Елена Амеличева – Зло выходит замуж, или Мама для исчадий ада (страница 15)

Боюсь, жизнь убедила девушку в том, что все остальные рождены на свет исключительно с одной целью — прислуживать ей, раболепствовать, развлекать и при необходимости жертвовать собой. Как многие слишком красивые женщины, она все принимала как данность и даже не думала благодарить судьбу за немыслимые благодеяния.

Иногда я представлял нашу семейную жизнь. И в этом было мало приятного. Полагаю, на супружеский долг отводилось бы два дня в неделю. Второй в порядке великого исключения. Дабы муж, утирая скупые мужские слезы, понимал и ценил, какая щедра и понимающая жена ему досталась. И только попробуй заикнись о другом графике — даже фарфор вздрогнет от того скандала, что разразится в доме буйным тайфуном!

А после рождения положенного наследника мужского пола визиты супруга в опочивальню жены и вовсе попали бы под строжайший запрет. Все, долг выполнен, дальше все справляются, как могут. Главное, чтобы внешние приличия были соблюдены и не сильно ползли сплетни.

Помотал головой и сел на кровать, не менее печальный, чем удав. Тот похлопал глазками и положил голову в чепце на мои колени. Я снял с него дамский аксессуар и велел:

— Ползи, гуляй по саду. Только никого больше не пугай.

Поднялся и покинул комнату. Предстояло найти гостей, рассыпаться в извинениях и отправиться завтракать.

В столовой уже хозяйничала Фабиана. В груди потеплело — ведь я все же опасался, что она может не вернуться из ночного вояжа на Добряке. Но нет, напевая что-то, девушка шлепала на тарелки демонят блинчики, которые приносила с кухни.

— Доброе утро, папа! — дружно грохнули мои исчадия ада, изображая послушных деток.

— Для удава оно не было добрым, — отметил, сложив руки на груди. — Вы зачем над бедным животным издеваетесь?

— А с чего мы должны жалеть эту зазнайку-графиню? — пробурчал Рэйнор, пожав плечами.

Я снова подавился смешком и все же нашел в себе силы сохранить серьезное и, надеюсь, грозное выражение лица.

— Имел в виду чешуйчатого, — пояснил нахалятам, уминающим блины.

Фабиана подавилась смешком и, подхрюкивая от смеха, ушла на кухню.

— А ему-то что? — Роэн заморгал непонимающе. — Она сразу из кровати выпрыгнула, когда его заметила,

— А барабанные перепонки удава вы не пожалели?

— Да, об этому не подумали, — согласился старший. — Она так верещала, думал, люстра с потолка навернется. Наверное, его этим, — нахмурился, — как ты сказал?

— Перепонным барабанкам, — с умным видом подсказал Роэн.

— Вот точно, им несладко пришлось. Мы не подумали.

— Может, сначала будете думать, а потом шкодить? Взрослые ведь уже, — протянул с укоризной.

— У взрослых ящеры есть, — отрезал старший, глянув на меня с обидой. — А у нас нету, сколько ни едим волшебные блинчики и оладушки!

Хитер, бобер! Я довольно хмыкнул. В меня пошел, определенно. Все в свою сторону переиначит.

— Кушайте уже, — Фабиана поставила тарелку себе и мне, села за стол. — Потом разберетесь и с удавами, и с ящерами.

И то верно. Сел за стол, свернул румяный, горячий еще блинчик в трубочку, окунул в мед и отправил в рот. М-м-м, объедение. А если еще клубничного варенья добавить, так и вовсе пища богов. И нет, нигде не слипнется!

— Здравствуйте! — с веранды зашел Саффолк. Оглядел нас, щурясь. — Приятного аппетита. Удава не видали? Я из него кушак хотел пошить, а он пропал куда-то, гад ползучий! Так не видали?

Мы переглянулись и выдали хором, на четыре голоса:

— Не видали!

— Жаль, жаль, отменный кушачок бы вышел… — пробормотал старик и удалился восвояси.

— Говорю же, мы удава спасли, — констатировал Рэйнор.

А вот меня никто не спасет. Я вздохнул, увидев в дверях папу и дочь де Сиардара. Сейчас из герцога будут делать отличный кушак. А может, еще и сапожки.

Глава 22 Скандал

В столовой явственно запахло грозой. Я понял это, увидев выражение лица Хейли. Она будто впервые услышала слово «нет», переспросила из вежливости, опасаясь, что слух подводит, и снова услыхала то же самое. Я рождена разрушать — читалось в ее глазах. Что ж, начнем извиняться.

— Миледи де Сиардар, простите нас, — опередил меня старший сын, немало удивив и даже растрогав.

Действительно, растут дети, растут!

— Мы вовсе не хотели обижать вас, — продолжил отрок. — Мы знаем, что над животными нельзя издеваться. Все змеи имеют право на жизнь, — он ухмыльнулся, — даже самые ядовитые.

