Елена Бауэр – Его Высочество Пиц. Узы (страница 17)

Освящение длилось три с половиной часа. Команды с кораблей «Кострома» и «Забияка» принимали в нем участие и вместе со священнослужителями и Великими Князьями три раза обошли храм в крестном ходе.

После молебна, Елизавета Федоровна, которую переполняли светлейшие чувства, шепнула мужу:

– Как бы я хотела, чтобы меня похоронили здесь, когда придет мой час…

Сергей пообещал, что по окончании долгого и счастливого жизненного пути, который только открывается перед ними, позаботится об этом. В тот день ему, как никогда, было спокойно и благостно на душе. Его мечты постепенно исполнялись. Оставалось еще два самых заветных желания – ребенок и переход Эллы в Православие. Сергей верил, что и это все случится, если на то будет воля Божия.

Счастье Павла от пребывания на Святой Земле и освящения храма в память любимой матери периодически нарущалось приступами волнения. Приближался день помолвки. Несмотря на то, что на высочайшем уровне договоренности о потенциальном браке были достигнуты, и, кажется, Великий Князь весьма импонировал принцессе, все же Пиц чувствовал некоторое смятение. Что, если простая дружеская симпатия со стороны Аликс была принята им за нечто более нежное и глубокое? Что, если он получит отказ? Затянутый в парадный китель Пиц чувствовал, что вот-вот потеряет сознание от духоты и внутреннего мандража. В минуты накатывающей паники он особенно усердно молился и просил помощи Господа достойно пережить все уготованные ему испытания.

IV

Перед Афинами путешественники провели чудесную неделю в Каире. Их разместили во дворце с дивным тропическим садом на берегу Нила. На драмадерах ездили к пирамидам, и Сергей, к ужасу Эллы и Павла, забрался на одну из них с помощью бедуинов. Потом храбрец хвастал, что это было не так и сложно, да и вовсе не страшно, но младший брат повторить его подвиг отказался. Он должен был прибыть в Афины в целости и сохранности. В Египетской столице Великие Князья стали свидетелями ежегодной церемонии возвращения ковра из Мекки, что напомнило им сюжет картины Маковского, которая была заказана братом Сашей, пока он еще был Наследником. Интересно, как самые неожиданные предметы или обычаи других стран могут вдруг напомнить о доме и сделать его на мгновение ближе.

Павел был уже сам не свой. Приближался назначенный день. С каждым часом жених выглядел более растерянным и бледным. Еще пара недель такого напряжения, и Пиц слег бы с расстроенными нервами или сердечным приступом.

Наконец, прибыли в Афины. Гости по обычаю были гостеприимно встречены королевской семьей и сразу влились в бесконечную череду различных греческих праздников и увеселений.

Невеста еще больше похорошела. Она вытянулась, постройнела, что ей очень шло. На щеках заиграл легкий румянец, подчеркивающий ее девичье очарование.

– Душка! – охарактеризовала ее Элла, когда они вечером остались с Сергеем одни.

Прошло две недели, но предложение все еще не было сделано. Павел теперь понимал, почему Сергей в свое время был так нерешителен.

– Все приглядываешься? – поинтересовался старший брат, появившись после ужина на пороге комнаты Пица, куда его отправила Элла, прозондировать обстановку.

– Заходи, Сижа, – с легкой руки Ольги, королевы Эллинов, Гег стал превращаться в Сижу или Сижика. – Ты очень кстати! Хочу поделиться с тобой кое-какими думами…

– Несколько тревожное начало…

– Нет, не переживай. Все в порядке, если не брать во внимание мое сумасшедшее волнение. Каюсь, когда ты делал предложение Элле, я никак не мог понять, почему ты все откладываешь… Как же непростительно глуп я был!

– Юность на то и юность, чтобы ошибаться и при этом мнить себя правым, – улыбнулся Сергей. – Мы все через это проходим.

– Но ты понимаешь, почему я не спешу и не попросил руки в первый же день…

– Догадываюсь…

– В сущности причин несколько. Первая из них – не хочу ошибиться. Я смотрю на Аликс и думаю, сможем ли мы прожить всю жизнь, не растеряв теплые чувства друг к другу. Я боготворю Мамá и Папá, но не хочу повторить их судьбу. Молюсь о том, чтобы мой брак был таким же счастливым, как у вас с Эллой или у Саши с Минни. Без грязи, скандалов, адюльтеров и бастардов, – Пица было не остановить. Ему хотелось высказать все, что на душе.

