Елена Амеличева – Зло выходит замуж, или Мама для исчадий ада (страница 31)

Сборы прошли быстро. Аделаида тоже зевала, и мне стало стыдно, ведь это я вчера ей спать не давала из-за своего обострения личной жизни. Но едва Добряк ввинтился в пухлые облака, сон с мачехи сняло моментально. Вцепившись в меня, она ойкала, ахала, дрожала, но все же не забывала крепко прижимать к себе Лили.

Весна встретила нас довольным рыком. Моя сестренка побежала к ней, обниматься со своим яйцом, позабыв про всех и все.

— Кажется, она нас готова на него променять, — отметила Аделаида.

— Это точно, — кивнув, покосилась на Добряка.

Тоже не променяю своего зверя ни на кого другого!

— А как тебе Драгодар, Фаби? — вдруг спросила женщина.

— Он очень хороший человек, — честно ответила ей, подумав, что даже и думать про него уже забыла.

— Ты хочешь за него замуж? — мачеха внимательно посмотрела на меня.

— Нет, — ответила честно. — А как у тебя было с отцом? Ты сразу в него влюбилась?

— О, нет, детка, — она рассмеялась. — Сначала он мне жутко не понравился.

— Правда?

— Истинная правда, — ее глаза затуманились улыбкой. — Он был какой-то нервный, сильно старше, ухаживать вообще не умел, беседу поддержать тоже. При танце отдавил мне все ноги, представляешь? Мизинцы два дня болели.

Да уж, танцевать папа не умел категорически.

— Но потом я поняла, что он просто волновался из-за того, что невеста ему нравилась. Это было приятно и породило во мне симпатию к нему. Мы поженились. Уважали друг друга, заботились, узнавали. А любовь… Она пришла гораздо позже. Наверное, после того, как Мирена родилась. Все-таки просто муж — это одно, а отец твоего ребенка — совсем другое.

Хм, никогда не думала об этом.

— Но мне бы хотелось, чтобы у тебя сразу была любовь. Настоящая, сильная, навсегда. Вот скажи, а к де Дарку ты что чувствуешь, милая?

— Я… — мысли заметались, как и сердце.

Но от ответа спас портал, протаявший неподалеку.

Счастье окатило изнутри. Риар все-таки пришел!

— Фаабииии! — первыми из прохода выбежали сорванцы-демонята.

Бросились ко мне, начались обнимашки, сдобренные торопливым рассказом на два голоса о том, что успело произойти за это время. Что учудил удав, пока так и не отдавший кольцо Мирдарьенов и получивший за это имя Ларец. Как Бран с Рианой шушукаются по углам. Как несколько раз прилетал Сиардар — и не один, а со своей вреднючей злой дочуркой Хейли.

— Она вас не обидела? — заволновалась я, вспомнив, как эта гадина обратила в пепел воздушного змея.

— Неа, — благодушно отмахнулся Рэйнор, при этом посмеиваясь.

— Но мы ей сиденье в карете кое-чем вымазали и магией прикрыли, чтобы не видно было и не пахло! — выпалил Роэн, хихикая. — Ах! — прикрыл рот ладошкой — с очевидным опозданием и сделал большие глаза. — Но это секрет!

— Поздно уж, — его брат вздохнул. — Ты все разболтал.

— Я забыл, — тот поник, как цветочек без воды. — Но это же Фаби, ей можно рассказать, она не сдаст. Правда ведь?

— Конечно, — шепнула я и почувствовала, как сердце, что щемило от нежности к этим бравым нахалятам, бьется о ребра как дикая птичка, посаженная в клетку — ведь к нам приближался Риардан.

Высокий, мощный, невероятно красивый и такой притягательный, что все мои сомнения мигом стухли. Возражения упали сухой хрусткой листвой к башмачкам. А глаза наполнились слезами.

— Доброе утро, Адеалаида, — он отвесил поклон моей мачехе, потом мне.

— Доброе, — с сомнением протянула она. — Как удачно совпало, что мы тут встретились, — с усмешкой покосилась на меня, делающей невинное лицо.

— Весна — мой ящер, я тоже ее постоянно навещаю, пришлось вот провести линию порталов сюда, — ответил демон. — Заняло время, сейчас на них небывалый спрос, прямо как на охлаждающие кристаллы в сезон южных ветров, установку приходится ждать несколько дней.

