Елена Безрукова – Я тебя отниму (страница 28)

Подаренное украшение не рискнула надеть. Не хочется обманывать Виталика. Даже и не знаю, надену ли вообще. Отказать тогда было неудобно, но и носить я тоже не решилась. Так и лежит коробочка среди моей косметики и прочего. Вет не понял бы, что среди других коробочек появилась новая, и не обратил никакого внимания.

Вечер неумолимо приближался. Уже накрасилась и уложила волосы к приходу гостей, как вдруг опять накрыло. Слёзы бежали и бежали сами собой, хорошо, что предвидя это, накрасила ресницы водостойкой тушью…

– Эй, лисёнок, – на плечи легли тёплые мужские руки. – Ну ты что опять? Порезалась, что ли?

– Нет.

Парень присел возле меня на ковёр и взял лицо в ладони.

– Ну что ты опять грустишь?

– Потому что ты у…уезжаешь, – всхлипнула я.

– Мне приятно, что ты так не хочешь расставаться со мной, – улыбнулся он и мягко провел по щекам пальцами, стирая слёзы. – Но то, что ты так расстраиваешься, мне не нравится. Мне тоже не хочется уезжать от тебя. Своими слезами ты делаешь мне ещё больнее.

– Прости. Не могу с собой справиться, – сказала я виновато.

– У нас впереди весь вечер. И ночь. Скоро гости придут. Прекращай, Алин.

Словно в подтверждение его слов прозвучал звонок в дверь.

– Я открою. А ты успокаивайся давай.

Пришёл Вадим, раньше других гостей. Оно и понятно, это и его проводы тоже. Грустно всегда в такие моменты за мальчишек – вдали от дома, без родных будут становиться мужчинами.

– Здарова, боец, – послышался голос Вадима из коридора.

– Здорова, – ответил Вет. – Ты чё, уже подстригся?

– Ага. Вдруг там криворукие стричь будут. Я сходил сам заранее.

– Конечно, вдруг ты будешь в армии некрасиво пострижен, – усмехнулся Виталик. – А меня Алинка будет стричь утром.

– Круто, – ответил Вадим. – Прикольно.

– Ну заходи.

Вадим вошёл в комнату первым, а Виталий следом.

– Привет, – сказал он мне и вгляделся в лицо.

Заметил мокрые ресницы и красные от слёз глаза. Да и плевать. Его это всё равно не касается, просто не люблю, когда кто-то видит мою слабость.

– Привет, Вадим, – ответила ему.

Причёска ловеласа в самом деле куда-то делась, уступив место стрижке «под ноль». Но так тоже неплохо, даже более мужественно.

– Ты как?

– Всё нормально, – тряхнула головой.

Даже попыталась улыбнуться. Улыбка вышла грустная. Что поделать… Как говорила моя бабушка – «грустной попой радостно не…». Ну вы понимаете.

– Виталь, открой банки! – позвала с кухни его мама.

– Ща, ма, – ответил парень и переключился на Вадима.

Совершенно ясно, что оставлять нас вдвоём ему вовсе не хочется, но помочь мамам надо.

– Скоро приду. Я слежу за тобой, – сказал Вадиму Вет и сделал жест рукой, вроде как «вижу тебя».

Тот лишь усмехнулся в ответ. Да уж, дружбы у них точно больше не будет. И всё из-за меня. Хотя почему это из-за меня? Я не просила Вадима липнуть ко мне. Сам виноват.

Отвернулась к окну, оставаясь сидеть в кресле и выравнивая дыхание.

– А если серьёзно, ты как? – услышала голос брюнета. Он сел в кресло рядом с моим. – Ты плакала. Он тебя обидел?

– Я же сказала – всё нормально. Просто не хочу, чтобы он уезжал.

– Так любишь его?

– Да, – посмотрела прямо ему в глаза. – Люблю. А что?

– Ничего, – ухмыльнулся он, будто не поверил мне. – Будешь ждать, как верная жена? – Буду, – твёрдо ответила я.

