Елена Амеличева – Офень флая федьма (страница 22)

Когда мы вернулись, детишки украшали таверну к свадьбе. Толсто-сочные цветочные гирлянды яркими гусеничками ползли везде, где только можно. Боюсь даже вспоминать их стоимость. Но барон сказал не экономить, чтобы было дорого-богато. Пыль в глаза гостям пустить — это же святое. Пусть зубами скрипят, завидуют до трясучки. Тогда Тундар посчитает, что праздник удался. А это отразится на сумме, что я получу за праздник.

— Тит, держи прямее! — скомандовал громкий голосок Кати, и наш женишок, стоя на лестнице, подтянул гирлянду повыше.

— Ну? — невеста вопросительно посмотрела на малышню, что стояла внизу, в качестве судей.

— Прямо, — сказал Сева.

— Теперь криво, — добавила Маша.

— Тит! — скомандовала Катя, и цветы чуть опустились.

— Теперь прямо, — одобрила Маша.

— Стало криво, — воспротивился Сева.

— Да возьмите вы уже гвозди, линейку и нитки, — посоветовала я, привязывая козла к липе. — Хватит мучить Тита.

Так, а это что такое? Увидела белую псину размером с теленка, что бегала по саду и поспешила к ней. Успела как раз в тот момент, когда пес поднял лапу и принялся поливать беседку. И кто же калитку боковую не закрыл, а? Хотя сейчас тут столько людей шастает, за всеми не углядишь.

— Дядя Афанасий! — крикнула в то место, что воинственной пушкой торчало вверх в огороде соседа. — Почему ваша собака делает, э-э, опись имущества в моем саду?

— Прости, недоглядел, — распрямившись, ответил мужчина и посеменил к калитке. — Вечно этот кобелек с привязи срывается, а мне потом щенят тащут со всей округи. Твои, говорят, забирай и делай с ними, что хошь, нам не надобно. И не поспоришь ведь, он один, шкодина такая, белый в округе, а деток плодит — все белее снега. Так что, как убежит, так потом приплод.

— Не поверите, у меня та же беда, — усмехнулась, покосившись на козла.

— Извини, что спрашиваю, — поймав описывателя имущества за ошейник, посмотрел на меня виновато, — не возвертался еще супружник твой?

— Хотите морду ему набить? — понимающе усмехнулась. — Тогда занимайте очередь, но учтите, она длинная.

— По-мужски с ним надобно поговорить, — сосед кивнул. — Не дело он сотворил, бракодел. Да и с тобой не по-человечьи поступил.

— И не говорите. Мой шок в шоке, как говорит Кондратий. Но пока этот гад не вернулся. — Снова посмотрела на козла, что уворачивался от орехов, которые в него метала белка. — Но, наверное, уже скоро. — Помрачнела. — Как появится, делайте с ним, что хотите. Мне он больше не нужен.

— Ну, как знаешь, — Афанасий отправился обратно.

А я поспешила на кухню. Готовки еще чуть ли не до самого утра. Торт надобно лепить. Барон ведь лично эскиз нарисовал. Ни в чем себе не отказывал, всю фантазию напряг. Наверное, припомнил все сласти, что на бракосочетаниях в столице видал. Ох, свадьбы, свадьбы…

Глава 35

Кровушка

Все! Я нанесла последний штрих на свадебный торт — россыпь съедобных золотинок. Обошла кругом, полюбовалась пятиярусным чудом, где каждый ярус был с другим вкусом, наложила заклинание легкого «морозца» и сняла фартук. С утра доделаю то, что по мелочам и не горит, а сейчас…

Потянулась, чувствуя, что спать-то и не хочу вовсе. Видимо, переборщила с игогошником. Выпила столько, что глаза сами будут открываться, как у куклы, если в постель лягу. Ну, тогда пойду над плетением поработаю. Там интересные «коленца» вырисовываются. Вот бы в заговор добавить кровь демона, она сильная очень и позволит их дальше заплести. Но где ее взять?

Вот я дурная ступа! Шлепнула себя по лбу, войдя в спальню. У меня ж живой копытный под боком спит! Вернее, в каморке, что раньше была под детскую определена, а потом кладовкой стала. Ведь деток от Тима так и не народилось. Всех оплодотворил, мерзопакостник, а родная жена пустоцветом ходила. Ну как так, а?..

Ладно, лучше за кровушкой отправлюсь. Взяв иголку, носовой платок, очищенный заклинанием до стерильности, прокралась в комнату Эзры. Тот громко храпел, разметавшись на небольшой постели. Изображая голодного комара, попыталась пристроиться к его пятке, но едва не получив ею в лоб, отказалась от этой опасной затеи и «перелетела» на руки.

Злой демон тут же замахал ими, отгоняя назойливых кровососущих ведьм. Увернувшись от оплеухи, услышала ругательство и, обидевшись, ткнула иглой в сгиб локтя — в отместку. Ага! Улыбнулась кровожадно, увидев огромную набухшую каплю крови. Прижала к ней платок, нависнув над Эзрой, и…

— Ты что тут делаешь? — услышала через секунду.