Желание любви сродни мазохизму – все знают, что большинство романтичных историй заканчивается разочарованием, предательством, расставанием или смертью. Но ради минут райского блаженства, не всегда, кстати, плотского, обуреваемый чувствами, потерявший способность мыслить логически человек, готов терпеть годы боли. Вечная любовь – редкая, диковинная птица. Шансов, что именно она впорхнет в твой дом, ничтожно мало. Скорее под ее маской явится страсть, что махнет яркой юбкой черноокой колдуньи, окрутит зеваку и скоро бросит его ради новой жертвы. Единственное, что жизнь уверенно может гарантировать влюбленным, это – страдания. В этом себя можно не ограничивать. Здесь возможны любые фантазии и перверсии – от легкой меланхолии с отказом от еды и бессонницей до состояния «жизнь не мила». С годами, настрадавшись и натерзавшись вдоволь, человек облачается в доспехи цинизма. Главное, не поворачиваться к любви незащищенной частью тела, иначе, глядь, а там уже торчит стрела Амура – и вновь разбито сердце.

Тонущий в розовых облаках влюбленности Павел пытался сохранить остатки здравомыслия и просчитать вероятность счастья. Слишком много боли уже было в его жизни. Как ни старался Пиц критически рассмотреть вопрос, этот брак по всем признакам обязан был стать тем самым редким союзом, на веки вечные наполненным любовью и взаимопониманием.

– Каков же твой вывод?

– За себя я уверен. Я буду любить Аликс всю жизнь, до последнего вздоха!

– Надеюсь, и в Аликс ты не сомневаешься…

– Не сомневаюсь в ее добрых намерениях, но она так юна… И здесь мы переходим ко второй причине – я вижу, что я ей симпатичен, но насколько это чувство глубоко? Что если оно не так серьезно, как мое? Что если я наскучу ей через несколько лет?

– Пиц, твои сомнения естественны. Они мне прекрасно знакомы. Вероятно, все через них проходят. Никто не может сказать нам заранее, как сложится семейная жизнь. На все воля Божия. Но как старший брат и опытный, женатый человек, – чтобы фраза не звучала излишне поучительной и не отпугнула Павла, Сергей украсил ее нотками самоиронии. – Я склонен думать, что Аликс непохожа на легкомысленную девушку. Она умна, я бы даже сказал, мудра не по годам. По прошествии времени она будет все более и более походить на свою мать. На мой вкус, это замечательно. Ее легкий нрав поможет вам преодолевать многие ухабы семейной жизни. И мы с превеликим удовольствием будем привечать эту солнечную девочку у нас.

– Ты полагаешь, ее чувства так же сильны, как мои?

– Полагаю, у тебя нет причин бояться быть отвергнутым, ежели ты этого страшишься. Неужели ты думаешь, Ольга дала бы согласие, если б не знала чувств своей дочери? Она слишком тебя любит, чтобы позволить так тебя унизить! Но точно мы не узнаем, пока ты не сделаешь предложения…

– Хорошо. Ты меня успокоил… Пожалуй, довольно откладывать. Завтра едем в Татой, там и поговорю с ней.

– Кстати, Элла переживает, как бы твоя женитьба не изменила привычный образ жизни, который мы привыкли вести все вместе.

– У меня были те же страхи перед вашей свадьбой, – рассмеялся Пиц. – Я боялся, что ты можешь отдалиться от меня… Передай Элле, что вы оба слишком дороги мне, чтобы кто-то мог разлучить нас. Уверен, что наше деревенское общество покажется Аликс очень симпатичным, и она с удовольствием в него вольется.

– На этот счет я совершенно спокоен. У здешней семьи схожие вкусы. Наш уклад должен быть для Аликс естественным, поэтому изменения будут для нее безболезненными.

Уходя, Сергей обнял брата и остановился в дверях.

– Пиц, ты очень тронул меня этим разговором и своим глубоким чувством. Я благодарен тебе за доверие! И еще… Элла говорит, что жениться без любви – грешно. Мы счастливы, что ты избежишь этой участи!

Сергей, успокоенный, ушел к супруге, а Павел не смог сомкнуть глаз.

V

На следующий день погода резко изменилась. Постоянно сиявшее до этого утра солнце вдруг, раскапризничавшись, спряталось за тучи. Из-за дождя и сильного ветра поездку в Татой отложили. Павлу, который не желал более откладывать решающий разговор, пришлось на ходу подстраиваться под новые обстоятельства.

Утром Пиц позвал Аликс пить чай в комнате Эллы и Сергея. Разговор не клеился. Все понимали, что сейчас должно произойти, поэтому сложно было непринужденно болтать на отвлеченные темы. Напряжение не позволяло расслабиться. Единственный, кто не замечал нервозности, был младший брат невесты, не отходивший от Эллы ни на шаг с самого ее приезда. Елизавета Федоровна развлекала его картинками в книжках.

– Андреа, пойдем-ка покажем Мамá эту чудесную иллюстрацию! – Элла взяла мальчика за руку и быстро вышла с ним из комнаты, чтобы никто не успел возразить.

– Я составлю вам компанию, – крикнул вдогонку жене Сергей и поспешил за ними.

Павел с Аликс остались одни. Невеста сидела, скромно потупив взор, что было совершенно не в ее характере. Принцесса молчала, создавая паузу для объяснения. Она как будто даже перестала дышать, боясь спугнуть свое счастье.