Елена Белильщикова – Наложница повелителя демонов (страница 69)
Глава 174
Ксиан иичего не ответил на насмешки Цзин, пока уворачивался от огненных шаров. Он прекрасно знал, что это лишь попытка выбить его из колеи. Раздражение, пустой гнев уничтожают внутренню гармонию. А потерять ее – это все равно, что развеять свою энергию Ци по ветру. Ксиан не мог этого допустить сейчас, когда магическая схватка в любой момент могла вернуться к поединку врукопашную. Ксиан немного присел, будто собрался посреди боя потренировать тело в стойке «Всадника». Цзин удивленно вскинула брови, Она не поняла, что задумал Ксиан. А он максимально сконцентрировался. Его приучили к этому изматывающие тренировки в Шаотянь. Ксиан научился тому ощущению, когда мышцы тела до стального напряжены, а в голове становится пронзительно ясно. Даже без мыслей. Да и к чему они, когда по венам потоком течет демоническая магия? Ксиан сложил ладони перед собой, одна к другой, а потом резко развел в стороны. Между ними появилась огромная магическая сфера. Да даже демон Подлунного мира, даже повелитель не удержал бы над ней контроль, погасил бы, ведь она нещадно жалила молниями ладони даже своему создателю. Столько было в ней мощи. Но Ксиан владел техниками, не только присущими демонам, но и почерпнутыми среди людей империи Таотянь. Так что он бесстрашно, словно и не замечая своего врага напротив, закрыл глаза. Ксиан весь сконцентрировался на энергии, наполняющей его тело. Она послушно сконцентрировалась в ладонях, защищая их, как щитами. А он с легкостью направил магическую сферу в Цзин. Она едва успела уклониться. И то ей пришлось присесть, пригибаясь к земле, вжимаясь кончиками пальцев в камень под ногами, чтобы удержать равновесие. В следующую секунду Цзин выпрямилась. Взмахом руки она направила в Ксиана мощную молнию. – Тебе не победить, Ксиан! Я готовилась к этому поединку слишком долго! Собирая энергию из любовников-таотяньцев, выпивая магию из пленных демонов... Ксиан вовремя вскинул ладонь, ребром к Цзин. Так, словно собирался блокировать ее удар в обычном единоборстве. Но на руке возник магический щит. Ксиан и не думал, что сочетать навыки, полученные в империи Таотянь, среди людей, и магию, – это настолько эффективно! – Что же ты молчишь о Гун-Гуне? Могущественном темном божестве, которое тебе покровительствует? Щит отбил удар Цзин. Молния полетела обратно. Ее создательница едва успела увернуться, прошипев: – Это не твое дело. Ксиан не дал Цзин долгой передышки. Он направил в нее следующий магический удар. Демоническая магия вырвалась из центра ладони, как длинный гибкий кнут. В Шаотянь учили обращаться и с таким. Даомин говорил, что это оружие учит контролю над ситуацией, над своим телом и эмоциями гораздо лучше, чем послушный клинок в руке. «Гибкий и с виду непредсказумый, боевой кнут подчиняется лишь мастеру», – говорил он, обучая своих учеников замысловатым приемам и давая безумные задания, когда нужно было кончиком кнута сбить крохотную щепку на расстоянии, попав прямиком по ней. Или разрубить дощечку и в то же время «не поранить» подушку из тончайшего шелка. Все эти тренировки помогли контролировать в своем теле каждую клеточку. И сейчас Ксиан и вправду чувствовал себя мастером, но уже не оружия, а собственной магии, энергии.
Глава 175
Энергия Ксиана текла спокойно и уверенно, змеей рассекая воздух и направляясь к Цзин. Демонице пришлось хорошенько завиться на месте, чтобы не попасть под удар! А потом она вскинула ладони, окружая себя защитным коконом – легкой темной дымкой, почти невидимой в неверном свете парящих вокруг огоньков. Но он промялся, воздух пошел рябью. Кое-как кокон поглотил удар Ксиана, но и сам распался. – Но твоя защита слаба. Знаешь, почему? – Ксиан принялся наступать, атакуя небольшими магическими сферами. – Умолкни! Если я решу сохранить тебе жизнь после своей победы, то найду заклятье, чтобы превратить в безмолвную зверушку! – зло прошипела Цзин. Она ударила темной молнией, трескучей, но тонкой. Ксиан сконцентрировал всю энергию Ци в ладони, дополнил это защитной магией, и без страха перехватил конец этого разряда. Глаза Цзин потрясенно распахнулись. Голыми руками перехватывать магическую атаку?! Но Ксиан комбинировал все, чему научился в двух мирах. Так что даже не поморщился, дернув эту молнию на себя. Так, что она рассеялась, а Цзин упала на колени. – Ты боишься того, чего я скажу, Цзин, не так ли? – Ксиан перехватил ее за волосы, удерживая, не давая встать на ноги. – Боишься узнать правду, почему ты заранее проиграла. И с этими словами он набросил на Цзин магические путы. В глазах Ксиана мелькнуло секундное, усталое, чуть горькое торжество. Он победил. Но какой ценой? – И какое нравоучение ты хочешь прочитать мне, Ксиан? Что я такая плохая и жестокая, а добро всегда побеждает зло? – Цзин встряхнула рыжими волосами, вскидывая дерзкий взгляд. – Но ты сам повелитель демонов и ввязался в войну с империей Таотянь! Почему эта война тебя не ослабила? Магические огоньки вокруг гасли. Ведь их создательница теперь была в путах, сдерживающих магию. Так что оставался лишь лунный свет, падающий на лица. – Потому что твоя война внутри тебя. Ты противишься своим чувствам, ты напугана и сама запуталась. Ты грозилась убить заложников, но тебе самой больно, что ты навредила ребенку. Ты отвергаешь все светлые чувства, но они все равно есть в тебе. Без гармонии невозможно победить ни в одном поединке. Поэтому ты проиграла, Цзин. Признай это перед своими воинами? – Ксиан кивнул на стоящих неподалеку демонов. – Зачем проливать лишнюю кровь? Ты сама увидела, что тебе не победить. Повисло молчание. Напряженное. Тяжелое. В лесу Уснувших деревьев и раньше не было ни пения птиц, ни стрекота цикад. Теперь же, после пожара, это безмолвие казалось еще более мертвенным. Когда Ксиан напряженно сжал пальцами скованные запястья Цзин, глядя ей в глаза. Словно взглядом не то просил, не то требовал прекратить все это, не делать глупостей. Наконец Цзин кивнула. Ее воины начали переглядываться, среди них прошел ропоток. Но никто не посмел нападать, когда их госпожа стояла на коленях перед победителем. Они начали медленно и неохотно отдавать оружие Фенгу и Шенли. А Леана бросилась к Ксиану, повисая у него на плече, тихо плача от облегчения, что с ним ничего не случилось. – Ты убьешь меня? – спросила Цзин. – Почему не сейчас? Казнишь на главной площади империи? Все еще обнимая Леану, Ксиан одной рукой помог подняться своей скованной, поверженной противнице. – Не раньше, чем ты спасешь Юна, – усмехнулся он невесело. – Ты связана с темным божеством. Попроси помощи Гун-Гуна. Исцели моего воспитанника. Ты дала слово выполнить любой приказ победителя, помнишь?
