Елена Ахметова – Паргелий (страница 25)

В этой части расследования я не участвовала, так что с любопытством уставилась на Рино. Заодно и сличила.

— Нитроглицерин получили на месте. Глава Гильдии Ювелиров любезно предоставил исполнителю свою лабораторию по обработке оникса, но тот, к счастью, слишком легкомысленно отнесся к уборке, — криво усмехнулся Рино и почему-то виновато покосился на меня. — Поскольку в обработке халцедонов не используется азотная кислота — только серная, — я сделал вывод, что бомбу сотворили в пентаграмме Равновесия.

А еще при выборе места, где эту бомбу закладывать, явно учитывали максимальное расстояние, с которого среднестатистическая жрица начинает чуять! Я прикусила губу и опустила глаза. Эх, Дарина… и отчего мне кажется, что вулканов внушитель слишком легко отделался?

— Я не успел обсудить с сестрой Нарин гипотезу об утечке информации непосредственно из Храма, — отчитывался тем временем ищейка, — но все же предполагаю, что кто-то подслушивал наши разговоры, прячась в потайных ходах и комнатах, — тут он выжидательно уставился на меня, и я обреченно вздохнула:

— Система потайных ходов опутывает весь Храм. В любую его точку можно попасть как минимум двумя путями, но с полной картой знакомы только сестра Нарин и сестра Дарина. А поскольку после смерти внушителя она так и не вернулась… — меня передернуло, и я, потупившись, осеклась на середине фразы. От осознания, что околдованная сестра все это время была у нас под носом, хотелось нецензурно орать в голос, но в присутствии такого количества августейших особ приходилось сдерживаться.

— Мы считаем, что сестру Дарину переправили сюда, — вклинился Его Высочество. — А значит, внушитель был не один. Тем, в гостинице, просто пожертвовали для отвода глаз, убедившись, что дальше я буду действовать и в интересах контрабандистов в том числе.

— Лично я на их месте залег бы на дно, а потом прислал на остров второго внушителя — он сможет подчинить кого-нибудь из шахтеров, и часть камарилла опять-таки пойдет налево, невзирая на комиссию, — заметил Рино. — В охрану рудников следует включить магов-менталистов, как минимум шестерых, по два на смену.

Его Величество нахмурился. Такого количества узкоспециализированных магов и на всей планете могло не найтись, что уж говорить про провинциальный городок? Но оставить месторождение без защиты от внушителей — все равно что вообще не выставить охрану.

— Хорошо. Найджел, подготовьте запрос в Гильдию Магов Хеллы.

Секретарь деловито зашуршал.

— Отец, я все же считаю, что необходимо прежде всего созвать Совет и обсудить поправки к Магическому Кодексу, — с непрошибаемо упрямым и невозмутимым видом заявил Эльданна.

А король устало поморщился, и стало понятно: вот на эту-то тему они и спорили перед нашим приходом, и договориться так и не смогли.

— Нет. Прежде всего — иринейское посольство, — отрезал Его Величество. — После того, как вы заключите контракт, я созову Совет. Но не раньше.

Принц побелел, сравнявшись цветом с папками на столе, но не позволил себе ни измениться в лице, ни, тем более, протестовать против королевской воли. Кажется, в Храме он еще вел себя довольно раскованно — насколько вообще умел.

— Прием в честь делегации состоится завтра вечером, — твердо сказал король Ирейи. — Вы должны присутствовать, Ваше Высочество. Разумеется, я буду рад видеть и вас, сестра Мира.

Я открыла было рот, чтобы уточнить насчет приглашения Рино, но тут же заткнулась и склонила голову в знак благодарности, которой особо не испытывала. Королю и мне, может быть, и наплевать, законный он сын или нет, — а вот делегация воспримет все несколько иначе.

Но что я там буду делать — отдельный вопрос.

— Отлично. Списки людей, имевших доступ к информации о новом месторождении камарилла и охране Его Высочества, вам передадут через несколько часов, — сухо проинформировал Его Величество и откинулся на спинку кресла. — Знакомство с вами доставило мне истинное удовольствие, сестра Мира.

