Елена Безрукова – Развод. Отпусти меня (страница 14)

Мужчина ушёл, оставив ключи от машины, которая принадлежала нам с мужем.

Ну вот. Одной проблемой меньше. Теперь я могу ездить куда хочу.

Прошло два месяца.

Всеволода забрали опера прямо из офиса. И теперь ведут следствие, чтобы доказать его вину.

Счета его арестовали. Активы бизнеса тоже заморозили. Единственная возможность выручить деньги была в продаже украшений, чем я активно занялась. Коля мне подсказал способы продажи особенно дорогих коллекций, и по заниженным на них ценам достаточно быстро находились покупатели.

На вырученные деньги я приобрела квартиру, адрес которой Всеволод не знал, и уже переехала туда с Сонечкой.

Она, конечно, переживает достаточно тяжело всё это, особенно разлуку с папой, но ничего — успокоится. Ей я сказала, что папа уехал работать туда, где почти нет связи, но как только он сможет, он обязательно ей позвонит.

Сегодня у меня была встреча с мужем в СИЗО. И не просто встреча, а деловой разговор. Я хочу потребовать развода официально, и если он находится в таком месте, как тюрьма, то развестись я имею полное право. Не хотелось делать это за спиной, несмотря на то, что он как раз поступил со мной подло да ещё и оказался способным на убийство.

Его привели в комнату со столом и парой стульев и оставили нас наедине.

Служащие стояли за дверью и дали нам ровно десять минут.

Володя сидел тут уже два месяца и заметно осунулся даже за этот срок. А ведь это только начало…

Это было первое наше свидание, которое помог организовать Коля.

Коля вообще был постоянно рядом тогда, когда это требовалось. Он стал другом мне и Соне, стал просто незаменимым человеком. За советом я шла к нему.

— Спасибо, что приехала, — сказал он мне, сидя за столом напротив.

Я смотрела на человека в тюремной робе и испытывала жалость, и только. Никаких больше чувств у меня к бывшему мужу не было. Впрочем, если он в самом деле убил Таисию, пусть даже и в состоянии аффекта, разозлившись, то ему здесь самое место.

— Ты больше благодарен лично за мой визит или за передачку, что я тебе собрала?

Да, я привезла мужу, который очень скоро станет бывшим, продукты и теплые вещи.

Не смогла его бросить в беде, пусть даже он и заслуживал этого наказания.

Не могу сказать, что готова часто возить ему передачи, возможно, я кому-то поручу это задание, но совсем бросить отца дочери и того, кто был мне мужем, у меня не вышло.

— И за то, и за другое… Ты мне не станешь уже чужой, Даш. Ты ведь мать моего ребёнка.

— Как запел… — хмыкнула я. — Ещё недавно ты у этой матери того самого ребёнка отнять хотел.

— Я был в отчаянии, Даш.

— Давай оставим лирику, Ребров, — не поддалась я на жалость. — Я по-серьёзному вопросу пришла. Я хочу развод.

27

— Ты пользуешься ситуацией. Я никого не убивал, и это докажут, — ответил он.

— Но я и до этой ситуации хотела получить развод. Ты забыл, что спал с горничной, и даже сделал ребёнка?

— Вряд ли он мой. Там обмана полно с её стороны… Наверняка я был не один такой, кого она пыталась окрутить подобным методом.

— Но ты с ней спал. Этого достаточно для того, чтобы хотеть развода. И да, я пользуюсь ситуацией. Также, как ты пыталась пользоваться ей, когда был на коне. Ну а теперь, считай, что судьба тебе за меня сдачи дала, и мы поменялись местами.

— Я и так могу его добиться, ты ведь понимаешь, — продолжила говорить я, потому что он молчал. — Но я отчего-то верю, что ты не виноват. На мой взгляд почти все факты довольно косвенные. Тебя задержали за неимением другим подозреваемых. Но их можно попробовать найти. Давай так: ты подписываешь согласие на развод, а я пытаюсь тебе помочь. Но — ты ни на что не претендуешь после выхода из СИЗО. Идёт?

— Ты не оставляешь мне выбора, Дашута.

— Ты подпишешь документы, что всё даришь мне: и свою долю в бизнесе, и долю в доме.

— А если у тебя не получится мне помочь? Я останусь без всего.

