Елена Богданова – Связанные с Рождения (страница 27)
Отметили многих целителей, боевиков и защитников. Обидно, но, несмотря на то, что все только и говорили о группе Шелиха и Мельника, их имена в списки не попали. Впрочем, как и имя Алисы, которая пропустила зачетный день учений и не видела боя подчинённой нечисти своей группы.
Сначала подумали, что в ошейниках было ещё что-то. Но Ильина заверила, что они работают только как передатчики. Это подтвердил и Геннадий Аскольдович, который рассказал нам о своей дочери и внуке. Профессора оставили в Академии, а вот внуку придётся пройти курс восстановительной терапии. Уж слишком долго он был под «воздействием», как и Ильиной. Их отправили в закрытую лечебницу при дворе. Проверили ещё раз корабль, на котором держали ребят. Ничего. Исследовали пещеру, где прятали судно, тоже ничего.
Когда всё закончилось, и народ стал расходиться, смешался с толпой. У меня ещё лекция дополнительная сегодня стояла, но все были так взбудоражены, сомневаюсь, что они усвоят материал. Скорее всего, придётся просто провести вводную лекцию, обозначив, какие темы хочу с ними пройти и распущу их праздновать.
Лекции мне еще вести не приходилось. Аудитория оказалась просторной, ступенчатой и очень светлой. Солнце безжалостно лупило в огромные окна. Если бы не магия, воздух в комнате уже прогрелся бы до состояния песка в пустыне. Когда я вошёл, в аудитории наступила тишина. Даже муха опустилась на один из длинных столов и на цыпочках ушла подальше. На меня все смотрели настороженно и вопросительно. Прошёл за кафедру и оглядел группу. Все встали и вытянулись по струнке. Да. Последнее время я хожу мрачнее тучи и рычу на всех.
– Садитесь, – разрешил, и все рухнули, как подкошенные.
Выдержав небольшую паузу, обвёл взглядом всех, задержав его на ребятах. Сегодня в их группе появился Полехин. Хорошо. На какой-то миг уголки губ дрогнули и я объявил:
– По результатам проверки ваша группа в полном составе прекрасно себя показала, поэтому вам я уделю особое внимание. С завтрашнего дня у вас увеличиваются часы боевой и защитной подготовки, которые буду вести я.
Если бы адепты не сидели, то они бы ещё раз рухнули после таких известий.
– В конце года? – осмелился уточнить кто-то с задних рядов.
– Да, кадет Романов, я рад, что вы понимаете, что у вас осталось мало времени, чтобы подтянуться до требуемого уровня и заниматься придётся в усиленном режиме.
Я посмотрел на студента, а тот съёжился, будучи уже не рад, что спросил.
– Ещё вопросы есть?
В аудитории хмуро молчали. Я их понимал: все расслабились после учений и уже планируют, как будут проходить практику, а тут я со своими занятиями. Но ничего. Алиса придёт в себя, и я ослаблю нагрузку.
– Раз нет, то начнем лекцию. – объявил всем.
Оказывается, вести лекции, даже вводные, довольно утомительно. Уж лучше на полигоне гонять. Решил перед уходом, заскочить к директору и поставить его в известность о дополнительных занятиях.
- Долго же тебя пришлось ждать.
Голос раздался с боку, а точнее – из глубокого кресла. При этом само кресло едва слышно скрипнуло. Точно боялось выразить свою жалобу громче. И мне показалось, облегченно выдохнуло, когда оккупировавший его Тоха встал и повернулся ко мне.
– Как Алиса?
- Всё так же. – ответил я, протягивая руку. – Ты по делу?
- Агентам удалось найти Надин. – ответил он, пожав мою руку в ответ.
- Кого? – я посмотрел на Александра Геннадьевича.
- Мать Мельника. – ответил тот.
Совсем вылетело из головы. Мы как нашли эту Юлю, и выяснили, что она отправила мать Дани за Щит, так я потерял к этому интерес. Разборки Ковена не входят в число моих служебных обязанностей. А уж бабские разборки, вообще не по моей части. Навицкий-старший с Верховной хорошо там поработали, поэтому нам туда соваться смысла не было. А вот за Щит пришлось послать наемников.
