Елена Безрукова – Девочка, я тебя присвою. Книга 2 (страница 12)
Может, и пусть считает меня дурой? Быстрее забудет. Быстрее и я перестану болеть…
— Так, слушай, я вообще не понимаю, что ты от меня хочешь, — заявила я. — И о чем мне с тобой говорить.
Я сделала пару шагов к выходу из под лестницы, но гора по имени Архип даже не шелохнулась, чтобы освободить мне проход.
— Подожди, — его руки снова сжали мои запястья.
— Да дай мне пройти! — пыталась я бороться с ним, но куда там. Все оказалось сложнее и больнее, чем вчера в моей голове на мокрой от слез подушке. — Не трогай меня! Какое ты право имеешь! Убери руки свои!!
— Пока ты не объяснишь мне что с тобой творится, никто отсюда никуда не уйдет, — заявил он, напирая на меня и заставляя отойти к стене обратно, пока я вовсе не врезалась в нее спиной.
— Зачем ты Питеру все это наговорила, Кристин? — спрашивал он. В его глазах заворочалась боль и унижение. Да, я унизила его. Я понимала это. И сделала это намеренно. Пусть ненавидит меня, но будет счастлив и здоров. И я не в монастыре гнить буду.
— Потому что меня ты не слышишь, — указала я ему на свои запястья, которые он крепко держал в своих пальцах словно в кандалах. — Видишь? Я прошу отпустить меня, не хочу с тобой разговаривать. Не хочу быть с тобой здесь. А ты меня силком заставляешь. Как еще мне было до тебя достучаться?
— Так значит, это все правда?
— Что?
— Что я тебя задолбал своим преследованием.
— Да.
— Что тебе это неприятно.
— Да, правда.
— Что тебе все противно связанное со мной.
— Да! Тебе надо лично от меня это услышать? — крикнула я ему в лицо.
У меня уже просто не оставалось сил играть этот спектакль дальше…
Ведь все было ровно наоборот: слишком хорошо, слишком приятно.
Слишком невозможно, чтобы стать нашей реальностью.
— Неужели ты сам не понимаешь… — тихо сказала я и мой голос сорвался в конце фразы.
— Что ты врешь? — припечатал меня Архип. — Вижу прекрасно. Только не понимаю, зачем?
— Я не вру…
— И опять ложь.
— Нет…
— Да.
— Пожалуйста, давай закончим… Я просто пойду, а ты просто никогда ко мне больше не подойдешь. Прошу тебя…
Моя смена настроения еще больше разозлила его.
— Сначала скажи мне правду. Зачем ты все это делаешь?
— Я тебе все сказала!
— Неприятно тебе?
— Нет!
— А какого фига ты вчера меня так целовала? — сжал он мои плечи, неосознанно притягивая меня к себе ближе. Мы говорили друг другу ядовитые слова, а руки и тела словно сами по себе тянулись друг к другу, игнорируя все то, что озвучено нами. — Сама, прошу заметить! Ты меня за кретина держишь? Неужели я не пойму, что такое пустые поцелуи и… Впрочем…
Он застыл на секунду, глядя на мои пересохшие от стресса губы.
— Давай, покажи тогда, как тебе противно, — заявил он мне и накрыл мои губы своими в требовательном поцелуе, на который я не реагировать просто не умею…
8
Мы целовались с ним, сплетались руками в одно целое, словно имели на это право, словно мы и были одним целым. Но это, конечно, минутная слабость…
Да, я отвечала ему. Я просто не могу оттолкнуть его в такой момент… Ведь мне и самой так хочется его ласки, его тепла, его рук и губ…
Я даже не знала, что можно такое испытывать. Это слишком много для меня одной.
Когда поцелуй оборвался, мы еще долго стояли прислонившись лбом ко лбу и тяжело дышали.
— Архип… — тихо и жалобно позвала я. — Отпусти. Мне надо идти. Тебе надо забыть меня.
— Я уже не смогу, — покачал он головой. — Почему ты так на этом настаиваешь?
— Никто не даст нам быть вместе, — сказала я горько. — Неужели ты сам этого не понимаешь? Твои родители ведь подобрали тебе уже выгодную партию. Такая нищенка как я их не устроит.
— Я не женюсь на Динке, — снова покачал он головой, не в силах оторвать взгляда от моего лица, не в силах разомкнуть руки и просто уйти. — Я не люблю ее.
— Ты уверен, что их волнуют твои чувства?
— Они волнуют меня.
— Что ты можешь против них?
— Они не смогут заставить меня любить ее. Потому что я люблю тебя, Крис. Но ты так жестоко со мной. Почему?
— Хочешь знать правду? — усмехнулась с грустью я.
— Да. Скажи мне.
— Архип, — вздохнула я. — Ты слишком много проблем и бед принес мне. Я не хочу, чтобы их стало еще больше.
— Тебе что-то наговорили вчера? — смотрел он внимательно на меня.
Еще как наговорили. Но я не стану тянуть в это парня, и чем быстрее он оставит меня в покое, тем всем будет лучше.
— Дина твоя сообщила всем, что мы общаемся, — решила раскрыть я часть правды. Возможно тогда он успокоится и поймет меня. — Наши родители против. Орали на меня. Наказали. Так понятнее, почему я не хочу общаться?
— И ты готова при малейшем препятствии сдаться и плюнуть на нас?
Чего я и боялась — скажу правду и Архип начнет искать лазейки.
А их не существует. Нас поймают в любом случае. А чтобы не поймали, нужно просто не встречаться и не рисковать. Это наваждение пройдет, мы легко проживем и друг без друга. Он точно утешится довольно быстро…
— «Нас»? — переспросила я. — Никаких нас нет, Архип. И не будет. Скажи спасибо за это своей же семье. Все, отпусти меня. Нас скоро будут искать, урок уже начался. А у меня потом опять из-за тебя будут проблемы.
— Ты говоришь мне «нет»? — подытожил Архип нашу беседу.
— А ты рассчитывал на что-то другое после всего, что было? — изогнула я одну бровь. — Ты уже забыл, как ты меня в бассейне чуть не утопил и унижал меня? А я вот помню. Помню, и не могу тебе этого простить.
— Кристин… — почти прошептал Ветров. — Я очень виноват перед тобой. Я вел себя как свинья, согласен. Но я ведь понял свои ошибки. Я просил и прошу снова у тебя прощения. Нельзя же казнить человека за то, что он оступился. Дай нам шанс… Ты ведь тоже любишь меня…
Он снова потянулся к моим губам, которые я до боли закусила после его последних слов, чтобы не разрыдаться, и у огромным усилием воли увернулась от поцелуя. Если я сейчас дам слабину, то стану нашим палачом. И целоваться мы опять будем до следующего урока…
— Нет, Архип, — говорила я. — Услышь меня, пожалуйста! Я с тобой не буду. И повторю то, что сказала Роме: не преследуй меня. Я так решила, уважай мой выбор.
— Но почему? — словно не желал верить и слышать меня Ветров. — Почему, Крис?
В ответ он наоборот теснее сжимал меня, причиняя невероятную боль этим. Сейчас он отпустит меня и уйдет, поверив в частичную правду. Уйдет и больше никогда меня не коснется.
А на самом деле я давно простила его. Я поняла, что все делал он не со зла. Сейчас его отношение ко мне изменилось, это очень видно, но только показать ему, насколько взаимны его чувства, никак нельзя.