью, а то и жизнью. Мы не знали, что прежний хозяин уже мертв и теперь Книга принадлежит Фрее. А она была очень осторожна. Везде в городе шныряли соглядатаи. Однажды, собравшись в моем доме, мы в очередной раз обговаривали план. Уже бросили жребий: трое готовы были пожертвовать собой ради того, чтобы Дио смог завладеть Книгой. Конечно, мы надеялись, что эти жертвы не пригодятся, что мы всего лишь хорошенько припугнем хозяина и заставим его добровольно отдать нам Книг у. А если и нет – лично я совсем не беспокоился. Собирался в таком случае открыться друзьям и взять Книгу на себя, ведь я мог касаться ее безнаказанно.

Я вышел из комнаты за бочонком вина и успел заметить, как от террасы метнулась торопливая тень. Конечно, я бросился следом. Тень неслась прямо во дворец, я следовал по пятам. Вход охраняли некры, тень они пропустили без вопросов, но мне мигом заградили путь. Однако я проник во дворец по лозе оплетавшего стены виноградника. И понял, что опоздал. Фрея, бледная от ужаса, уже произнесла заклинание для перемещения во времени. И тут же кинулась к окну, наверное, не веря себе самой, что что-то получится. Я воспользовался моментом, схватил Книгу и вышвырнул в окно. На несколько долгих секунд оцепенение сковало мое тело. Когда я снова смог двигаться, мы уже были в двадцатом веке. Напротив меня стояла Фрея и глядела с ненавистью и изумлением.

«Как тебе удалось? – спросила она. – Ты – Наследник?»

Я молчал, но крыть было нечем. А она продолжала:

«Я хотела убить тебя за то, что лишил меня Книги. Но потом подумала, что лучше оставить тебя в живых, вдруг пригодишься когда-нибудь. Твои бывшие друзья наверняка решили, что ты убежал предупредить хозяина Книги, то есть меня. Да я сама буду всем излагать именно такую версию! Если встретишь кого-то из них – попробуй, докажи им твою невиновность! Особенно после того, как трое из них наверняка обрекли себя на бесконечную пытку оцепенением».

После этого наши пути разошлись. Я стал искать Дио и остальных, чтобы рассказать им правду. Но едва вышел на их след, как меня самого нашла Фрея. К тому времени она уже потеряла своего сына и была уверена, что я помогу ей. Наше общение было… довольно мучительным, – уголком губ усмехнулся Наследник. – И весьма долгим. Когда она поняла, что ничего не добьется, то отпустила меня. Через какое-то время мне снова повезло получить достоверную информацию о моих друзьях. Увы, Креон сумел заманить всех, кто был близок Дио, в ловушку и последним привел туда его самого. И Дио дрогнул, согласился отдать Книгу в обмен на свободу друзей. Хотя, возможно, у него был какой-то план – как знать. Но Креон убил его и завладел Книгой… Впрочем, – вдруг встрепенулся мужчина, – я рассказал тебе даже сверх того, что ты спрашивала. Пойдем.

– Куда? – похолодела Лида. – На суд?

– Лида, на призрачный суд не приходят. Он сам в какой-то миг настигает тебя. Пока этого не случилось, я хотел бы познакомиться с твоими друзьями. Если ты не против, конечно. Возможно, еще есть шанс хоть что-то исправить.

– Конечно, я не против, – выдохнула девушка. – Идемте скорее.

Тимур Саевич протянул ей руку, помогая подняться с песочницы и перешагнуть с заснеженной площадки на относительно чистую дорожку, ведущую через двор. Они уже почти достигли подворотни, когда…

– Стойте!

Лида вздрогнула, оглянулась: к ним бежала Вера, как была дома, в байковом халате, в одном тапке – второй, наверно, слетел еще на лестнице. Женщина догнала их, вцепилась в руку дочери, но смотрела только на ее спутника. Заплетающимся языком пролепетала:

– Николай… куда ты ее уводишь?

Лида начисто лишилась дара речи. А Наследник пробормотал:

– Вы ошиблись. Я – школьный учитель вашей дочери. Вам не о чем беспокоиться, мы всего лишь…

– Вашей? Это и твоя дочь, Николай. Ты не узнаешь меня? Я так сильно изменилась?

Вечник потрясенно покачал головой. Вера еще больше съежилась, но Лидину руку так и не выпустила.

– Мам, иди домой, – взмолилась девушка. – Ты же заболеешь. Пожалуйста!

Тимур Саевич вдруг встрепенулся, подхватил Веру на руки и понес к парадному. Лида поплелась за ними следом. На площадке первого этажа у батареи было вполне тепло. Мужчина вытащил пачку рекламного мусора из раздолбанного ящика и постелил под ноги женщины. Потом спросил:

– Когда мы встречались с вами, Вера? Точнее, когда мы расстались?

– Почти семнадцать лет назад. Когда это сокровище было в проекте.

Вера кивнула на Лиду и даже нашла в себе силы усмехнуться.

– Я начинаю понимать. Я был болен в то время, возможно, потерял память…

– Не нужно, – перебила Лида. – Мама знает, кто я. И кто вы… папочка. Болеть мы не можем, так что лучше правду.

– Хорошо, – кивнул мужчина, и голос его зазвучал гораздо уверенней. – Именно семнадцать лет назад, полагаю, я впервые встретил Креона. Я знал, как он выглядит, он же не знал обо мне ничего. Мой план состоял в том, чтобы отнять у него вечность, а затем любыми способами добиться признания, где томятся пленники. У меня была лишь одна попытка. Догадываюсь, что я ее провалил, – Креон оказался хитрее. И теперь уже он объявил охоту на меня. Креон знал о Наследниках – это потом Фрея стерла из его головы информацию о них. И был не прочь использовать меня в своих целях. Он наверняка начал бы действовать по своей обычной схеме: использовать тех, кто мне дорог. Потому что я позволил себе полюбить. – При этих словах вечник несмело глянул на Веру. Та, кажется, даже дышать перестала, так вслушивалась в его слова. – У Наследников в резерве есть еще один особый дар: заклятие восемнадцати лет. На этот срок мы забываем какой-то промежуток своей жизни. Наверное, прежде я постарался отправить тебя подальше, хорошенько спрятать. Это так?

Вера молча кивнула.

– Таким образом, попадись я снова Креону в лапы, он не смог бы выведать твое местонахождение. А даже найди он тебя – это мало что дало бы ем у. Ты и дочка отныне стали для меня чужими, не имело смысла использовать вас, чтобы сломить мое сопротивление. Я говорил что-то про восемнадцать лет?

Снова кивок.

– Полагаю, цифра восемнадцать сакральна для вечников. Наверно, тогда я надеялся, что за это время все изменится. И я смогу однажды вернуться к тебе и к дочери.