- Парню сообщили? – задал вопрос, не задумываясь, зачем мне эта информация.
- Да, но что-то мне подсказывает он не рад этим новостям.
- Что так?
- А то, - ответил Алёхин, - что пока Верховная и Александр Геннадьевич пытались предотвратить бунт, она спокойно проводила время с местным владыкой, земли которого находятся вблизи Щита. Таким образом, она скрывалась ото всех, и возвращаться, не намерена.
- Что ж, её право. – пожал плечами. - Мы своё дело сделали. Это мои дополнительные занятия. – положил на стол перед директором листок с расписанием. – На сегодня у меня всё. Ты зайдёшь? – обратился к другу.
- В другой раз. – отмахнулся тот. – Мне нужно к ужину домой успеть или Дашка мне голову открутит.
Их отношения начинались не очень романтично, скорее, по принуждению. Но потом всё как-то закрутилось и вот уже на свет скоро появится четвёртый Алёхин. Чувствую, скоро Академию можно будет переименовывать. Девки им точно не дождаться.
Только переступил порог дома, меня встретил Кай:
- Наконец-то! – воскликнул он, улыбаясь. - Там Алиса…
- Привет. – долетает до меня её слабый голос.
Глава 20
Сознание ко мне приходило постепенно. А вот мысль: «Сколько можно?» пролетела моментально. Сначала пролетела мысль, потом тишина.
- Джина… кхм… кхм… - звук, вырвавшийся из моей груди, был похож на скрип ржавых петель.
- Слезь с меня. – толкнула её.
И эта засранка слезла, но начала вертеться юлой по кровати, лизать моё лицо, только руки подставляй и уворачивайся, и звонко тявкать.
- Джина, прекрати… ха-ха-ха… перестань…
- Ей! Ей! – раздался сбоку голос Кая. – Комок шерсти, ты чего, с ума сошла? - И этот комок шерсти вздёрнули за шкирку, тем самым убирая от меня. – Алиса!
Джину бросили опять на кровать, а меня начали наглым образом ощупывать.
- Кай, перестань… - оттолкнула я его. - Дай мне лучше попить.
- Надо хозяину сказать…
- Стой! Не надо, пока. Где он?
- Он на занятиях. И просил сразу ему сообщать о всех твоих изменениях.
- Подожди. – придержала я его за руку. – Как все?
- Не волнуйся. – сжал мою ладонь. – Все виновные наказаны. Ребята все уже пришли в себя и даже вышли на учёбу…
- Вышли? –
- Да. – удивился он, а потом его словно осенило: - Лиса, ты была в отключке пять дней.
- Так долго?
- Поэтому надо срочно сообщить хозяину, - он начал подниматься с кровати, - а то он меня закроет в вольере, а я на охоту хочу…
- Стоп, стоп, стоп, Кай! – я опять схватила его за руку. – Дай, сначала попить.
- Точно! – вдарил он себя по лбу. Простой жест, но он никак не вяжется с нечистью. Так делают лишь люди. Кай поднёс к моим губам носик чайничка и непреклонным тоном потребовала: – Пей.
- Можно просто воды? – откашлявшись, прохрипела я. Дрянной вкус зелья сковал все голосовые связки.
- Нельзя. – прищурился Кай, высматривая остатки жидкости в чайнике. - Настойка закончилась. Я пойду, сделаю. Потерпи.
- Спасибо.
- Об чём речь? – улыбнулся змей, показывая свои клыки. Мамины слова. – Главное, что ты пришла в себя, девочка.
Как только дверь за Каем закрылась, я попыталась устроиться поудобнее на кровати. Благодаря Джине я немного размяла затёкшие мышцы, пока пыталась увернуться от её счастливой моськи. А вот слабость и легкое головокружение никуда не делись. Да ещё тело стало потряхивать – регенерация вытягивает слишком много энергии. Только я заворочалась, Джина тут как тут, под руку лезет, ласки просит. Потрепала по лохматой голове и получила от неё волну тепла.