Елена Ахметова – Янтарный господин (страница 28)

Лира вынырнула из-за печи, прижимая к себе что-то маленькое, завернутое в окровавленное полотенце, и тут же подавилась гневной тирадой. Ни о чем не спрашивая, я сбросила шубу на лавку и заперла входную дверь на засов. Сыновья Иды еще не успели вернуться, и хорошо — лучше бы им не показываться здесь в ближайшее время.

Ида, бледнее смерти, лежала за печью, безучастно отвернувшись. На ее щеке наливался огромный синяк, а новая юбка из тонкой господской ткани была так густо залита кровью, что меня замутило.

— Разведи огонь, — тихо велела мне Лира и отложила кровавый сверток — не на теплые еще полати, а на пустую лавку у стола. — Нужен отвар, чтобы остановить кровь.

Дров оказалось совсем мало, но для того, чтобы вскипятить воду, должно было хватить. Когда в печи затрещат огонь, кто-то попытался открыть входную дверь, но Лира даже не повернулась в ту сторону — она сосредоточенно отмеряла сушеные травы в горшок.

— Эй, какого серого?! Это мой дом! — прорычал староста с веранды. — Открывай, тут дубак!

— Потерпишь, — сквозь зубы отозвалась Лира и засунула горшок поглубже.

— Он снова?.. — я покосилась на сверток на лавке.

Лира стиснула зубы.

— Повздорили из-за ужина, — хмуро процедила она. — В селе все привыкли, что Иде порой достается, и никто ничего не предпринял. Только Джой догадался прибежать ко мне, но пока он с его хромотой добрался до землянки, пока я собралась... срок слишком мал, я ничего не могла сделать.

— Айви? — тихо позвала Ида из-за печи.

Я подошла ближе и взяла ее за руку, неприятно удивившись тому, какие холодные у нее пальцы. Что сказать, я не имела ни малейшего понятия.

Я ведь знала, к чему все идет, и не раз видела, чем заканчиваются такие вот истории. Отчего с Идой должно было быть по-другому? Только потому, что с Ги поговорил Тоддрик?

Люди не меняются из-за одного разговора.

Я не должна была оставлять Горький Берег надолго. Не должна была оставаться в жарко протопленном Янтарном замке, кататься на коньках, влюбленная и беззаботная, и забывать о том, что жизнь продолжается — и она не стала ни лучше, ни справедливее.

— Это была девочка, — бледно улыбнулась Ида — а в следующее мгновение ее лицо исказила такая жуткая гримаса, что я вздрогнула ещё до того, как она до боли стиснула мои пальцы. — Он ударил меня по лицу, но я так неудачно упала...

Будто а ответ на ее слова, дверная створка снова содрогнулась, и засов затрещал в пазах.

— А ну открывай! Думаешь, раз легла под янтарного господина, так тебе теперь все можно?!

Я стиснула зубы.

— Ты можешь пожаловаться на него лорду, — сказала Лира Иде — без особой, впрочем, уверенности.

Все трое и без того догадывались, чем закончится такая жалоба. Лорд Беренгарий едва ли прислушается к словам селянки — эка невидаль, ребенка она скинула. А вот староста, который исправно платил налог в казну и воспитывал стольких сыновей, которые обещали стать достойными наследниками его дела, для господина значил куда больше.

А для Тоддрика?

Я не любила обманываться.

— Лорду?! — Ида горько рассмеялась, и на подол снова плеснуло кровью. — Лорд оставит дело на откуп старосте, как уже оставил янтарный господин. Нет, Лир. На этот раз он не отделается неприятным разговором. Я терпела достаточно, надеюсь, ты согласна, Айви?

Я переглянулась с Лирой. Корзинка с янтарным клубком и волосом Г и хранилась у нее дома, и больше всех рисковала она — но я уже не сомневалась, что ответит сестра одной из нас.

Глава 9

Оставлять Иду в доме старосты было бы верхом глупости. Заставлять ее сейчас идти в лес — верхом жестокости.

Ги молотил в дверь уже безостановочно, не слишком заботясь о ее сохранности, и нечленораздельно вопил. В его крики сперва пытался вклиниться Джой, но быстро сдался и куда-то убежал, и Лира деловито взвесила в руке кочергу.

Я посмотрела на сестру, маленькую, по-женски мягкую и округлую, на Иду, снова вернувшуюся к пугающей безучастности, и мрачно покачала головой.

Нечего и пытаться одолеть этого медведя силой.

— Где спит Ги? — спросила я у Иды.

Она изможденно махнула рукой в угол за печью, и я залезла на полати. Извозилась в крови и чем-то еще, но все же нашла пару седых волосков — а отыскать веретено оказалось куда проще.

— Дай мне! — моментально ожила Ида.

Сидеть она еще не могла, но приподнялась так, чтобы не выронить веретено, и скрутила дрожащими пальцами нить основы.

За дверью что-то тяжело рухнуло, и дом содрогнулся до самых свай. Я вскинула голову — только чтобы поморщиться и прикрыть ладонями макушку, когда между неплотно пригнанных потолочных досок просыпалась какая-то труха с чердака. Ида не шелохнулась.

