Елена Брандукова – Под маской Крика 2: Вне радаров (страница 2)

Он нажал кнопку селектора.

— Соедините меня с Цюрихом.

Когда директор пансиона ответил, Фернандо заговорил мягким, почти торжествующим тоном:

— Доброе утро. Я звоню по поводу Альбы. Полагаю, года было достаточно, чтобы она осознала свои ошибки. Я решил забрать её домой.

— Мы подготовим все документы, комиссар. Она будет готова к среде.

— Отлично. Я сам встречу её в аэропорту. Пора возвращать мою дочь в семью, — Фернандо положил трубку и тепло улыбнулся фотографии жены на столе. — Видишь, любимая? Я спас ее. Она снова наша маленькая девочка.

Он и представить не мог, что «маленькая девочка» возвращается не для того, чтобы просить прощения, а чтобы уничтожить его. Фернандо не знал, что Альба нашла его след в Мадридских архивах. Для него это было начало новой, спокойной жизни.

Но почему он решил забрать её именно сейчас? В городе назревал крупный передел сфер влияния, и Кастелю нужно было, чтобы его семья была в сборе — как символ его непоколебимой власти и «чистоты». Он хотел показать Алессандро Кастильо, что он победил во всем: и в законе, и в воспитании наследницы.

Глава 4. Смена декораций

Понедельник. Швейцария, Цюрих.

Стук в дверь прервал мысли Альбы о Мадридских архивах. Директор школы вошел с непривычно широкой улыбкой, которая в этом стерильном заведении всегда предвещала что-то важное.

— Поздравляю, Альба. Твой отец только что звонил. Он считает, что ты полностью восстановилась и готова вернуться к нормальной жизни. В среду за тобой прилетит борт.

Альба застыла. Сердце пропустило удар, но не от радости, а от липкого, холодного страха. Она медленно кивнула, сохраняя маску спокойствия, которую оттачивала здесь целый год.

— Спасибо, господин директор. Я... я готова.

Как только дверь закрылась, Альба медленно опустилась на кровать. Вещи. Ей нужно собрать вещи. Она достала чемодан, но руки действовали механически. В голове набатом била одна мысль: «Я возвращаюсь в дом к человеку, который убил мою мать. Я буду завтракать с ним, улыбаться ему и желать спокойной ночи, зная, что его руки в крови».

Теперь её жизнь превращалась в шпионский триллер. Каждый её шаг в Марбелье будет под прицелом. Она должна стать безупречной, чтобы он ни на секунду не заподозрил, что она знает правду.

Вторник. Марбелья.

Письмо из Швейцарии курьер оставил на стойке бара в старом порту, где Матео проводил почти всё свое время. Он вскрыл конверт, когда солнце уже начало садиться за горизонт.

«Я ждала тебя год... Триста шестьдесят пять дней...» — строчки расплывались перед глазами.

— Ждала? — горько усмехнулся он в пустоту. — Ты сама выбрала этот путь, Альба. Ты сама шагнула в руки отца, когда мы предлагали тебе свободу.

Его злило, что она обвиняет его в «холодности». Матео так и не смог принять её выбор — сдаться Фернандо. Для него это было предательством их общего духа, их гонки. Он считал, что она сломалась, а теперь она пишет о «других девушках»?

Он скомкал письмо и швырнул его в воду. Он не знал, что завтра её борт приземлится в аэропорту. Алессандро не сказал сыну о возвращении Искры, боясь, что тот сорвется и наделает глупостей. Для Матео Альба всё еще была где-то там, за колючей проволокой элитного пансиона, превращаясь в послушную марионетку комиссара.

Среда. Аэропорт Марбельи.

Сухой испанский ветер растрепал волосы Альбы, стоило ей выйти из самолета. Она спускалась по трапу, впившись пальцами в ручку сумки. Внизу её ждал черный седан и высокая фигура в строгом костюме.

Фернандо Кастель.

Он выглядел как идеальный отец — гордый, любящий, ждущий свою блудную дочь. Альба на мгновение зажмурилась, делая глубокий вдох, и натянула на лицо кроткую улыбку.

— Папа! — она почти вбежала в его объятия, пряча лицо у него на груди, чтобы он не увидел в её глазах ледяную ненависть.

— Добро пожаловать домой, Альба, — Фернандо крепко прижал её к себе. — Я так долго ждал этого дня. Теперь всё будет иначе. Я обещаю тебе.

«Да, — подумала Альба, чувствуя запах его парфюма, — теперь всё действительно будет иначе. Я найду способ заставить тебя заплатить за всё».

Когда они ехали по знакомым улицам, Альба смотрела в окно. Она искала глазами знакомые машины, искала Матео, но Марбелья жила своей жизнью, не замечая возвращения своей Призрачной гонщицы. Она возвращалась в логово зверя, не зная, что Матео в этот момент проезжал мимо аэропорта, даже не догадываясь, кто только что приземлился на этой полосе.

