Елена Брюс – Стихи эпохи вырождения (страница 4)

Едва родясь из памяти раструба. Отточенные полости разлук Клянут, взбешенные, криводорожье. И я иду, пиная каждый звук, Твоим присутствием во мне обезнадёжен…

Вечнозеленая молодость

Вечнозеленая молодость,

Все будет хорошо?

Да…

Мы- повисшие на травинках жуки.

Нас убивают птицы, нас убивает вода.

Мы – инородное тело и гордость

Инстинкта, морали, бессмысленного труда.

Мы – порошок времени,

В который стерто всё

Существующее и существовавшее ранее.

Вдыхаем сами себя – наслаждение,

Даже если это последний вдох, выдох,

Агония дыхания.

Мы артисты бродячего цирка,

Театралы плюют нам вслед.

Один невозможно храбрый

придумал нам имя,

Написал его палкой на берегу,

Прочитал его вслух и ослеп.

Мы – нерадивые пасынки Бога,

Начинаем молитву со слова аминь.

Мы – топоры, зарытые в лоно стога,

Мы – утром янь, вечером – инь.

Мы лодочки из сосновой коры

В руках гомонящих детей.

Мы кузнечики, запертые в коробки.

И те, кто роняет их и поднимает – мы.

Мы прожили одну жизнь.

Мы купили ее за сотню смертей.

***

Жара. Покой. Хромой конек рассвета

Далеким топотом линчует горизонт,

И катит под откос повозка лета,

Поскрипывая хлипким колесом.

Испарина росы у тишины на лбу,

Немеют губы. В крике рвется рот.

Древесный воздух

с шаром красным на горбу

Встает фантомом бледным из пустот.

Над сонным маревом грозу пророчат

Пугающие высвисты дроздов,

Из клювов рассыпая многоточия

На скудные останки слез и слов.

***

Была черной земля, стала белою.

Крутит грязью забрызганный шар,

Щуря око луны осовелое,

Облаченный в небесность гончар.

Замораживал сгусток рябиновый,

Чтобы горечь ушла в беспросвет,

Ямы-раны залатаны зимами,

Мать-природа, к чему твой навет?

Бог со мной…

Я иду против матери,

Опьяненная ядом постов.

И трещат буреломы на скатерти

Бледнолицых крахмальных снегов.

Дорога

Далекая моя, искомая, разбитая.