Елена Булганова – Книга воздуха (страница 10)

– Я очень переживала, – ей в плечо выдохнула Журавка. – Лазарь предупредил, что первая ночь после твоего дня рождения станет самой тревожной. Вечники редко бывают терпеливы. Алеша полночи дежурил у твоего дома, а меня с собой не взял.

– Правильно сделал. И ему не нужно было – смертные ничего не могут сделать против вечников, – воспроизвела Лида усвоенное с чужих слов знание.

– Я знаю, но ведь Лазарь-то всего один. Его друзья из разных стран предлагали помощь, но он всем запретил соваться. Сказал, что не хочет никого втягивать, и вообще – поднимать волну. Мир вечников узок, если начнется суета вокруг тебя, это привлечет внимание тех, кто пока не в курсе, что ты – Наследница. Если такие несведущие в принципе существуют, – жалобно хмыкнула Мила.

Весна в изумлении взирала на свою смертную подругу, которая так запросто ориентировалась в мире вечников. В Лидином мире, но ей пока еще бесконечно чужом, пугающем и враждебном. В который она даже не верила до конца, но вообразить такой крупномасштабный розыгрыш со стороны самых близких было еще сложнее.

К ним поднялась Вера, принесла поднос с разложенными по блюдечкам соблазнительными остатками пиршества. Лида вдруг ощутила, как зверски она голодна, вчера ничего в горло не лезло, а потом такая тяжелая ночь. И цапнула подсохший бутерброд с икрой и лимончиком, с наслаждением запила его горячим сладким чаем. Мать не задержалась, плотно прикрыла за собой дверь.

– Сегодня моя очередь рассказывать тебе о периоде, который ты забыла, – сообщила Журавка и сильно покраснела. На еду и чай она даже не посмотрела, так волновалась. – Могу начать с нашего знакомства во дворе школы, первого сентября. Но, если у тебя есть вопросы, то лучше с них…

– Ты насчет Алеши? – догадалась Лида. Этот момент ее не слишком волновал, но подругу нужно было успокоить.

– Да, – выдохнула Мила, капельки испарины выступили на ее выпуклом лбу. – Лазарь наверняка тебе рассказал, что Санин был твоим парнем, и что он умирал. Только ради него ты и связалась с этой чертовой Книгой талантов! Я на твоем месте так же поступила бы!

И закрыла лицо тонкими, почти прозрачными руками. Настал черед Лиды ее обнимать, прямо через стол.

– Да, сказал. Но, Милка, если ты насчет того, что вы теперь с Лехой вместе, то тут и говорить не о чем…

– Нет, есть о чем! – отчаянно замотала головой Журавка, рассыпался короткий хвостик шафрановых тонких волос. – Меня это ужасно мучило, хотя вы расстались еще до того, как Судьи тебя лишили памяти. Было много причин: Алеша не смог сразу принять то, что ты вечница, а ты все время сражалась, защищала друзей, семью, город в целом. А потом, когда мы с тобой заново познакомились, помнишь, я представила Алешу как своего парня? Так вот, тогда это не было правдой! Нам пришлось тебе солгать.

– Ой, а зачем? – от всей души удивилась Лида.

– Потому что Леша хотел и дальше общаться, дружить с тобой. Пережитое очень нас сплотило, но ты все забыла. Если бы я просто представила его, как своего знакомого, не факт, что он бы влился в нашу компанию. Ну, вспомнила бы ты, что когда-то училась с ним в первом классе – ты, кстати, на этот раз сама его почти сразу узнала. Только мало ли кто с кем учился.

– Я ведь могла заново в него влюбиться, – ужаснулась Лида. – С первого взгляда, ага.

– Да, это тоже было проблемой, – очень серьезно подтвердила Мила. – Алеша сильно переживал. Тогда мы решили сказать, будто мы с ним – пара. Это снимало многие вопросы.

– И очень правильно решили, – одобрительно покивала Весна. – Но потом это стало правдой, ведь да?

Мила кивнула и на этот раз покраснела так, что превзошла в этом деле саму себя. Пришлось даже подуть на ее лицо, чтобы совсем не сгорела.

– Угу. Мы много времени проводили вместе. Лучший друг Алеши Марат ушел вместе с Анной, чтобы похоронить в веках Книгу, здесь у него остались маленькие брат и сестра. Их отец погиб, мать куда-то сгинула – они сектантами были – и Санины малышей взяли на воспитание. Пока что опека, вдруг мать обнаружится, но мечтают усыновить, конечно. Мы с Лешей очень много ими занимались, чтобы хоть не пугались каждого звука, играть научились и перестали прятать еду про запас. Лешина мать вынуждена была лечить мужа, Евгения Львовича – он с трудом восстанавливался после тех событий в нашем городке. А мы малышам были как родители в тот год – вот и сблизились, понимаешь?

– Конечно понимаю, Милка ты моя! И я за вас ужасно рада.

Лиде хотелось поскорее закрыть скользкую тему. Но не такова была Журавка, чтобы щадить себя.