– И даже ни разу ни с кем не сходишь на свидание за целый год? – изогнул Вадим бровь.

– Нет, конечно. Какие свидания, если мы помолвлены?

– Ты удивительная, – сказал он с восхищением. – Если в самом деле дождёшься, честно и без обмана, я первый тебе руку пожму. Не все на это способны.

– Это естественно, если ты любишь, – пожала я плечами.

– Ну да, – протянул он. – Браслет не носишь?

– Нет, – ответила и отвела взгляд.

– Жаль. От души был подарок.

– Я знаю.

Вернулся Виталик и прервал наш диалог. Точнее, он продолжился, но уже на нейтральные темы. При чем, Вадим продолжил говорить совершенно о другом таким тоном, будто мы это и обсуждали до прихода Вета. Хитрый лис. Такой точно обведёт вокруг пальца и мозг запудрит.

Постепенно подтянулись и другие гости. Вместе с мамами наших солдат накрыли на стол, и они ушли, оставив молодёжь прощаться. Среди гостей я увидела ту самую блондинку, с которой целовался Вадим возле парка. Она тоже пришла проводить его. Вадиму хочется, чтобы и его кто-то ждал, да и ночь провести не в одиночку, его понять можно. Интересно только одно – ей он тоже дует в уши то, что и мне, и тоже преследует?

Девушка не отлипала от него весь вечер. Вадим вёл себя с ней довольно нейтрально, но и руки её от себя не убирал. Я лишь ещё раз ухмыльнулась про себя – ну и жук, этот Вадим!

Квартира маленькая, а народа много в каждом помещении. Возможности, да и желания, наверное, тоже, со мной поговорить у него не было – ведь рядом Оля. Я расслабилась и полностью отдала своё внимание Виталику.

Однако Вадим продолжал кидать на меня взгляды временами, смотрел так, будто мечтал оказаться на месте Вета, чтобы я обнимала и целовала так его, а не своего жениха. Странное чувство, не знаю, откуда оно вдруг взялось, но отогнать его от себя и не смотреть в ответ оказалось непросто. Быстрее бы этот вечер кончился, и мы остались бы вдвоём с Виталей…

Не до веселья мне, и не до гостей…

Глава 24

Разошлись лишь под утро. Мы так и не спали, я всё рыдала на плече Виталика. Мне невыносимо расставаться.

Обнимала его и остро чувствовала, как сильно он мне важен и нужен. Сейчас не могла понять, каким образом в мою душу проникли чувства и к Вадиму. Разве можно любить двоих одновременно? Ну пусть не любить, но хотя бы испытывать симпатию и влечение? Разве так бывает?

Я была уверена, что люблю Вета, что буду с ним счастлива. А потом появился Вадим и заставил меня усомниться, действительно ли я люблю своего парня, действительно ли мне так необходимо выйти за него замуж?

Может быть, это такое испытание нам сверху? Проверка на чувства и вшивость.

Нет, Виталик мне небезразличен, иначе бы я не плакала до самого рассвета на его плече. А его друг… Это всё глупости и морок. Он тоже уедет, и всё закончится. Вернуться они совсем другие, Вадим забудет свои дурацкие, никому не нужные чувства. Если он вообще не спутал их с физическим влечением, что свойственно таким молодым парням. Я верю, что может так тянуть к девушке, которая нравится. Но ведь это временно. Едва он получил бы то, что хочет, тут же исчез бы, так и не узнав о моих проблемах. Вадим просто не понимает этого. А с Виталиком у нас всё серьёзно, у нас любовь, а не одно желание тела.

Впереди ожидало самое тяжёлое – прощание у военкомата… Мальчишек заведут за ворота, и они вернутся к нам лишь спустя двенадцать месяцев. Ненавижу такие моменты. Ну почему жизнь настолько сложна и жестока, что мы обязаны расставаться на такое длительное время? Это несправедливо…

***

Все ребята собрались у ворот зелёного здания со звёздам и различной патриотической атрибутикой. Лица помятые у кого алкоголем, у кого бессонной ночью, лишь парни держались бодро, говоря друзьям и родителям, что всё с ними будет хорошо.

