Елена Безрукова – Собственность Грешника (страница 14)
— А чьи это? — тут же сузила такие же зелёные глаза, как и у меня самой, Юлия. — Уж не Алекса ли?
— Алекса ли, — пожала я плечами. — Распродам сначала их. Их не жалко.
— Он тебе и украшения дарил? — спросила Юля.
— Ну да, — ответила я, снимая пальто с плечиков. — А что? Что ещё дарить жене состоятельного друга?
— Да мало ли что ещё…
— Видимо, Алекс сильно просто не заморачивался и считает, что лучшие друзья девушек — это бриллианты. Чёрт, где там такси, едут три часа… — проворчала я, листая меню приложения такси. Только что значилось, что машина будет через три минуты, уже поменялось на четыре минуты. Как они там ездят вообще?
— Да нет, наоборот, заморачивался, — хмыкнула Юля, глядя на меня с усмешкой. Будто бы я, глупая, не понимаю ничего в этой жизни.
— В каком смысле? — спросила я её, закончив застёгивать пуговицы пальто.
— Украшения не дарят кому попало, Тая.
— Так я и не кто попало, — снова я лишь пожала плечами. Не вижу тут никакого крамольного смысла. — Мы же работали вместе, тесно общались, так сказать, семьями. Ты к чему клонишь?
— Может, тебе стоит согласиться на его предложение? — спросила сестра меня.
Я аж застыла на месте, в удивлении хлопая глазами.
— Юль… кхм, — закашлялась я. — Ты мне предлагаешь пойти и лечь под другого мужика, чтобы просто вытащить из тюрьмы мужа?
— Ну… да. Если Алекс действительно способен помочь, то…
— Юль, ну ты с ума сошла?
— То, может быть, стоит попробовать хотя бы, — договорила сестра. — Не такой уж он и противный, согласись.
— Юль, ты что мне предлагаешь? Ты себя вообще слышишь? — начала злиться я. — При чём тут противный или приятный? Я замужем и Пашу люблю. Ты прекрасно знаешь моё отношение к таким вещам. Паша — мой первый мужчина, и никого кроме него, по крайней мере, пока мы женаты, у меня не будет! Я не могу спать ни с кем, кроме него. Разве это так сложно понять? Всё, приехало моё такси. Я в ломбард, попытаюсь выручить денег за цацки твоего горячо любимого Алекса, потом к самому Алексу — будь он неладен, и затем уже к следователю. Надеюсь упросить его на маленькое свидание с Пашкой. Может, он сам подскажет нам, что делать. А ты прекращай болтать всякую фигню! Пиццу лучше идите заказывать. Всем пока!
— Здравствуйте. Я хочу продать вот эти украшения.
Я положила на стойку ломбарда коробку с гарнитуром из белого золота.
— Доброе утро, — ответил оценщик и улыбнулся мне. — Вы сегодня у нас первый посетитель. Что ж… Посмотрим, что вы такое нам при…
Мужчина замолчал на полуслове, когда открыл коробку и увидел сами безделушки. Поднял на меня глаза. Оценивающе прошёлся по моему внешнему виду, словно прикидывая, могла ли я быть хозяйкой этого богатства.
— А чеки на покупку этих изделий у вас имеются? — задал мне вопрос мужчина, поправив очки на носу.
— Да не украла я их, — вздохнула я. — Чеков нет, потому что это был подарок. Вы посмотрите, они новые… Я их не надевала даже ни разу.
— Извините, но мы не возьмём эти украшения, — поджал губы оценщик, захлопнул коробку и протянул мне её. — Они слишком дорогие, а чеков у вас не имеется.
Вот чёрт. Стоило взять что-то более простое, из обычного золота. Но мне ведь приспичило избавиться именно от подарков Алекса, а все они оказались такими дорогими. Делать ему было нечего, в самом деле?!
— Но что же делать? — спросила я его. — Мне очень нужны деньги.
— Такие вещи лучше выставлять на аукцион, — ответил мужчина. — В ломбарде вам за них дадут слишком мало. Но опять же, без чека никто не рискнёт связываться… Поймите, нам ведь никак не проверить, не украдены ли эти украшения, а разбираться потом с полицией не хочется.
— Понимаю, — ответила я, осознавая, что и в других ломбардах мне, наверное, ничего не светит, плюс не была уверена, что мне хватит денег на другое такси. Да и времени у меня уже нет носиться пешком по ближайшим ломбардам в поисках чуда. — Ладно, спасибо все равно…
Я убрала коробку в сумку и вышла на морозный воздух. Посильнее укуталась в неподходящее для сезона пальто, которое годилось лишь для поездок в автомобиле и в котором я теперь чудовищно мёрзла.
Прошла ещё пару улиц в поисках других точек приёма украшений, нашла один, там подарок Алекса также отказались принять, а ещё в одном предложили такие копейки, что даже я, человек, не имеющий к ювелирному делу никакого отношения, сразу поняла, что меня просто пытаются обмануть.
С тяжёлым вздохом приняла решение повторить рейд по ломбардам, но с уже более дешёвыми безделицами, а сейчас мне пора было вызывать такси и ехать к Алексу, оформлять увольнение.
В офисе все необходимое я написала в отделе кадров, и меня отправили к самому большому начальнику подписать заявление — непосредственно к Алексу.