Глава 176
Леана бросилась к Ксиану, как только поняла, что все позади. Она всхлипнула, прижимаясь к нему всем телом. По ее щекам текли слезы. Леана и сама не могла бы сказать, от чего именно. От счастья, что Ксиан жив и здоров? От пережитого за него страха? От отчаяния насчет Юна? Наверно, от всего вместе. Ксиан обнимал Леану за талию, и ей очень хотелось потянуться к его губам, поцеловать. Надышаться в этом поцелуе ощущением, что любимый рядом, что ему больше ничего не угрожает. Но Леана чувствовала на себе взгляды не только своих друзей, но и врагов. В особенности Цзин. Леана наконец сумела оторваться от Ксиана, провести по лицу ладонью. И встретиться взглядом с Цзин. Та стояла напротив, не предпринимая попыток освободиться от пут. Более того, склонила голову, пряча лицо за растрепавшимися рыжими волосами. – Мне жаль. Я ничем не смогу помочь, – тихо проговорила Цзин. Леана не выдержала. Она рванулась к Цзин, перехватывая ее за плечи. Ты была так раздавлена своим поражением, что даже не стала сопротивляться, позволила встряхнуть себя, как тряпичную куклу. – Но все знают, что ты связана с Гун-Гуном! – закричала Леана. – Он насылает на людей бедствия, он владеет мощнейшей божественной энергией, так почему?! – Потому что это неправда. Слухи, – Цзин со стыдом отвернула лицо. – Которые я не развеивала, а наоборот, подогревала. Так меня больше боялись и не пытались изловить и убить. Леана обессиленно опустила руки. К Цзин подошел Фенг. Он уже уложил Юна на кольца Сяолуня, который заботливо присматривал за своим маленьким хозяином. Тот по-прежнему был без сознания. Фенг же теперь мог присмотреть за Цзин. Ксиан все равно сейчас оказался не в состоянии со всем этим разбираться. Он побрел куда-то с пустым невидящим взглядом. Леана побежала следом, и они показались посреди обгоревшего леса. Ни искорки, ни запаха дыма. Только лунный свет в почерневших ветвях, а под ногами хлопья пепла, оставшегося от сгоревших лепестков. Мягче свежевыпавшего снега, напоминающие грязный серый пух, сминающийся под туфлями. Леана сомневалась, что лепестки дают именно такой пепел, сгорая, но похоже, это место было особенным. Магический огонь по магическому лесу – и теперь получалась особая картина. Абсолютно безрадостная. – Ксиан! – Я забрал его с собой, думая, что спасаю. Получается, забрал на верную смерть? – глухо произнес Ксиан. Он прислонился к обгоревшему стволу, спрятал лицо в сгибе локтя. Но Леана успела увидеть страдальческое выражение, будто от боли. У нее у самой кошки на душе скреблись. Да, они спаслись, но... Леана уже успела прикипеть к Юну, как к родному. И понимала, что Ксиан тем более. – Мы что-нибудь придумаем, мы вылечим его! – она горячо схватила его за руку, разворачивая к себе и глядя в глаза. – Это невозможно, Леана. На такое способны только боги. Удар был смертельным. Просто на человека это действует немного иначе, убивает медленнее, потому что было направлено на другой тип энергии, демонический. Вдруг раздались шаги. К ним подошел Шенли. – Ксиан? – Если еще и ты бросишься на меня, решив отнять трон Таотянь, я даже сражаться с тобой по-честному не стану, – зло бросил Ксиан. – А просто скручу и всыплю, как ты заслужил, дурной мальчишка. Шенли вспыхнул. Понимал, что это заслужено, наверно. Ведь его попытка остановить Цзин самостоятельно обернулась всем этим. Хотя Леана подозревала, что демоница и так перехитрила бы их, и ничего хорошего из этого не вышло бы. – Я виноват, но... Нам нужно поговорить, повелитель, – на последнем слове Шенли нервно облизнул губы, ему явно тяжело далось признать, что больше не император, больше никто рядом с Ксианом. – Дома, – отрезал тот, мотнув головой. – Мы все слишком устали. Поехали домой с нами, Шенли?