Глава 5. Стены имеют уши

Марбелья встретила Альбу зноем, но внутри поместья Кастель всегда царил мертвенный холод. Дом встретил её стерильной чистотой и навязчивым запахом дорогой полироли, который перебивал даже аромат морского бриза из открытых окон. Всё стояло на своих строго выверенных местах: массивные дубовые консоли, те же холодные пейзажи в золоченых рамах, тяжелые бархатные шторы, не пропускавшие лишнего света. Это была гнетущая атмосфера идеального порядка — фасад, за которым Фернандо годами прятал гниль и хаос собственной души.

Альба шла по коридору, и звук её шагов вяз в дорогих коврах. Ей казалось, что стены сужаются, пытаясь выдавить её обратно, в аэропорт, в Швейцарию — куда угодно, лишь бы не оставаться в этом склепе воспоминаний.

Разговор в гостиной не задался с первых минут. Фернандо, облаченный в безупречную домашнюю одежду, пытался разыгрывать роль радушного хозяина. Он лично разливал чай, предлагал Альбе её любимые когда-то сладости из кондитерской на набережной, но она лишь едва заметно качала правой ладонью.

— Я не голодна, пап. Перелет был тяжелым, — голос Альбы звучал сухо, почти безжизненно.

Она смотрела на него через край чашки и видела не отца, а холодного кукловода. Человека, который методично, слой за слоем, стирал образ её матери из этого дома, заменяя живые воспоминания бездушным антиквариатом.

— Ты изменилась, Альба. Швейцария сделала тебя... тихой, — Фернандо прищурился, пытаясь поймать хоть какое-то движение в её глазах, найти ту прежнюю Искру, которую он так старательно тушил. — Но это к лучшему. Завтра мы обсудим твои планы на учебу здесь, в Марбелье. Хватит глупостей. Никаких гонок, никаких сомнительных компаний. Пора взрослеть и принимать правила игры.

Альба лишь коротко кивнула. Она знала эти правила — подчиняться или исчезнуть. Не оборачиваясь, она поднялась на второй этаж.

Её комната была точной капсулой времени. Та же постель, та же расстановка книг. Но теперь всё это казалось декорациями к чужому спектаклю. Она провела пальцем по поверхности стола — ни пылинки. Фернандо вычистил даже её прошлое.

Захлопнув дверь на замок, она прислонилась к ней спиной. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. Дрожащими пальцами Альба достала телефон — тот самый, секретный, с единственным номером в памяти. Она быстро набрала два слова, которые пульсировали в голове всё время в пути:

«Я дома».

Сообщение улетело в пустоту. Прошел час, затем второй. Альба сидела на краю кровати в наступающих сумерках, не мигая глядя на экран, который оставался мертвенно-темным. Матео молчал. Это молчание резало острее, чем любые угрозы отца. Он знал, что она прилетела — в Марбелье новости о возвращении дочери комиссара разлетаются быстрее, чем «Ниссан» набирает сотню. Тишина в ответ на её крик о помощи была оглушительной.

Экран внезапно вспыхнул, заставив её вздрогнуть. Но это был не Матео.

Единственный ответ пришел от Хави. Короткий, деловой, лишенный лишних эмоций, как и он сам:

«Принял. Утром буду у тебя. Жди».

Альба перечитала сообщение трижды. В этом коротком «Жди» было больше надежности, чем во всем этом огромном доме. Хави не спрашивал «как ты?» и не просил прощения за молчание. Он просто обозначал свое присутствие на её стороне. Хави, который видел те же зашифрованные файлы, что и она. Хави, который единственный понимал, что за «тихой Альбой» скрывается взведенный курок.

Она выключила свет и легла в постель прямо в одежде, не в силах заставить себя расслабиться в этом доме. Вслушиваясь в тяжелые шаги отца в коридоре, она сжимала телефон в руке.

Хави приедет завтра. А Матео... Матео, кажется, действительно стер её из своей системы координат, выбрав жизнь «вне радаров» её сердца. Или просто решил, что мертвые не возвращаются.

Глава 6. За закрытыми дверьми

Утро в доме Кастелей началось со звона столового серебра и гнетущей тишины. Альба проверила телефон сразу, как открыла глаза. Пусто. Экран по-прежнему не выдавал ни одного уведомления от Матео. Только короткое подтверждение от Хави: «Буду через час».

Она спустилась на кухню, стараясь придать лицу выражение покорности. Фернандо сидел во главе стола, изучая утренние сводки.

— Доброе утро, папа, — Альба налила себе кофе. — Скоро приедет Хави. Мы хотим немного прогуляться, развеяться. Год в четырех стенах дает о себе знать.

Фернандо медленно опустил газету. Его взгляд, пронзительный и ледяной, замер на дочери.

— Хави... Хорошо. Но запомни, Альба: никаких гонок. Никаких доработанных движков и нелегальных заездов. Это осталось в прошлом, в той жизни, которую ты переросла в Швейцарии. Понимаешь меня?

Альба кивнула. Она знала, что за этот год в пансионе научилась вещам куда более опасным, чем переборка карбюратора, но отцу об этом знать не стоило.