Елена Амеличева – Древняя душа (трилогия + бонус) (страница 35)
После легкого массажа и ванны с маслами я переоделась в легкое, почти невесомое белое платье, прогнала служанок и вышла на балкон. В голове вертелись сотни мыслей, как наказать младшую сестренку, и для меня было сплошным удовольствием продумывать планы мести – медленно, тщательно, прорабатывая малейшие детали и наслаждаясь процессом. Мерзавка заслужила это! Она еще пожалеет о своей сегодняшней выходке!
Я спустилась по витой лестнице в сад и прямо босиком пошла по песчаной дорожке, что вилась между высоких, в мой рост, кустов с укутывающей ветки пеной цветов. Но я не видела их – перед глазами стояли сцены, где Ирия рыдает, ее лицо опухает, краснеет, заплаканные глаза превращаются в узенькие щелочки, из носа прямо на губы текут сопли.
- Ах-ха-ха, ты прав! – смех сестры испортил мне все удовольствие, заставив сжать зубы. – Ты видел лицо этой старой суки? Затея с кахарой была гениальной!
Осторожно ступая, я подошла ближе и встала под балконом.
- Тебе надо быть сдержаннее. – Голос Тайтэна. – Чтобы все получилось, она должна слушаться меня во всем.
- Мы можем справиться и сами!
- Нет, только Аяна способна подобраться достаточно близко к Деметрию.
- Твоя идея переспать с ней вовсе не кажется мне хорошей! – в голосе Ирии проскользнули истеричные нотки. – Да у нее уж, наверно, и матка-то усохла – столько лет никто не трахал! Твой отец рассказывал мне, что когда он отымел ее прямо в саду, как служанку, она сама ноги раздвинула! А вот ко мне он даже прикасаться боялся, берег до первой брачной ночи!
Перед моими глазами пошли алые круги, застившие все вокруг. Сжать бы ее тощую шею сейчас – двумя руками, чтобы тварь захрипела, начала кровавые пузыри пускать, а потом посинела и сдохла, сдохла, сдохла!!!
- Хорошо, что ты рассказала мне о сексе Аяны и отца в саду, это можно использовать! Впрочем, не думаю, что придется сильно стараться – я достаточно разогрел тетушку в прежний приезд! – мягкий смех камнем лег на мою растерзанную в клочья душу. – Она терлась об меня во время поцелуя так, что думал – прямо сейчас трахнет!
- Но ты же на самом деле не хочешь ее? – ревнивые нотки в голосе сестры заставили меня воочию увидеть ее лицо со стиснутыми губами.
- В детстве я подсматривал, как Аяна принимает ванну и дрочил. – Поддразнил ее Тайтэн. – Еще тогда пообещал себе, когда-нибудь трахну горячую тетю!
- Негодник! – легкий шлепок прозвучал в темнеющем воздухе – оба солнца уходили за горизонт.
- Не переживай, сладкую мамочку я и тогда желал сильнее!
Неужели это произносят те самые губы, что целовали меня совсем недавно? Что с придыханием произносили мое имя? Не может быть! Затаив дыхание, не веря ушам, я прислушалась к возне наверху.
- А-ах, шалун! – голос Ирии стал томным, с придыханием. – Ты же собирался заняться Аяной сегодня!
- У меня хватит сил на вас обеих, - возня усилилась, последовал громкий вскрик сестры. – Вот так, мамочка! Тебе нравится? Нравится, как тебя любит твой маленький мальчик?
- Да-а! – донеслось до меня сквозь ритмичный звук шлепающих друг о друга голых тел. – А-ах!
Не в силах это больше слушать, я попятилась. Прочь отсюда, прочь, как можно скорее, шаттл совсем недалеко! Ноги несли меня, не разбирая дороги. Солнца спрятались, сумерки накрыли сад, и я ничего не видела – лишь серую массу с красными всполохами. Дыхание сбилось, вынудив остановиться. Уперевшись рукой в ствол какого-то дерева, я огляделась, пытаясь отдышаться. Что это за место? Жара ушла, и теперь меня колотил озноб. В теле дрожала, казалось, каждая мышца.- Ты замерзла. – Голос раздался над самым ухом. Я хотела обернуться, но руки, обвившие талию, не позволили, притянув меня к крепким мужским бедрам. Аромат с моим именем дурманил разум.
- Тайтэн… - выдохнули губы, пока я пыталась выбраться из жарких объятий. Но ладони скорее гладили его кожу, а не отталкивали.
- Позволь согреть тебя, Аяна, - мурлыкающий шепот проник в мозг, вновь пробуждая те самые чувства, что я испытывала, еще не зная о всей той мерзости, что задумал племянник.
Еще можно успеть убежать. Найти шаттл, забраться внутрь и приказать взлетать – сейчас же! Тогда у меня останутся хотя бы крохи самоуважения. Жалкие крупицы. Забраться дома в постель и зализывать раны, тихо воя в подушку.
- Отпусти, - простонала я.
- Не отпущу! – выдохнул он мне в лицо, развернув к себе.
«Достаточно разогрел тетушку в прежний приезд!» «Она терлась об меня во время поцелуя так, что думал – прямо сейчас трахнет!» «Пообещал себе, когда-нибудь трахну горячую тетю!»
- Отпусти! – взмолилась я, упираясь ладонями в его грудь.
