Елена Безрукова – Развод. Отпусти меня (страница 15)

Коля не мог вести дела подобного рода, но у него был друг — адвокат по уголовным делам. И он согласился взять посмотреть это дело. Сейчас мы ждали копии его для адвоката и надеялись там отыскать какие-то зацепки.

— Меня? — улыбнулась я.

— Тебя. Я же был влюблён в тебя, как первоклассник. Ты разве не замечала?

— Замечала… — ответила я. — Но тогда я не была готова оценить тебя по достоинству.

— А сейчас? Готова?

— А сейчас — готова. Ты один из самых мужественных мужчин, которых я встречала, — честно ответила я.

— Я не думал, что услышу от тебя эти слова. И влюблюсь в тебя второй раз, — приблизился ко мне он. — А может, я тебя и не забывал?

Я мягко рассмеялась, а потом ощутила мягкий, нежный поцелуй на своих губах.

— Заразишься! — смеялась я, шутливо уворачиваясь от его поцелуев.

— От тебя это даже приятно, — ответил он. — Потом ты будешь мне супчики варить, это тоже будет очень приятно!

И он поймал меня снова, подарив уже куда более взрослый и страстный поцелуй…

29

Спустя ещё пару недель.

— Ну что, ребята. Вот копия дела. Сделал сразу три штуки. Супруга тоже захочет посмотреть, наверное?

На столе перед нами лежали три стопки листов. Копии дела моего мужа… Бывшего мужа. Которого я не смогла бросить в беде даже после его предательства и шантажа дочерью. Я хотела докопаться до правды. У меня самой, конечно, силёнок бы не хватило, и очень хорошо, что судьба мне всё-таки подарила шанс спасти отца своей дочери от тюрьмы: я встретила Колю, а он уже свёл меня с Дмитрием, готовым заняться делом Всеволода.

— Не уверен, что Даша что-то поймёт в этих справках. Тем более, копиях, — посмотрел на меня Коля.

— Не надо думать, что я глупее вас, — сказала я, беря одну из папок себе. — К тому же, три головы — лучше. Может быть, я тоже смогу найти что-то, чем мы можем апеллировать на процессе.

— А Дарья права. Она знает хорошо Всеволода. Вы будьте внимательны там, где можете знать больше нас. Что-нибудь вроде «какого рост был убийца» и соответствует ли этому росту ваш супруг.

— Да, я понимаю. Тогда встретимся через пару дней и обсудим, кто что нашёл, — предложил Николай, забирая вторую папку. — Даша, я тебя подвезу домой.

Дома я листала дело и вдумчиво вчитывалась в каждую сторчку, но давалось мне это действительно нелегко. Некоторые термины мне были непонятны, некоторые экспертизы непонятно откуда взялись…

Из всего, что я вычитала, поняла, что орудие убийства так и не нашли или жертва была задушена прямо голыми руками. Если орудия убийства нет, то и улики пока ещё косвенные.

Всё, что Всеволоду могли вменить — запись с камеры наблюдения у банка, которая висела ровно напротив подъезда, где жила Таисия. Запись я не видела, хотела попросить раздобыть её у адвоката, если это возможно.

Но из отчёта следует, что в записи видно, как мой муж выходит из дома Таисии вечером, а ночью её уже найдут неживой.

Но для меня это не доказывало его вину. Убийца мог зайти и после Всеволода, и камера наверняка его зафиксировала тоже, но мы просто не знаем его в лицо. Так себе улика на мой взгляд…

Нашла ссылки на социальные сети Таисии и решила посмотреть их. Вдруг там я что-то тоже увижу, что меня натолкнёт на дельную мысль. От букв и юридических терминов начинала побаливать голова…

Сама не знаю, что я искала, но зашла в её профиль. Посмотрела фото и ткнула вкладку видео.

Последнее было датировано днём, когда она была ещё жива…

Время — восемь вечера.

Так, а по камерам Всеволод когда вышел?

Поискала материалы об этом — в пять часов семнадцать минут.

Так получается, что… Тая была ещё точно жива в это время — иначе как бы она смогла снять видео?

Девушка была ярко накрашена и сообщала, что планирует сегодня поход в клуб, звала присоединиться друзей. Не сказать, что ей уже как-то на тот момент было плохо.

Что-то здесь не так… Надо сообщить об этом ребятам.

И ещё экспертиза крови из-под ногтей жертвы меня смутила…

Сказано, что кровь принадлежит Всеволоду — вторая группа, положительный резус-фактор.

Но у Володи группа крови четвёртая…

30

— Да, это очень странно, — согласились со мной Коля и Дима, которые внимательно выслушали всё, что я нашла за несколько дней изучения дела. — Как такое могло произойти? У него что — анализ не брали, или уже там, в лаборатории путаница произошла?

— Такое бывает?

— Ну… Не должно быть, конечно, но пробирками занимаются люди, и естественно, иногда ошибаются. Человеческий фактор.

— В любом случае надо требовать повторной экспертизы. Пусть берут новый образец у Всеволода и сравнивают с тем, что был под ногтями девушки.

— А то, что есть видео после ухода Всеволода из дома Таи? — спросила я.

— Вот я, кстати, тоже обратил внимание на этот момент, — сказал Дмитрий. — Только меня смутил отрезок времени между тем, когда наступила смерть, и тем, когда ушёл Всеволод. Девушка должна была умереть раньше от его руки. Ну либо он вернулся и каким-то чудом не попал в камеру.

— Нет, не вернулся, — покачала я головой. — Он приехал домой и далее был дома.

— Ну вот. Значит, не сходится.

— Почему никого это не смутило?

— Дело закрыть хотят быстрее. Топорно всё, но вроде как подходит, вот и шьют ему. Обычное дело…

— Но мы теперь можем требовать пересмотра фактов этого дела?

— Да. Думаю да. Я буду готовить материал, — ответил Дмитрий. — Отнесу его следователю, если тот не отреагирует, то уже в суде поднимать будем вопрос.

Следователи нас услышали. Хотели ли они закрыть быстро дело или нет, но на такие явные упущения и явную халатность с группой крови они закрыть глаза не смогли.

Следствие получило новый виток.

Провели повторную экспертизу, которая подтвердила, что кровь всё же не совпадает с кровью убийцы. Время смерти наступило явно позже, чем то, в которое Всеволод ушёл из дома Таисии, и оперативникам пришлось начать искать другого подозреваемого.

Они обратились к записи, которая скорее всего зафиксировала выход из подъезда не только Всеволода, но и реального убийцу и теперь изучают её.

С моего бывшего мужа готовились обвинения снять.

31

— Ты?

— Привет.

На пороге нашего дома стоял Всеволод с небольшой сумкой.

Одет был непривычно: темный спортивный костюм, кроссовки. Былого лоску в нём больше не было, как когда он носил пиджаки и галстуки.

— Привет. Тебя отпустили?

— Не думаешь же ты, что я просто сбежал.

— Кто тебя знает. Оказывается, я тебя, Володя, совсем и не знала, проведя за тобой замужем больше семи лет.

— Впустишь? Мне больше некуда идти. И дочь хочу увидеть.

— Соня ещё в детском саду. Проходи, — я отошла в сторону, давайте зайти мужчине, который был моим мужем совсем недавно, но мне казалось, что это было в прошлой жизни — настолько он был мне чужой.

— Съездить за ней в сад? — спросил он.