— Ты сам верно заметил, что выбора у тебя нет, Володя. Или так, или останешься без помощи. Твои адвокаты тебе не помогут, тут сложное дело. Надо что-то придумать нестандартное. Я могу помочь тебе. По крайней мере попробую, мне не так уж легко смотреть, как отец моей дочери гниёт в тюрьме. Дочь по тебе скучает… Ради неё я готова помочь тебе.

— Жаль, что ты решила развестись…

— Разве ты хотел сохранить этот брак?

— Да. Я люблю тебя, Даша.

— Оно и видно, — фыркнула я.

— Люблю. Правду говорю. Но раз ты хочешь развод… Хорошо, я подпишу согласие. Но отдавать тебе всё имущество я не готов.

— Тогда пусть тебя спасают твои адвокаты, — встала я на ноги, когда он поставил подписи в заявлении на развод. — Позвони, когда не выйдет. И готов будешь на мои условия.

Спустя месяц Володя позвонил. И согласился на все наши условия.

Теперь нам предстояло придумать, как изобличить настоящего убийцу. И я, и Коля отчего-то чувствовали, что в этом виноват кто-то другой.

28

— Вот. Здесь всё, что ты просила купить, — поставил Николай пакет с продуктами и лекарствами на пол кухни.

— Спасибо тебе, огромное! Чтобы я делала без тебя…

— Да брось ты. Мне совсем несложно. Лишь бы вы поправились уже.

Я и Соня подхватили какой-то очень тяжёлый вирус несколько дней назад. Лечимся в домашних условиях, но пока о выздоровлении говорить ещё рано. Мне немного легче, Сонечка пока много спит и мало встаёт. Кончились лекарства и продукты, очень здорово, что есть кого попросить приобрести их и привезти нам.

— Готовое что-то есть дома?

— Нет, но… Сготовим.

— Как ты собралась готовить? Ты себя видела?

— А что? Совсем плохо выгляжу?

Коля подошёл ближе и ласково заправил мне за ухо прядь моих волос.

— Ты красавица, Даша. Всегда была красавицей.

Я вяло улыбнулась. Давно не слышала комплиментов от мужчин, в замужней жизни это была редкость, а муж давно мне их не говорил. И внимание Николая мне было приятно. В последнее время он стал мне настоящим другом и помощником.

— Но видно, что больна и слаба, — договорил он. — Ты возле кастрюль упадёшь. И вообще — тебе силы нужны, чтобы за ребёнком ещё ухаживать. Так что иди и спи, я позабочусь о вашем питании.

— Ну что ты, Коля… Неудобно это как-то.

— Ничего слушать не хочу, — сказал он, снимая пальто и закатывая рукава рубашки. — Где у тебя тут фартук, показывай. И сразу говорю: я с вами останусь на пару дней. Вам обеим требуется помощь и уход.

А мне и не хотелось спорить… Когда болеешь в самом деле так хочется иметь такого человека рядом, который бы позаботился о тебе. Тем более, я на развод подала и чувствовала себя свободной женщиной.

Он в самом деле сварил для нас суп и потушил курицу с картофелем. А потом ещё и накормил этим. И это была очень приятная забота.

— Ну ты нас до отвала накормил, конечно, — сказала я ему, когда мы закончили уборку в кухне после ужина и после того, как Соня приняла лекарства и уснула. — Давай, что ли, чая с тобой попьём у телевизора. Раз ты всё равно остаёшься…

Мы налили по две чашки чая с лимоном, взяли с собой вазочку с крекерами и уселись перед огромной плазмой. Стали хрустеть, слушая новости нашей страны и мира.

А потом начался фильм о подростках, школе и первой любви…

— Что-то наши школьные годы тоже вспомнились, — сказал он мне, осторожно приблизившись и коснувшись моего плеча своим. — Помнишь наш класс?

— Конечно, помню, — улыбнулась я. — Прекрасное время было. Мы молодые, беззаботные… Самое лучшее время ведь было, только что мы, глупые, понимали бы тогда.

— А я вот тебя ярче всего остального помню, — мягко приобнял меня Николай, но мне это было приятно.

И я не стала препятствовать этому нежному порыву. И тоже вспоминала нас, совсем юных… Кто бы знал, что через столько лет мы встретимся и будем пытаться вытащить из тюрьмы моего собственного мужа…