Елена Белильщикова – Зверь. Проданная медведю (страница 5)

Он уже не хотел, не мог объяснять Элизе тонкости про своего зверя, медведя внутри. Свою суть оборотня, которую держал под контролем, но всегда чувствовал в своей душе. Артур обхватил рукой ее за талию, чтобы не упала. И продолжил ласкать губами, играть с сосками и чувствительной точкой кончиками пальцев. Потом поцелуи стали жарче. Влажнее. И Артур спустился ими ниже. Не убирая ткань. Целуя, прикусывая тонкую материю, чтобы накрыть губами чувствительную точку Элизы, не задирая платье.

— Ты такая сладкая, моя Элиза. Теперь ты моя. Хочется распробовать тебя, — прохрипел Артур сдавленным от желания голосом, наконец оторвавшись от Элизы.

Она тихо стонала, цеплялась за него, царапала так бессильно его спину пальцами. Он уже представлял, как они будут обнаженные в одной постели, как он станет скользить языком по самым потаенным местам этой девушки. Заставляя ее стонать и выгибаться от удовольствия. И царапать, оставляя следы уже на его обнаженной спине.

Глава 3

Элиза сама не поняла, на каком этапе Артур опустился на колени. Ее глаза широко распахнулись. Она прикусила губу до боли, почти до крови, выгнувшись всем телом. Ведь от такой ласки у нее потемнело перед глазами.

Элиза схватилась за плечи Артура, а потом запустила пальцы в его волосы. На ощупь они были непослушными, как звериная шерсть, хотя и не вились. Элиза перехватила их на затылке, чтобы он поднял лицо. Но один взгляд его темных глаз обжег ее такой похотью, что у нее перехватило дыхание.

— Что… что ты делаешь… — едва не всхлипывая от желания, выдохнула Элиза.

Ее щеки пылали, Элиза смотрела на Артура во все глаза.

«Стыдно же… целовать там… Он ведь меня купил, а сам… сам ласкает, ничего не прося взамен…» — сбито думала Элиза.

Горячие губы снова прошлись по белой ткани не то в поцелуе, не то в легком укусе по низу живота. Его зубы, как у зверя, прихватили чувствительную точку. Превращая эти ласки в особенное мучительное удовольствие.

Элиза застонала и выгнулась, схватилась так, словно только крепкая рука на талии не давала упасть. Артур нарочно отстранился. Оставляя тело Элизы голодным и неудовлетворенным. Перед глазами мелькнула пошлая картинка: он и Элиза в одной постели, Артур у ее ног, впивается губами в низ ее живота, а она выгибается, вспыхивает до алеющих щек. И отчаянно мотает головой, сминает пальцами простынь. А он шепчет ей низким голосом: «Достаточно? Достаточно с тебя, Элиза? Или попросишь еще? Попроси меня, признай, что тебе это нравится! Нравятся мои ласки».

— Ласкаю тебя, милая. Не знаешь, как это? Не беспокойся. Я научу тебя всему. Не бойся. Это не больно. Наверное… — Артур усмехнулся и медленно поднялся с колен, встряхнув волосами, чтобы избавиться от картинки.

Завтра свадьба. Он должен держать себя в руках. Чтобы не сломать эту нежную девушку.

Элиза неловко перемялась с ноги на ногу, понимая, что огонь, разгоревшийся внизу живота, и не думает утихать. Она будто все еще чувствовала губы Артура, его пальцы, этот стыдный легкий укус. Внутри ныло, а еще… еще вдруг резко и остро сжалось от интонаций этого уверенного искусителя. Да так сильно, что ей показалось, она с трудом устояла на ногах.

— Я… не ожидала. Я думала, что будет… скорее, наоборот. Ведь это меня продали.

— А ты разве пробовала… наоборот? — вдруг зарычал Артур.

— Нет! Я лишь слышала о том, что девушка… может… ласкать мужчину губами, на коленях. Но это грязно, и таким занимаются лишь падшие девки в домах разврата, — Элиза сама смутилась от своих слов, низко склонив голову, спрятав пылающие щеки за светлыми волосами.

Артур изогнул бровь и привлек девушку к себе. Хозяйским движением приобнял за плечи. И снова не выдержал. Впился жадным поцелуем в разомкнутые губы Элизы. Будто бы нелепо наказывая за то, что оторвался от ее сладкого хрупкого тела.

— Ну, как видишь, я не собираюсь превращать тебя в девушку из дома разврата. По крайней мере, до нашей свадьбы, — пошло усмехнулся Артур и перехватил узенькую ладошку Элизы.

Он с силой провел по своему напряженному члену.

«Чувствуешь?» — рвалось с губ. Но Артур промолчал. Только искушающе шепнул, лаская языком плавный изгиб шеи, будто зализывая на ней темнеющую отметину синяка:

— Тебе предстоит еще многое прочувствовать. Узнать от моих губ и рук. От моего тела. О, поверь, тебе придется сложно! Медведи не терпят ханжества в постели. И нас это не смущает. Зато ты будешь гореть от стыда. И от возбуждения. Завтра. В нашу первую брачную ночь. Это я тебе обещаю.

Его губы сложились в развратную усмешку, когда Артур снова поцеловал Элизу в губы и разжал руки, будто отпуская из плена.