– Я с младших классов была влюблена в Ворона… то есть в Марата Вельшина, – пояснила она в ответ на удивленный взгляд Весны. – Это была безответная любовь, но я верила, что она навсегда, иначе какой вообще смысл в любви? Думала, я с этим чувством и состарюсь. Потом Марат полюбил Анну, наплевал на то, что она старше его на века, что она вечница. И ушел с ней в прошлое. Сперва для меня ничего не изменилось, но потом однажды пришло осознание: я вроде как наказываю весь мир и себя за то, что полюбила безответно. Ну, состарюсь я в одиночестве, не дам никому любви, не рожу детей – какой в этом подвиг? И я сумела, понимаешь? Было трудно, но теперь я точно знаю, что люблю Алешу – иначе, чем Марата, но люблю. Вот, все сказала!

Мила с явным облегчением откинулась на спинку стула и выпила залпом чашку остывшего чая. Лида глядела на подругу с восхищением: как же Милка серьезно относится к жизни! А вот она сама где-то в перерывах между приключениями разлюбила Санина – и не чувствует за это никакой вины.

– Мил, – начала Весна осторожно. – У меня тоже к тебе деликатное дельце. Ну, чтобы быть в курсе. В общем, Лешку я тогда разлюбила, а почему? В смысле, может я в кого другого втрескалась?

Журавка подняла на нее смеющиеся глаза:

– А есть предположения?

– Ну, как сказать… вот я все забыла, и при взгляде на Леху у меня не разу даже не екнуло, честное слово! Но кое на кого еще как екнуло, и я теперь не знаю – это из прошлого ниточка протянулась, или как? Ну, Милк, ты же понимаешь, о ком я?

Журавка отставила наконец чашку, улыбнулась задумчиво.

– Понимаю, конечно. Но, Лид, точных сведений у меня нет, нам просто не хватило времени два года назад в спокойной обстановке все обсудить. А скорее всего, нечего было обсуждать…

– Нечего? – огорченно ахнула Весна.

– Погоди, я пытаюсь сформулировать. Бывает, что люди влюбляются и со временем становятся невероятно близки, словно одно целое. А у вас с Лазарем наоборот вышло: вы с самого начала словно срослись с ним, совпали во всем. И было ясно, что ни один из вас не сможет существовать без другого, потому что тогда его личная вселенная схлопнется. Была ли ты влюблена в него? Сложно сказать. Это было даже сильнее, чем сама любовь…

– А Лазарь? – жадно спросила Лида.

– Ну, то же самое. И не забывай, что ты тогда была школьницей. Естественно, он был уверен, что ты для него как сестра, как дочь, а о другом не считал возможным даже подумать.

– И что делать? – Весне захотелось немедленно умереть от разочарования, вечности назло.

– Ну, теперь ты старше. Думаю, от тебя все зависит… или многое, – обтекаемо отозвалась Журавка. При этом взглядом, улыбкой и легким кивком выразила полную уверенность, что у подруги все сложится, как надо. И Лида снова воспрянула духом. Обе с удовольствием и молодым аппетитом занялись завтраком, новая порция чая и только что подоспевшие блинчики от Веры оказались очень кстати.

– Лазарь ведь говорил вам насчет Анны и Марата? – отдуваясь после всего проглоченного, вернулась к делам Лида. – Ну, что они не в прошлом, а вроде как в другой реальности и не могут с нами пересечься?

– Рассказывал, – кивнула и посерьезнела Журавка. – Лично у меня такое даже в голове не укладывается. Но мы помогали Лазарю, делали, что могли.

– А что именно? – не поняла Лида.

– Ну, проглядывали всякие каталоги, альбомы. Лазарь говорит, что они могли нам передать весточку только через произведения искусства, потому что такие артефакты существуют для всех измерений.

– Поверить не могу! То есть, если Анна ночью намалюет краской послание на нашем заборе, то мы его все равно не увидим? Ну как так?

Мила только развела беспомощно руками. Видно было, что эта тема ее крайне волнует: раскраснелась, на лбу снова выступили кристаллики испарины. Лиде жаль было волновать подругу, но уж очень хотелось разобраться.

– Лазарь думает, что они нашли способ, как преодолеть эту чертову шаговую реальность?

– Возможно. В прошлом они могли встретиться с выдающимися физиками – тоже вечниками, которые исследовали тот же предмет, что и Валерий. А может, таким великим физиком за сотни лет стал Марат – а что, у него были способности. Тогда они уже знают, что нужно делать, но должны сперва передать инструкции вам…

Она замолкла, вытянула тонкую шею в направлении двери.

– Хотя пусть лучше профессор сам тебе растолкует.

И через мгновение в дверь деликатно побарабанил пальцами Лазарь. Выглядел он утомленным, в мансарде с низким скошенным потолком стоять прямо мог только у входа. Лида, густо краснея, поспешила подтащить стул и рассердилась на себя за бардак в комнате.

– Увезли Полину? – Она едва сумела скрыть гримасу раздражения при одном имени непонятной девицы.