Елена Аксенова – Русская сказка (страница 46)

– Куда мы едем? – наконец спросила Аврора так робко, что он весь сжался.

– В центр. Погуляем немного. Ты хочешь чего-нибудь? – Феликс хотел проявить внимание, показать, что ему не все равно ее мнение, что он пытается загладить то, что совершил ранее. Ее тяжелое пудровое пальто прикрывало, но он видел, сквозь плотную ткань, он видел синяки на ее руке от его пальцев.

Аврора промолчала. Опустив голову, она оплакивала свою растоптанную честь. Да, хочет она или нет, но уже опустилась до того, чтобы любить человека, который ее бросил.

Литовец высадил их прямо возле Тауэрского моста, где уже зажглись вечерние огни. Аврора любила городские пейзажи, поэтому забыла о всех своих мыслях и подошла ближе.

– Этот мост был спроектирован архитектором Джонсом, – Феликс стоял на приличном расстоянии и, видя ее увлеченность, поделился своими знаниями. – Он был построен в конце XIX века. Видишь эти готические башни? Каждая 64 метра в высоту, соединена галереями и висячими пролетами.

– Какая красота! – она едва улыбнулась и сердце Феликса сжалось от показавшейся на щеке ямочки.

– Жители Лондона посчитали его уродливым и нелепым.

– Не может быть!

– Еще как может! Это же англичане, – Юсупов усмехнулся и продолжил свой рассказ.

На несколько часов они казались двумя молодыми людьми на свидании. Феликс пытался произвести впечатление, Аврора слушала и кивала. Были ей известны факты, о которых он говорил, или нет, неважно.

– А это улица Пикадилли. Кладезь богатых и знаменитых, самая дорогая улица города, – его руки покраснели от холода, но он так увлекся, что не достал перчатки из кармана. – Получила такое название от кружевных воротников, которые продавал Роберт Бейкер. До этого она называлась Португальской, – его карие глаза нашли кафе, где они обычно ужинали с Джен в те редкие вечера их встреч. – Зайдем погреться?

– Не сюда, – Аврора быстрым шагом сошла с роскошной улицы на более простую. Феликс еле поспевал за ней, он не знал, куда они направлялись, но не хотел останавливать ее. Тротуар, покрытый засохшими жвачками, уводил их все дальше от великолепный особняков и высокомерных построек.

Через 20 минут быстрого шага Аврора остановилась у маленькой кофейни с парой человек внутри. Феликс с мягкой улыбкой одобрительно кивнул, и они зашли внутрь.

– Good evening! Can we have a coffee with milk, a big cup, a cup of black tea and two chicken and cheese sandwiches?23 – ее мягкий голос высказал благодарность, и сухой старик показал на небольшой столик у окна.

– Ты вроде не говорила по-английски, – Феликс помог ей снять пальто и присел напротив.

– Я и не говорю, – да, внутри все торжествовало. Не так глупа, как ты думал? – Самые простые фразы на слуху у любого человека, который не живет в лесу.

– Да, ты права, – он осторожно взял чашку у старика, даже не подумав, что чай из пакетиков ему не подходит. Ее покрасневшие и еще более красивые руки лежали на столе, обручальное кольцо сияло на пальце. – Замерзла? – он протянул к ней ладони, но Аврора автоматически убрала руки на колени.

– Все хорошо.

Они вернулись домой в том же смущении, в котором покинули его. Лежа каждый в своей комнате без сна они снова и снова перебирали возможные пути развития событий и оба не знали, что им делать.

23 глава.

Анна Феликсовна сидела в столовой в футболке «Iron Maiden» и попивала черный кофе в прикуску с беляшом. Ее волосы были все также туго затянуты на затылке и украшены гребнем с сапфирами, а нереалистично прямая спина не касалась спинки стула.

– Светлана, тесто просто облако! – от ее французского акцента почти не осталось следа, усердные занятия с Анатолием Васильевичем приносили плоды. Их традиционные посиделки перенеслись на веранду, несмотря на то, что апрель был достаточно холодным.

– Домашние яйца, что не говорите! – худосочная женщина с красивой и ровной косой вошла в комнату с порцией пончиков. – Молодой господин приедет сегодня?

– Да, да. Нужно подготовить им комнату, – Анна Феликсовна не видела Феликса уже месяц со дня свадьбы. Они с Авророй были в Лондоне, но в свет не выходили, гостей не принимали. По правде говоря, она понимала, потому что ее медовый месяц тоже прошел за закрытыми дверями супружеской спальни.

Неожиданное решение внука о смене невесты поразило ее до глубины души и обрадовало. Всю ночь после свадьбы она проговорила с Дмитрием Ивановичем, покойным мужем и молчаливым спутником. Да, он тоже радовался случившемуся, это она знала точно так же, как и то, что эти пончики сделаны из восхитительной муки.

– Вы бы так не налегали на мучное, – Светлана знала, что княгиню мучают сердечные боли. Все чаще она шла по коридору и замирала на несколько минут, прикрыв глаза.