Чем ближе к его кабинету я подходила, тем быстрее билось моё сердце. Не помню, чтобы я когда-либо испытывала такой трепет от встречи с Алексом, но сейчас мне стало казаться, что беды я ждала именно от него: нападок как и на Пашу, так и на меня. Этот мужчина приносит мне одни только несчастья, и говорить с ним лишний раз, да ещё и по поводу увольнения по его инициативе, не очень приятно.
— У себя Алексей Сергеевич? — спросила я его секретаря. — Мне необходимо подписать заявление.
— А, Таечка… — встала из-за стола Анна. — Очень мне жаль, что вы уходите от нас и… что у вас такая ситуация.
— Это решение Северова, — пожала я плечами. — Я и не планировала уходить.
— Хватит трепать языком, Вострова, — услышала я низкий голос Алекса из-за двери его кабинета и невольно вздрогнула. — Заходи.
— Удачи, — мягко улыбнулась мне Анна, а я потянула дверь на себя и вошла в кабинет.
— Доброе утро, — сказала я ему и под пронизывающим до самых костей строгим взором дошла до его огромного стола из дуба и положила перед мужчиной своё заявление. — Вот. Просили вас подписать, Алексей Сергеевич. Я, конечно, буду с трепетом вспоминать эту работу и наше плодотворное сотрудничество, которое могло бы продолжаться, если бы вы умели не вешать вину одного на другого. И…
— Не дерзи, — оборвал он меня, и я замолчала, словно мне по лицу дали. — И сядь.
Я послушно уселась напротив него. Алекс взял в руки лист, который я принесла, просмотрел его и поставил внизу размашистую подпись. Но, как только я потянулась за своим заявлением, он вдруг отодвинул его в сторону и устремил на меня свой колючий фирменный взгляд.
— Не нужно пытаться заставить меня чувствовать себя виноватым, Таисия Константиновна, — сказал он мне, проникая своими карими глазами куда-то в глубины моей души и словно замораживая её. — Ты прекрасно знаешь, почему я так сделал. Я все объяснил тебе ещё два дня назад.
Я не ответила ничего. Действительно, с кем я тут разговариваю и к чьей совести пытаюсь воззвать? Это не к Алексу. Ему посчастливилось родиться без нее.
— Как Ксюша? — спросил он меня.
— Так же, — пожала я плечами. — Лечим.
— Ладно. Помогают лекарства?
— Пока не очень понятно, ведь только начали лечение. Но думаю, что через пару дней ей станет заметно лучше.
— В сад не ходит она?
— Нет, конечно, дома сидим с ней, — ответила я, поглядывая на листок в его пальцах.
Ну что он его не отдаёт? Поболтать со мной так хочется? А мне с ним — нет.
— Алекс, ты отдашь мне заявление? — прямо спросила я его. — Меня следователь ждёт.
Мужчина вдруг встал со своего места, обошёл стол и приблизился.
— На, — протянул он лист, не имея причин отказать мне в этом. — Часть расчёта забери в бухгалтерии — наличкой.
— Спасибо, — кивнула я, тоже поднимаясь на ноги.
Едва протянула руку за заявлением, как он почти прижал меня к столешнице стола, резко наклонился ко мне и поставил свои мощные лапы по обе стороны от меня. Я попыталась сделать шаг назад, но практически села от безысходности на стол.
— Ай, чёрт… — сморщилась я, довольно больно врезавшись бедром в этот чёртов стол.
А дальше моё сердце словно остановилось на миг, а после принялось биться с такой бешеной скоростью, что аж плохо стало. Его лицо оказалось напротив моего, так близко, что я ощущала его дыхание на себе. Чёрные глаза взглядом коршуна смотрели в упор. Я машинально выставила руки вперёд, чтобы не дать ему приблизиться ещё, но он и не планировал сокращать дистанцию.
— Я тебе настолько противен, Тая? — спросил он.
— Ч-что? — нахмурилась я, не понимая, к чему этот странный вопрос. Почему именно сейчас?
— Раз решила свою сестру мне подложить, — криво усмехнулся Алекс. — Я ТЕБЕ это предложение делал, а не Юле.
— Сестру? — мои глаза расширились ещё больше. Блин, Юля… Просила же! Он меня сейчас за её самодеятельность порвёт на кусочки….
— А ты не в курсе, да? — не поверил он мне.
— Не в курсе, — ответила я, взметнув дерзко вверх подбородок. Мне нечего скрывать, я действительно ни в чем перед ним не виновата. Глаза Алекса опустились сначала на него, а потом переместились на мои губы и застыли. Чем больше он смотрел на них, тем больше его зрачки темнели, их заволокло таким жгучим желанием, что мои колени стали дрожать. — Я… никого не посылала. Сюда.
— Так я и поверил, — ответил он мне в губы. Моё дыхание совсем перехватило, пульс ревел в ушах на полную катушку. Между нами остались считаные миллиметры. Мне казалось, ещё секунда — и он обрушит свои губы на мои в диком и жадном поцелуе… Но он не стал этого делать. С огромным трудом он перевёл полупьяный от желания взгляд тёмных глаз, в которых я, казалось, просто растворялась, на моё лицо.