— Мы больше не будем, — закивал Роэн, широко улыбаясь.

Рано я радовался. Все-таки они исчадия ада и этим все сказано! Досадливо крякнул и встал из-за стола, отметив, как наливается багрянцем лицо Хейли, теряя всякую красоту, ведь ярость портит даже самую совершенную внешность.

— Идемте, поговорим, — я потянул гостей прочь из столовой, с тоской глянув на недоеденные блинчики.

— Вы так себе позволяете обращаться с будущим тестем? — обрушился на меня граф, когда мы вошли в гостиную. — Над моей дочерью тут издевались! Такого унижения я не переживал никогда!

Правда? Даже захотелось уточнить. А как же месяц в темнице, на соломе, хлебе и воде один раз в день? Когда вас схватили за измену? Ну да ладно, кто помянет былое, тому и глаз вон. Или в глаз и вон — такой вариант меня сейчас больше устраивал, я просто мечтал выставить незваных гостей восвояси.

— Приношу вам мои глубочайшие извинения, — постарался выглядеть скорбно-печальным, будто хоронил любимую тещу. — Дети, сами понимаете, развлекаются, как могут.

— Нет, не понимаю! — взвился де Сиардар. — Мой ребенок отлично воспитан, — кивнул на Хейли. — Она никогда себе такого не позволяла!

Потому что статуи не шалят. Я усмехнулся, и это не укрылось от взгляда девушки.

— Не буду вам мешать, — процедила она и ушла.

Главное, чтобы мои отпрыски не успели устроить ей какой-нибудь прощальный подарок. А то ведь они могут.

Фабиана

Как жаль, что вы наконец-то уходите, хотелось сказать мне, когда увидела, что Хейли велела слуге активировать портал.

— Решили нас проводить? — она зло зыркнула на меня, стоя перед домом — ожидая папеньку, который распекал, должно быть, Риардана.

Хотя по мне так это бессмысленное занятие. Как говорится, на этого ящера где сядешь, там и слезешь. Да еще под зад хвостом получишь.

— Посмеялись, поди, над выходкой этих отродьев? — гостья кивнула на мальчишек, что гоняли мячик по лужайке.

— Зачем вы так, это же дети, — я встала рядом и миролюбиво улыбнулась, показывая, что не хочу ругаться.

Воистину, только человек оголяет зубы, демонстрируя мирные намерения. Все животные делают это перед тем, как напасть.

— Эти дети станут шелковыми, когда я возьмусь за их воспитание, — обронила Хейли и поджала губы, смерив меня презрительным взглядом.

— Что?

— Что слышали, — подхватил нить разговора ее батюшка, подойдя к нам. — Они станут ее пасынками, и тогда я сделаю из них достойных демонов!

— А что это вы так побледнели? — пропела графиня. — Вы же не надеялись, что Риардан передумает и решит совершить такую глупость — взять в жены, — она презрительно сморщила носик и почти выплюнула слово, которое будто само по себе марало ее отличную родословную, — полукровку?

— Да-да, милая, герцог намеревался взять мою дочь в жены задолго до того, как императору вступила в голову блажь наказать его вами, — принялся подпевать ее батюшка. — Пару минут назад он утверждал, что его намерения изменений не претерпели! — пристально вгляделся в меня. — Вы так побледнели. Неужели всерьез рассчитывали стать герцогиней? Девицы столь наивными бывают, просто прелестно!

Я резко развернулась и пошла прочь, сопровождаемая торжествующим смехом Сиардаров.

— Ведьма, не гони во весь опор, на посадку иду! — прокричал Злючка, подлетев ко мне. — Шустрая какая, — зацепился коготками за плечо и едва сумел удержаться. — Чего стряслось-то?

— Ничего, — мрачно ответила, поглаживая кольцо связи с Добряком. — Просто люди в очередной раз удивили своей подлостью. А думала, что это уже никому не под силу. Наивная дурочка.

Ну где же ты, друг? Единственный и самый верный. Все остальные мужчины — предатели! Вгляделась в безмятежно голубое небо. А вот и он! Черной грозовой тучей упал на траву, зарокотал, чувствуя мое паршивое настроение, готовый позавтракать теми, кто обидел его подругу. Неплохая, кстати, мысль. Представила, как Сиардары с воплями улепетывают от моего ящера. Но нет, от таких некачественных перекусов у него несварение разыграется, не стоит ему есть всякую гадость.

— К-куда ты, ведьма?! — возмутился фамильяр, когда я запрыгнула на своего зверя.

— Или улетай, или молчи, — намекнула ему.

— Мне с тобой быть всегда велено судьбой, — пробормотал он и, прижав ушки к голове, заверещал во всю глотку, когда Добряк взмыл под облака, — аааа, ведьмаааа! — когти впились в мое плечо. — Русалкиииии…. сглазилиииии!

Риардан

   — Риар, Риар! — встревоженная Риана вбежала в кабинет.