— Да, вы правы, — женщина кивнула. — Муж тоже ждет, так как обещал дочкам портал.

— Можете пользоваться моим, просто установим еще один вход от вашего дома, — тут же сориентировался де Дарк.

Но он переоценил наивность моей мачехи.

— Нет, спасибо, — она покачала головой, прекрасно понимая, что тогда бывший жених сможет шастать ко мне сколько его душе и другим частям организма угодно. — Пожалуй, откажусь от столь щедрого дара.

— Началооооось! — прервал нас оглушающий крик Лили.

Уверена, от него не только вздрогнули скалы, а еще и ящеры перепугались, решив, что в ущелье завелся какой-то неведомый, но очень громкий зверь. Это точно, маленькие девочки вполне могут посоперничать с любым хищником!

— Что? — мы бросились к ней.

— Вот! — малышка ткнула пальцем в яйцо со своим ящером и затаила дыхание.

По скорлупе будто прошла волна. Маленькая дырочка, что образовалась на боку, положила начало зигзагам трещин, которые зазмеились во все стороны.

— Он рождается! — с благоговейным восторгом прошептала моя сестренка.

— Фыыырх! — хором подтвердили Весна и Добряк, не сводя глаз с первенца, что вовсю прокладывал себе дорогу в настоящую жизнь.

Скоро он выберется наружу и поймет, что мир вокруг куда больше хоть и уютного, но ставшего тесным яйца. А главное, малыш осознает, что весь он, неизведанный и такой прекрасный, принадлежит ему — полностью и безраздельно!

Глава 46 Дела семейные

— Осторожнее! — Лили поправила яйцо, упавшее на бок. — Давай же, хулиган, вылезай, так не терпится с тобой познакомиться!

— Скоро вылезет. И после этого начнется основное веселье, — пробормотал Риар, под шумок обхватив мою талию. — Я знаю, о чем говорю, у меня два таких разбойника, — кивнул на сыновей, что замерли рядом.

— Это что, — Аделаида пренебрежительно махнула рукой. — У вас всего-то два мальчика, подумаешь. А вот у меня три девчонки! И это, скажу я вам, настоящее испытание! Три торнадо в спичечном коробке, глаз да глаз нужен!

— А у Весны будет целых семеро малышей, — доложила Лили.

— Агарах, — пробормотала будущая мать, покосившись в небеса и явно задумавшись, не поздно ли еще сбежать.

Но миг малодушия остался позади, и она улеглась поудобнее вокруг яиц, словно охраняя их от всего мира, пока еще нужно. Ведь скоро потребуется охранять мир от тех бесенят, что вылезут наружу.

Первый кусочек скорлупки отскочил от яйца, и все мы дружно ахнули. Изнутри выглянул любопытный глаз. А вскоре сильные челюсти прогрызли дыру повнушительнее размером и из нее высунулась лапка.

— Он золотой! — восхитилась Лили и пощекотала малышу пяточку.

Ножка убралась, яйцо получило сильный удар изнутри, распалось на три части, и нашему взору предстал новорожденный — с шапочкой из остатков «домика» на голове.

— Кьяррррр! — победно заявил он и, углядев стрекозу, кубарем скатился из гнезда и погнался за ней.

Лили, ясное дело, понеслась за ним, мы следом. Добряк оказался умнее всех: грозно рыкнув на детеныша, он поддел того хвостом и уложил обратно в «колыбель», где уже шевелились все остальные яйца.

— Кья, — нашкодивший первенец склонил голову перед огромным черным ящером, а потом под шумок попытался укусить того за хвост — видимо, в отместку за упущенную добычу в виде стрекозы.

— Поздравляю, — Риар со смешком похлопал моего зверя по лапе, — он признал тебя папой.

— Фаааррх?! — тот с ужасом посмотрел на меня.

— Не ищи защиты, — развела руки в стороны, — детям нужен отец. — Пусть и приемный. Ты будешь отличным главой семейства.

— Крааарх! — вклинилась в разговор будущая многодетная мать, которую пристроили без ее на то согласия.

— Не отказывайся сразу, — утешил ее демон. — Подумай.

— Кьяр, теперь у тебя есть папа! — восхитилась Лили, которая все уже решила.

— У малыша появилось имя? — Аделаида улыбнулась, глядя на то, как эти двое играют в гнезде.

— Он сам себя назвал, — ответила девочка.

— Кьярррр! — гордо подтвердил ящеренок.