Алла и Галина уже начали утирать слёзы платком, и мне, глядя на них, тоже хотелось встать рядом и зарыдать. Виталик обнимал меня, прижимая к себе, постоянно шутил и улыбался, подбадривая совсем раскисшую меня и друзей.

Личные вещи, телефоны и ключи попросили оставить сразу у родных, это всё равно запрещено и не пригодится. К воротам подошёл мужчина в форме и зычным голосом объявил:

– Товарищи Призывники! Отлипаем от пап и мам, заходим внутрь. Мамы – пока не плачем, перед отъездом сыновья выйдут к вам ещё раз.

Ворота распахнулись и мальчишки недружным строем потекли внутрь, оставляя растерянных родственников за железными прутьями. Среди толпы слышались женские всхлипы провожающих солдат девушек и матерей, а разговоры наоборот стихли. Спустя время тот же офицер снова подошёл к воротам.

– Провожающие! Прощаемся. У вас пять минут до погрузки служащих в машину.

Ворота опять отворили, выпуская ребят, уже переодетых в военную форму. Недалеко от здания выстроились машины и автобусы, ожидая своих пассажиров.

Виталик сразу же подошёл ко мне и обнял, прижав к себе крепко-крепко.

– Ну пока, Алинка, – шептал он мне в ухо. – Веди себя хорошо. Я позвоню, как смогу.

– Позвони, пожалуйста, – глотала я слёзы. – Я буду очень ждать. И маме звони.

– Обязательно, лисёнок. Всё будет хорошо.

Время пролетело слишком быстро, преступно скоро. И вот уже офицер кричит, что пора садиться по машинам.

Виталик обнял маму, тоже нашептав ей ободряющие слова, пока женщина утирала слёзы и желала ему хорошей службы. Парень кинул прощальный взгляд на меня, улыбнулся и пошёл в сторону машин. Внезапно почувствовала, что меня опять кто-то обнимает. Обернулась и увидела синие глаза рядом с собой.

– Пока, Алина. Я буду тебе писать, – сказал Вадим, прижимая меня к себе на глазах у друзей.

– Эй, солдат, тебе нужно особое приглашение? – окликнул его один из бойцов, которые будут доставлять новобранцев в город. – Приказ сесть в машину был отдан.

– Не надо мне писать, – хотела убрать от себя его руки, но он вцепился мёртвой хваткой и вдыхал запах моих волос.

Виталик увидел, хотел вернуться, но бойцы не дали ему сойти с курса, заставили идти вперёд. Так он и шёл, оборачиваясь на нас в не лучшем настроении.

– А я всё равно буду писать. Не хочешь – не отвечай. У меня есть твой адрес.

Парень в военной форме подошёл и пихнул ружьём в спину Вадима.

– Бунт? Хочешь сесть вместо службы?

– Я уже иду.

– Вот и иди.

Вадим отпустил меня, и я поняла, что только теперь могу дышать. Парень уходил к автобусам, не оборачиваясь, а друзья смотрели на меня во все глаза.

Погрузка солдат была завершена, и машины начали покидать площадь военкомата. Мальчишки махали из окон друзьям и родственникам, каждый пытался увидеть своего солдата ещё хоть на секундочку и активно махали в ответ.

Военный кортеж уехал, и толпа стала разбредаться.

– Пойдём, Алин, – потянул меня за руку Сенька, видя, что впала в какой то ступор. – Чего тут стоять-то. Холодно.

Да, мороз сегодня особенно злой. Я молча пошла в сторону дома. Сердце в груди скакало беспокойной птицей. Зачем он так сделал, ещё и при всех? Пусть только попробует мне написать! Даже читать не стану – просто сожгу. Виталик мне это припомнит ещё…