Зеленые фонари опалили лицо.

— Что надо, то и делаю, — отрезала с перепугу нагло. — Спи давай!

— Ладно. — Тоже, видимо, от неожиданности согласился демон.

Воспользовавшись этим, соскользнула к кровати и поспешила к двери.

— В следующий раз не отпущу, так и знай, — слова ударили в спину. — Придешь в мою постель — в ней навсегда останешься. Ясно, ведьма?

Не ответив, сбежала. Ишь ты, грозный какой! Но почему-то приятно. Ладно, не о том думаю. Вернулась в лабораторию, провела обряд и не поверила глазам — плетение само выстроилось в ровную цепочку до самого конца. Сомневаться не приходилось, не демоны ту лихоманку сотворили, однозначно.

Я обошла магическую «косичку», что невесомо парила над столом, дотошно пытаясь хоть какую-нибудь зацепку найти, придраться, чтобы можно было считать, что это подделка, хитроумный ход копытных. Но нет, при всем желании не до чего докопаться.

Старые метелки, что же мне с этой информацией делать-то теперь?..

Утро началось задолго до восхода. Я встала еще до того, как сонный рассвет вынырнул из-за пухлого одеяла туч на горизонте, и принялась за дела. Везде поспевая, бешеной метелкой бегала от столов в саду, сервируя их, до кухни, где все шкворчало, шипело, резалось, укладывалось на красивые блюда. Совсем скоро явится невеста, жених, их родня и гости. И к полудню начнется торжественная церемония — под цветочной аркой, украшенной магическими колокольчиками.

— Доброе утро, — демон присоединился к делам, поглядывая на меня, снующую туда-сюда.

— Доброе, — я тут же исчезла из его поля зрения, подхватив стопку тарелок.

— Давай помогу, — догнал меня.

— Неси на столики под вишнями, — велела ему и унеслась в кухню, кромсать нарезки.

— Да постой же ты, не мельтеши, — Эзра вошел в кухню и закрыл собой дверной проход. — Давай поговорим. И даже не думай! — перехватил мой взгляд в сторону окна. — Что ты в моей спальне делала, говори, Марьяна.

— Тебе приснилось, — я начала слоями выкладывать ягодный десерт в глубокие миски.

— Не отнекивайся, ты там была, — подошел ближе.

— Попробуй, вкусно? — взяла чистую ложку, зачерпнула с верхом и отправила в рот копытному.

— Хм, офень! — закивал.

— Вот и отлично! — обогнула его, жующего, и почти успела сбежать из кухни, как меня перехватили за талию.

— Не торопись, ведьмочка, — горячее дыхание, обжигая шею, пахло ягодами и сливками. — Признавайся, а не то…

— А не то что?

— А не то успеешь, — усмехнулся, и по телу побежали огненные мураши.

— Отпусти, дел много, — старалась сказать громко и строго, а вышло тихо и как-то просяще.

— Сначала скажи, что ты делала в моей спальне ночью.

— Тебе приснилось.

— Марьяна, я сейчас пойду и буду каждому встречному задавать этот вопрос. Кондратию, Селине, Сильверу. Даже у муженька твоего поинтересуюсь. Может, проблеет что в ответ. Ну? Молчишь? Ладно, тогда пошел.

Он и впрямь направился к двери.

— Стой! — крикнула, когда взялся за ручку. — Ну да, была я в твоей спальне ночью. Доволен?

— Самим фактом, что ты туда явилась — очень доволен, — мурлыкнул нахал, обернувшись. — Но хочу услышать от тебя главное — зачем.

— А что непонятного-то? — дрожащей рукой поправила завиток, выскользнувший из-под косынки на лоб, что мигом покрылся бисеринками пота.

— Мне понятно, — демон шагнул обратно. — Но хочу, чтобы ты это сама сказала. Ну, так зачем ты наведалась? — еще шаг, и он почти вплотную встал со мной.

— Зачем, зачем, — пробормотала, утопая в его глазах. — Все тебе знать надо!

— Надо, — сипло выдохнул мужчина. — Очень надо. Позарез, Марьяна! Говори!

— Да кровь мне была твоя нужна, — скороговоркой выпалила. — Вот. Доволен?

Глава 36

Спасти невесту

— Что? — Эзра недоуменно нахмурился. — Кровь? Для чего?

— Для ритуала одного. Она же у вас, демонов, очень сильная магически. Вот я и позаимствовала. Чуть-чуть ведь. Только капельку. Тебе что, жалко? У тебя вон ее сколько.

— Не врешь ведь, — пробормотал озадаченный копытный.

И даже малость разочарованный, как мне показалось. Ну а чего хотел-то, спрашивается? Я ведь и не соврала даже, всю правду ему выложила. По крайней мере, ответила в соответствии с заданным вопросом. Вот спросил бы малость по-другому, тогда и влипла бы ведьма. А так — каков вопрос, таков и ответ, не придерешься!