Анна Феликсовна демонстративно положила себе второй пончик и улыбнулась. В августе этого года запланирована свадьба Артура, отчего его отец, Карл, почти слег, но Александра всегда знала, как утешить мужа в его горе. Спустя несколько недель он все же дал свое благословение, хоть и крайне неохотно.

Феликс Дмитриевич вернулся в Нью-Йорк.

– Мои дети помирятся только на моих похоронах. Как жаль, что я этого уже не увижу, – ее никто не слышал, Светлана уже вышла.

Она знала, что времени у нее мало. Прогнозы врачей не утешали, но сдаваться на милость режиму она не собиралась. «Мне слишком много лет!» – это был самый сильный аргумент в любом споре с доктором.

Анна Феликсовна знала, что умрет, и что это случится скоро. Лишние недели, ради которых ей бы пришлось исключить все радости жизни, не стоили того. Она вырастила детей, вырастила внуков, прожила много счастливых лет с самым лучшим мужчиной на земле, любила и была любима, сохранила честь и гордость и никогда, никогда ни в чем не нуждалась. За изобилие, подаренное Богом, она не сможет расплатиться. Мало кому дарована такая достойная судьба.

В это время Феликс и Аврора пили кофе в ожидание отправления. У них не было багажа, все вещи оставались в особняке с надеждой, что хозяева вернутся. За прошедший месяц они узнали друг о друге много нового. Факты из жизни, вкусы, предпочтения. Они проводили достаточно времени вместе, но были все также далеки.

Несмотря на то, что Аврора взяла карту на свое новое имя с деньгами Феликса, она все еще не подпускала его к себе. Они были всегда на расстоянии, и Юсупов ждал, когда эта преграда рухнет, но он не торопил ее, наслаждаясь тем, что она позволяет быть рядом и вообще разговаривает с ним.

Дана с Артуром абсолютно естественно съехались. Никаких бытовых ссор и мучительных споров, они пили удовольствия из рога изобилия судьбы и презирали любые намеки на необходимость устаканенной жизни. Они вставали, когда хотели, спали и ели, когда хотели.

Благодаря стараниям нового исполнительного директора центр современной науки приносил хороший доход, и парочка появлялась там максимум раз в неделю.

Они были увлечены друг другом и совершенно новыми удовольствиями домашних ужинов и просмотров фильмов на диване под пледом. Маленькая квартирка Даны вполне устраивала Артура, ему для счастья нужна была только она.

– Мы же не будем тут жить после свадьбы, – с надеждой спрашивала брюнетка почти каждый вечер.

Артур только улыбался, ремонт в их будущей квартире уже начался. Его счет не был ограничен, но все же банкир из Вены позвонил, удивившись такому транзиту.

Как только самолет из Лондона приземлился в Москве, Аврора услышала стук своего сердца в ушах. Родители звонили снова и снова, теперь ей нужно было улизнуть от Феликса, чтобы повидаться с ними. Он не знал, что она им сказала. Ему и не нужно знать.

До сих пор в ее жизни он был лишь временным явлением. Она не относилась к нему как к своему мужу, ожидая, что на следующий день он скажет, что их фиктивный брак закончен и пришло время расходиться по домам. Более того, все это время в Англии она жила какой-то чужой жизнью. Просто пользовалась чужими правами. Не было ничего, чтобы принадлежало ей в чужом доме.

Папа снова прислал СМСку, она сжала смартфон и повернулась к Юсупову. Он сидел в костюме тройке, вникая в какие-то графики на экране телефона.

– Мне нужно заехать домой, – ее голос больше не был робким в разговорах с ним, но и свободно она себя не чувствовала. Они застряли на середине дороги.

– Зачем? – его карие глаза были как всегда спокойны и прозрачны.

– Я хочу переночевать у себя.

– Нет, – он отвернулся к телефону. – Если что-то тебе нужно из вещей, мы заедем туда. Хотя я распорядился подготовить тебе гардероб.

При мысли о новой порции неудобной, шикарной обуви и самых узких в мире платьях она вздрогнула. Весь этот чужой красивый мир ставил ее в положение хуже некуда. Это была кондитерская для диабетика.

Особняк Юсуповых под апрельским солнцем переливался как сапфир, Аврора улыбнулась. Ее прекрасная тюрьма почти без снега вокруг.

Анна Феликсовна ждала молодых у двери с хлебом и солью на рушнике, Светлана сама все приготовила и уже принесла икону для благословения молодых. Феликс вошел первым и тут же недовольно закатил глаза.

– Бабу, это еще что за маскарад? – Аврора за его спиной не имела представления о происходящем и просто мялась с ноги на ногу в самых неудобных в мире сапогах. – Уберите эти хлебобулочные изделия, прошу вас!

Княгиня все с теми же седыми волосами, туго забранными наверху, недовольно хмыкнула и заглянула за внука. Ее невестка вся красная и смущенная не решалась поднять глаза. Эта сцена тронула ее до глубины души, скромность – это самое лучшее украшение любой девушки.