Елена Богданова – ТЕНЬ В ЗАПОВЕДНОМ ЛЕСУ. Спектр клинических расстройств (страница 1)

ТЕНЬ В ЗАПОВЕДНОМ ЛЕСУ. Спектр клинических расстройств

ПРЕДИСЛОВИЕ: Охота на невидимых Колдуний

Человеческая психика устроена удивительно: когда внешняя реальность становится слишком громкой, пугающей, изменчивой или невыносимо болезненной, наш разум включает невидимую защиту. На языке современной клинической психологии и международных классификаций эти состояния называют депрессиями, посттравматическим стрессом, паническим или ипохондрическим расстройством. Но для израненной человеческой души они ощущаются совсем иначе. Они приходят как невидимые, тяжелые оковы, которые мешают дышать, радоваться жизни и заставляют человека закрывать ставни своего дома от всего мира.

Эта книга задумывалась как бережный, доступный и безопасный путеводитель, который протянет вам руку помощи прямо со страницы и поможет самостоятельно приоткрыть дверь в мир практической психологии. Поэтому глубокие профессиональные знания и клинические протоколы здесь бережно вплетены в живую ткань славяно-кельтской сказки — универсальный, метафорический язык, который легко воспринимается нашим бессознательным.

Вместе с мудрым Охотником Велимиром и его юным учеником Иваром вы отправитесь в путешествие по туманному Дикоземью. Шаг за шагом, поселение за поселением, вы будете освобождать этот мир от древних Заклятий, которые парализовали его жителей.

Вы узнаете, как сбросить удушающую серую накидку Серой Невидимки (Депрессии). Как выбраться из подземных катакомб Окаменевшего Эха (Паники и Агорафобии). Как разбить маски и выйти из Зеркального Омута (Социофобии). Вы пройдете сквозь Стеклянный Мир, где люди превратились в замерзшие манекены (Диссоциация), опустили руки от бессилия (Выученная беспомощность) или пытаются защититься от хрупкости бытия иллюзорными баррикадами из лекарств (Ипохондрия).

Бродя по этим тропам, помните: Велимир не уничтожает Колдуний. В природе всё должно быть в балансе. Его задача как Ведающего — провести бережное расследование и понять, от какого невыносимого напряжения или глубинного горя психика человека когда-то сделала свой выбор укрыться за этим проклятием. Ваша тревога, паника или апатия — это не поломка и не слабость. Это были ваши единственные, отчаянные способы защитить свое хрупкое «Я» от разрушения в моменты тяжелых жизненных штормов и потрясений.

Я пишу эту книгу не только как магистр психоанализа и клинический психолог, но и как Израненный Целитель. Я не понаслышке знаю, что такое абсолютная, разрывающая на части темнота, и что такое искать из нее выход. В каждую строчку этого путешествия вплетена не просто сухая наука, а глубокое сострадание к человеческой боли и искреннее желание помочь тем, кто сейчас проходит через свой собственный внутренний ад.

Эта книга создана для того, чтобы подарить вам надежду, душевную устойчивость и тот самый Живой Огонь — искру вашего внутреннего очага, которая способна согреть душу в любые, даже самые ненастные времена. Каждая глава здесь — это шаг к освобождению вашей собственной силы из плена старых контрактов. Позвольте этой истории увести вас по тропам Заповедного Леса, чтобы вернуть себе право дышать, чувствовать яркие краски жизни и спокойно засыпать по ночам.

Добро пожаловать в Заповедный Лес. Твоя душа ждет своего Ведающего.

ЧАСТЬ I: Заклятие Серой Невидимки

ГЛАВА 1. Серебро на пути к Велемиру

В Деревне Вересковых Пепелищ пахло застоявшейся озерной водой, остывшей золой и бедой. Солнце, которое раньше щедро золотило соломенные крыши, теперь едва пробивалось сквозь плотную, мертвенно-серую дымку, заволокшую небо. Деревня угасала. Жители двигались медленно, словно во сне, а их глаза были затянуты той самой пеленой, из-за которой человек перестает различать цвета.

В ратуше, под низкими дубовыми сводами, за длинным столом сидели угрюмые мужчины и женщины — те немногие, кого Проклятие Серой Невидимки еще не успело полностью лишить воли и сознания. Но с каждым днем их становилось всё меньше.

— Никто уже не может быть уверен, что завтра утром проснется прежним и сохранит свой разум! — Громкий, хриплый голос старосты разорвал гнетущее молчание. Он со стуком опустил тяжелую ладонь на чертежи общинных земель. — Нужно что-то решать, иначе мы все пропадем! Сонная серость заберет наши дома.

За столом пошла тяжелая волна вздохов. Люди переглядывались, но опускали головы — у них не было ответов. Все средства знахарей, все защитные обереги и руны, которые они рисовали на дверях, оказались бесполезны. Еще месяц назад странный недуг поразил всего двоих, а сегодня большая часть поселения сидела по темным углам, не в силах поднять руку, чтобы истопить печь или накормить скотину.