- Ни за что! Ведь я люблю тебя!
Слова проникли внутрь меня, словно кожа нетерпеливо всосала их, терпкий яд разлился по венам. Его глаза, его руки, губы, голос! Время свилось спиралью, и я снова стояла в полном теней саду под светом третьей луны – в мире, где родилась. В мире, где единственный раз за всю жизнь была счастлива. А напротив были его глаза – любви всей моей жизни. Он с улыбкой смотрел на меня, а на щеке была едва заметная в сумраке ямочка, которую так хотелось поцеловать!
Будто почувствовав это желание, губы приблизились ко мне, легко преодолев сопротивление ладоней – руки безвольно опали вдоль тела. Я обняла его, прижалась к горячему телу, позволила мужскому языку совершить вторжение в мой рот – как метафору того, как сам Тайтэн ворвется чуть позже в мое тело.
Я ненавидела себя, но остановить племянника не смогла – лишь всхлипнула, когда он сжал мои ягодицы, а потом запустил пальцы под белье.
- Горячая тетушка, - усмешка опалила шею, - ты уже готова!
Через мгновение мужчина уложил меня на траву и, стянув трусики, по-хозяйски расположился между моих бедер, бесцеремонно раздвинув ноги коленом. «Отымел ее прямо в саду, как служанку», - прогремело в голове, и я забарахталась, пытаясь выбраться из-под него, дабы сохранить рваные клочки растерзанного самолюбия. Но Тайтэн прижал меня к земле своим весом, его рука скользнула вниз, взвизгнула молния, и он резко вошел внутрь.
- Вот так, моя хорошая, - мужская плоть начала медленно двигаться внутри, - давно об этом мечтал!
Я дернулась, застонав, но племянник приписал это своим любовным умениям, с самодовольной улыбкой заглянул в мое лицо и ускорил темп. Его дыхание резало шею, а член внутри причинял боль. Я больше не вспоминала любимого – потому что это было точной копией того, что со мной делал муж. И как в брачные ненавистные ночи, мне пришлось отвернуть голову до упора вбок и ждать, когда он закончит.
- Что-то маловато в тебе энтузиазма, тетушка, - Тайтэн выглядел уязвленным. Губы, которые так мне нравились, изогнулись в ухмылке. –Тогда кое-что добавим! – он достал из кармана брюк тюбик, щедро выдавил содержимое на губы и, прежде, чем я успела сообразить, что это, начал меня целовать, одновременно проталкивая внутрь какую-то сладкую пасту.
Легкая горчинка. Только не это! Я поняла – подсластитель! Тот самый, что в борделях дают шлюхам, чтобы они ублажали клиентов, кончая от одного их прикосновения! А у нас подмешивают несговорчивым девушкам, чтобы те разрешили все и сразу!
- Нет! – я вновь попыталась оттолкнуть его, но мужчина прижал к моим губам свои губы и сжал шею, не давая выплюнуть эту дрянь. Да и уже было поздно – чувствовалось, как она стекает в горло, моментально впитываясь.
- Тебе понравится, - прошептал мужчина, отпустив меня. – В следующий раз сама попросишь, вот увидишь! – его рука скользнула вниз и погладила меня между ног. Взрыв удовольствия заставил застонать от унижения. – Совсем другое дело! – он ухмыльнулся, рванул на себя мое платье и сжал груди.
Он причинил боль, но проклятая паста стерла ее, породив волну желания. Тайтэн яростно задвигался, навалившись на меня и широко раздвинув мои ноги. Я ненавидела себя, но ничего не могла поделать – бедра приподнялись и начали двигаться навстречу его толчкам.
- Горячая тетушка, вот так! – приговаривал он, все убыстряясь. Паста действовала. И как я ни противилась, внутри начала зарождаться огненная волна.
- Нееееет! – сорвалось с губ. – Нет! – я вцепилась в траву, выдирая ее с корнем и изо всех сил стараясь удержаться и не дать постыдному наслаждению взять вверх.
- Не противься, тетушка!
- Н-не-на-ви-жу! – я взвыла, покоряясь ему, и забилась в болезненном, никогда ранее не изведанном удовольствии.
- Сколько угодно! – он рассмеялся, вышел, вновь резко вошел и застонал, изливаясь в меня. Потом откинулся на спину, заправил обмякший член в брюки и сказал, глядя в мои глаза, – а теперь слушай, тетушка. За удовольствие надо платить!- О чем ты? – прошептала я, с трудом приподнявшись и отодвинувшись в сторону.
- О твоем статусе, - он усмехнулся, закинув руки за голову – явно чувствуя себя хозяином положения, - матери Покорителя миров.
- Если я расскажу сыну о том, что ты сделал, Деметрий сотрет тебя в порошок! – мстительный шепот сорвался с моих губ, но Тайтэн беззаботно расхохотался.
- А что он сделает, если я разошлю видео о нашем жарком перепихоне по всей Империи?
- Видео о том, где ты изнасиловал меня?!
- Что ты, милая тетушка! Как бы я осмелился – твой милый мальчик, копия твоей первой любви? Умелый монтаж представит историю совсем в другом виде! Учитывая то, что тот поцелуй, где ты прижала меня к стене и терлась всем, чем смогла, мы пустим прологом к этой истории!