Нигь у нее выходила светло-русой, как волосы Ги, и она все не останавливалась — тянула и тянула ее из кудели, и даже стук в дверь — в разы более осторожный и неуверенный, чем позволял себе староста — не отвлек роженицу от ее дела.

— Лир, это я! — обозначил свое присутствие Джой. — Я Нола привел, думал, Ги совсем разбушевался, а он тут лежит... у вас все в порядке?

Я выхватила у Иды веретено и быстро спрягала его в куче окровавленной ветоши. Ида потянулась следом — и только тогда завыла в голос, будто только сейчас осознав, что произошло.

Лира устало перебросила косу за спину, подобрала безмолвный сверток с лавки и пошла открывать дверь.

— Не в порядке, — коротко ответила она.

Мужчины молчали, пряча глаза. О том, что все совсем не в порядке, можно было догадаться ещё прошлым днем, а уж теперь стало достаточно одного взгляда на Лиру — никаких вопросов не требовалось.

— Позовите священнослужителя, — посоветовала Лира и отпихнула всхрапнувшего старосту ногой, чтобы пошире открыть дверь. — Разводите костер... маленького хватит.

«Пока».

Ни она, ни я, ни даже Ида не произнесла это вслух, но, кажется, думали мы об одном том же.

— И, Джой, Иде нужно оставаться под присмотром какое-то время, а здесь все лавки заняты ее сыновьями. Найдешь кого-нибудь, кто поможет отнести ее ко мне в землянку?

Но все решили остаться на похороны. Нашлась только тачка для песка — Ида, впрочем, все равно вместилась.

Оставаться на церемонию прощания она не захотела — будто чувствовала, что Ги очнется, стоит нам с Лирой только дотолкать тачку до развилки, и немедленно заорет вслед:

— Эй, а тряпки эти кто убирать будет?! А ну стой!.. — он попытался спуститься с лестницы, но не удержался и плюхнулся наземь — и только тогда заметил костер. — Ты что, ещё и ребенка моего угробила, подстилка?! Стоять!

Ида устало прикрыла глаза и отвернулась, почти полностью скрывшись под волчьей шубой, которой я накрыла тачку. На лице Лиры начали потихоньку проступать ведьмины отметины.

— Спокойно, — сквозь зубы процедила я. — Он все равно не поймет. Если за всю жизнь не научился слышать и слушать — то и сейчас чуда не произойдет.

Его и не произошло. Сам Ги встал, цепляясь за лестницу, но пуститься в погоню не смог — снова запутался в собственных ногах и рухнул в сугроб; зато Мило отвернулся от костра, у которого уже заунывно выводил какую-то молитву служитель из ближайшего храма, и догнал нас в считаные мгновения.

— Ты мамке-то хоть дай с ребенком попрощаться, — угрюмо сказал он почему-то именно мне и заступил дорог у.

Я оглянулась. Мужчины позади тоже потихоньку отворачивались от костра и о чем-то переговаривались, озабоченно хмурясь, а женщины прятали глаза. Детей видно не было.

— Она там живая хоть? — встревожился Мило, когда Ида не шелохнулась в ответ на его слова.

— Теперь, значит, тебя это волнует? — так вкрадчиво поинтересовалась Лира, что я враз покрылась гусиной кожей.

— Конечно, волнует! — опешил Мило.

Лира ощерилась, как кошка, защищающая котят, и я поняла, что сейчас у нее все-таки проступят все сокрытые отметины.

А Мило, похоже, искренне не понимал, в чем проблема.

— А когда твой папаша почем зря колотил женщину на сносях, не волновало?! — прошипела Лира, и я уже приготовилась к худшему, но помощь пришла с неожиданной стороны.

— Оставь травниц в покое, — напряженно велел кузнец и, оттеснив нас с Лирой, сам взялся за тачку. Джой прихрамывал, а потому ещё только ковылял к нам от костра, но в его настрое я не сомневалась. — Ида ещё не оправилась, ей нужен присмотр.

— А ты не вмешивайся в чужие дела! — моментально рассвирепел Мило. — Не тебе решать!

— И не тебе, — и бровью не повел Нол и толкнул тачку вперед, — глава семьи — вон, из сугроба подняться не может. Помог бы ему лучше. А кто против, — кузнец повысил голос — явно для мужчин позади, уже собравшихся в недовольно ропщущую толпу, — тот кует себе инструмент сам или едет за ним в другое село. Я сказал! — он сделал еще шаг, и Мило, ругнувшись и сплюнув на землю, все-таки отступил в сторону.

— Спасибо, — все еще не веря своему везению, выдохнула я.

Кузнец покосился на меня, на Лиру — и, крякнув, толкнул тачку на тропу, взбирающуюся к лесу. Джой наконец-то догнал мастера, но помочь ему уже не сумел — от него, хромого, было мало прока в борьбе со старой перегруженной тачкой.

— Ты бы лучше рассказала янтарному господину, что произошло, — хмуро сказал Нол. — Селяне не простят вам такого самоуправства, а Джой доберется до замка хорошо если к утру.

Подмастерье виновато втянул голову в плечи, но направления движения не изменил. По всей видимости, он намеревался сторожить Лиру хоть до посинения, и очевидная бесполезность в драке его не останавливала.