— Я поеду, — тихо, но твердо вызвался худощавый юноша, сидевший на грубой скамье поодаль от всех, у самого очага. В его глазах, в отличие от остальных, еще горел упрямый, живой огонек. — Я слышал от своего отца, когда он еще был в здравии и помнил наши законы... Он рассказывал про Охотника за Проклятиями. Про Велемира. Он умеет расторгать контракты с Тенью.

В зале тут же зашумели. Люди начали испуганно перешептываться и качать головами.

— Да ты с ума сошел, парень! — Раздался голос старого мельника. — Велемир не из наших мест. Поговаривают, что он вообще не от мира сего, ведает тем, о чем живому человеку и думать грешно. Привезешь в деревню еще большую беду!

Юноша встал, его кулаки сжались:

— А какие у нас есть варианты? Всё, что мы пробовали, принесло лишь пустоту. Мы ждем смерти, укутавшись в саваны!

Староста глубоко задумался, потирая седую бороду. Он посмотрел на угасающие лица своих людей и медленно произнес:

— Предлагаю голосование.

После долгих, тихих перешептываний люди потянулись к столу. Деревня Вересковых Пепелищ всегда славилась тем, что люди здесь умели помогать друг другу в лихую годину и никогда не кичились своим богатством. Они подходили по очереди, и на дубовые доски со звоном ложились серебряные монеты с древними кельтскими узорами. Кто был позажиточнее — отдавал больше, у кого хозяйство было поскромнее — вытряхивал последнее из кошеля. Путь до туманных скал, где жил Охотник, был неблизким и опасным, но это серебро было их общей платой за надежду.

Юноша бережно ссыпал тяжелые монеты в кожаный мешок, затянул узел и закинул его за плечи.

— Я вернусь с Велемиром, — пообещал он, выходя в серый предрассветный туман. — Или не вернусь вовсе.

Юноша, которого звали Ивар, нашел Охотника на самом краю Сумеречного Дола, где скалы сходились так близко, что небо казалось узкой серой лентой. Охотник согласился поехать, едва услышал название деревни, но серебряные монеты брать не стал — лишь молча кивнул и закинул на плечо свой потертый дорожный мешок.

Они ехали назад уже второй день. Дорога петляла между вековых мшистых дубов, и чем ближе они подъезжали к Вересковым Пепелищам, тем плотнее становился туман. Велемир был угрюм. После рассказа юноши он совсем замкнулся в себе, низко надвинув капюшон и глядя куда-то между ушей своего коня.

— Ты чего помрачнел, Велемир? — не выдержал Ивар, подгоняя свою лошадь поближе.

— Да так... вспомнил кое-что, — глухо отозвался Охотник, не оборачиваясь. Помолчав, он добавил: — Ты не верь во все байки, которые про меня в народе рассказывают. Придумывают много лишнего. А я обычный человек.

— А я и не верю, — спокойно ответил юноша. — Я не сужу о людях по всяким небылицам. А вот мой отец рассказывал, что ты многие деревни от Тени спас. Как тебе это удалось в одиночку?

Велемир тяжело вздохнул, и его пальцы крепче сжали кожаные поводья.

— Знаешь... однажды, совсем мальцом, я ушел далеко от своей родной деревни. В самый глухой лес. Хотел диковинных цветов для отца набрать — он у меня знатным знахарем был, в травах души не чаял. Ушел я рано утром, далеко в чащу, потому что цветы эти редкие росли только на дальних полянах и раскрывались в определенное время, сразу после полудня. Пока я их искал да собирал, уже и вечереть стало. Возвратился домой — а там никого. Пусто. Я в соседний дом кинулся — а там тоже ни души. Еда на столах остывает, скотина в хлевах стоит, а вся деревня как будто сгинула, растворилась в воздухе.

Ивар затаил дыхание, боясь перебить Охотника.

— Собрал я тогда свою маленькую котомку и пошел искать людей, — тихо продолжал Велемир. — Не понимал я тогда глупый, что на деревню чары были наложены, а меня они не коснулись только потому, что я слишком далеко в лесу был. Долго ли, коротко ли шел — не помню уже. Но набрел в глуши на хижину старика-лесовика. Он-то мне всё и рассказал. Что, мол, на деревню нашу разом Три Сестры морок навели и вывели всех людей в одночасье в бездну. Так я остался сиротой. Но старик добрым оказался. «Оставайся, — говорит, — у меня, я тебя примудростям разным научу, таким, которых уже давно никто на земле не знает. А ты помогать мне будешь. Старый я уже, тяжело одному, да и в травах ты отцовских разбираешься — хорошим учеником станешь». Так я и стал Ведающим.

Велемир внезапно натянул поводья, заставив коня остановиться. На его бледном лице заиграли резкие тени от ветвей.

— Похоже, приближаемся, — произнес он, принюхиваясь к влажному воздуху.

— Как ты понял? — Ивар испуганно огляделся, но вокруг был лишь серый туман.