— Пойдем, я провожу тебя в твою спальню. Тебе нужно отдохнуть. Завтра у тебя будет важный день. И очень сложная ночь. Это я тебе… тоже обещаю.

Элизе казалось, что от смущения у нее уже горят не только щеки, но и все тело! Каждая клеточка полыхала огнем. Элиза неуверенно вложила изящную руку в широкую ладонь Артура, чувствуя загрубевшую кожу. Наверно, он часто управлялся с тяжелым клинком? Но отвлечься на такие мысли не получалось. В голове стояли его слова. Элизе было страшно представить, что он заставит ее вытворять в постели! Раз уж оборотни не знают стыда и смущения в своей страсти. Страшно и… сложно. Ведь все, что она могла представить об исполнении супружеского долга в первую брачную ночь, — это закрыть глаза, раздвинуть бедра и смиренно ждать, пока муж получит удовольствие. Ведь будет больно. Ну, так говорила тетушка, пытаясь скомканно и целомудренно объяснить невинной племяннице все о ее будущей супружеской жизни.

Сама Элиза всегда была девушкой скромной. И в своих мечтах могла представлять только уютную семейную жизнь с красивым добрым мужем, от которого у нее будут милые детишки. Теплые вечера у камина, танцы под тихую музыку, романтические ужины вдвоем при свечах… А вот моменты близости с мужем даже в фантазиях она детализировать стеснялась.

— Разве ты успеешь подготовить свадьбу за одну ночь? — спросила Элиза, чтобы отвлечься. — У нас за несколько месяцев начинают составлять список гостей, чтобы точно решить, кого приглашать на торжество, а кого нет.

Артур усмехнулся и осторожно сжал ладошку Элизы. Такая бледная, хрупкая, как у фарфоровой куколки, что аж страшно ее держать! Он не выдержал. Подхватил на руки и закружил, пьянея от восторга. Эта красавица, хрупкая и нежная, словно снежинка, принадлежала ему! Да, поначалу он очень удивился. И купил больше из жалости! Ведь, судя по алчному и жестокому блеску глаз дяди Элизы, девушке сложно бы пришлось, если Артур отказался бы платить за нее. А он не хотел, чтобы кто-то причинял ей боль. Кто-то другой, кроме него? Да и боль его будет очень сладкой. От желания.

Прогоняя порочные мысли, Артур взлетел с Элизой на лестницу, чтобы отнести в покои.

— Ты не рассчитываешь, невеста, что будешь спать в отдельной спальне? — ехидно заметил Артур. — Не знаю, какие нравы в твоем королевстве, но я не собираюсь… м-м-м, оставлять тебя в покое ни на минуту.

Его искушающий смех бархатной плетью ударил по нервам Элизы, когда он перенес ее через порог своей спальни.

— Она огромная. Вдвоем поместимся, — сказал Артур. — Кстати, насчет свадьбы… У нас очень просто организовываются свадьбы, если есть много золота. А мне для моей невесты ничего не жалко. Так что завтра здесь будет море цветов и еды. А еще полный замок гостей. В обычае у медведей-оборотней приглашать на свадьбу всех знакомых, кто пожелает. Не высылая приглашения. Просто объявляя о празднике. Поэтому выспись хорошенько, моя милая невеста. Завтра у тебя и вправду будет сложный день.

Элиза смутилась, оглядываясь по сторонам. Наибольшее внимание привлекла кровать. Огромная, и правда ложе, достойное короля. Неудивительно! Но сейчас Элиза не могла оторвать взгляда от этой постели. Думая о том, что произойдет на ней уже на следующую ночь. А потом еще не раз… Ведь Артур явно дал понять, что будет держать ее максимально близко, чтобы в любой момент взыскать супружеский долг.

— А ты? — Элиза заерзала на руках Артура. — Где ты будешь этой ночью? До свадьбы.

Элиза смущенно посмотрела на него из-под длинных ресниц. Ее глаза поблескивали в свете свечей, с щек не сходил румянец. Ведь спать с мужчиной до свадьбы — это неприлично и… и… Если честно, она не могла представить, что такой, как Артур, горячий и порывистый зверь, мог бы провести ночь с ней в одной комнате и не коснуться ее!

Артур усмехнулся и погладил Элизу по голове, а потом прикоснулся сухими губами легонько к ее щеке. Будто поддразнивая.

— Конечно же, здесь. Рядом с тобой, Элиза. На этой широкой кровати. Обещаю, ты останешься невинной. Я хочу взять свой трофей в нашу первую брачную ночь.

Артур услышал, как с губ Элизы сорвался прерывистый вздох. И накрыл большим пальцем ее губы, лаская, слегка нажимая на них. Но даже не стараясь проникнуть в них. Просто заставить ощутить желание. У Элизы были очень нежные губы, будто лепестки цветов. А его пальцы на контрасте казались такими загрубевшими и слегка шершавыми.

— Что же с тобой будет, когда мои пальцы проникнут в тебя, Элиза? Ты же еще нежнее внутри, чем на губах. Тебе наверняка будет и больно, и приятно от подобных ласк… — прошептав это мягко на ухо Элизе, Артур отстранился.