Получив столь недвусмысленное предложение выметаться, мы трое вежливо расшаркались и с облегчением выскочили за дверь, под которой уже ожидал следующий посетитель, без промедления зашедший в приемную, едва дождавшись кивка стражи. Принц тут же поклонился и, извинившись, быстрым шагом удалился в один из коридоров. Из ниши возле кабинета тотчас скользнули две юркие тени и последовали за ним.

Немудрено, что он так хотел отделаться от охраны хотя бы на время поездки.

— Его Высочество не хочет принимать делегацию Иринеи? — осторожно спросила я у Рино.

Тот сочувственно посмотрел в опустевший коридор.

— В составе делегации прибывает Эльданна Иринеи, — неохотно ответил капитан. — Ей как раз двадцать один год в прошлом месяце исполнился.

— О, — невнятно протянула я, подозревая, что у нас с ним опять «удивительно похожее выражение лица», и тут же спохватилась. — Рино-о… что мне делать? У меня же подходящего платья для приема нет!

А этот черствый мужлан только расхохотался:

— Женщины! Какая разница, что на тебе будет надето? Главное украшение ты уже получила!

— Какое? — наивно поинтересовалась я.

— Дозволение сидеть в присутствии короля, — усмехнулся ищейка.

Я раздраженно махнула рукой, не вступая в споры. Ему, конечно, виднее…

Но платье тоже хотелось.

Глава 22. Как испортить казенное имущество

До самого вечера меня не беспокоили, даже Рино куда-то запропастился, — я видела его всего один раз, и то мельком, в коридоре, куда выглянула в надежде выяснить, положен ли почетной гостье ужин или пора искать паршивую забегаловку поприличнее. Ищейка ослепительно улыбался незнакомой женщине в роскошном пунцовом платье, которая вроде бы была не против продолжить знакомство, но, стоило появиться нежеланному свидетелю (то бишь мне), как она капризно поджала губы и уплыла за поворот, изящно покачивая пышной юбкой и начисто игнорируя «опального» бастарда, будто и не любезничала с ним всего минуту назад.

— Я не вовремя? — смущенно уточнила я.

— Ты не представляешь, насколько, — с чувством сказал капитан. — Что опять, горе луковое?

— Да я как раз на тему лука, — сглотнула я. Лук я терпеть не могла, но, поскольку обеда мне тоже не досталось, готова была слопать что угодно.

— Раз тебя больше никуда не пригласили, значит, ужин принесут прямиком в твою гостиную, — понимающе усмехнулся Рино. — Но в первую очередь, сама понимаешь, обслужат высокородных.

Предлагать организованный грабеж кухни я постеснялась и вернулась в комнату, где уже через пять минут заскучала, занервничала и начала примериваться к стенкам. Стенки, конечно, были шикарные, поразительно ровные для вырубленных прямо в скале, обтянутые дорогим светло-золотистым шелком, но залезть на них все равно хотелось неимоверно.

И что, спрашивается, мешало Его Высочеству сперва созвать Совет, а уж потом выдергивать меня из Храма? Разве что хотел заранее отцу представить, чтобы, если тот забракует идею, быстренько вернуть меня на остров…

Хотя в таком случае совершенно непонятно, почему я еще тут, а не на борту ближайшего рейса на Лиданг.

Я нарезала несколько кругов по гостиной, обреченно вздохнула и полезла в сумку. Разгрузить ее я так и не сподобилась (да и до сих пор надеялась, что удастся смыться побыстрее), и недочитанная книга обнаружилась на самом дне, под аккуратно сложенным темно-синим платьем для служения и дорожной пентаграммой. Выудив свою добычу, я решительно направилась в спальню. Огромная, ярко освещенная гостиная вызывала у меня непреодолимое желание забиться в самый темный угол и забаррикадироваться.

Но спальная, к моему разочарованию, была выполнена в том же стиле: высокий потолок, золотистый шелк на стенах и здоровенная кровать с балдахином, торчащая посреди комнаты, как засахаренная вишенка на приторном пирожном. Я бросила книгу на подушку и осторожно потыкала в постель. Подозрения оправдались — палец благополучно утонул в перине, не встретив практически никакого сопротивления.

Заснуть здесь у меня точно не получится. В Храме кровати были в меру жесткими — чтобы и бока не отлежать, и осанку не испортить.

Применение для такого дворцового излишества я видела всего одно — а потому отступила на несколько шагов назад и с восторженным писком запрыгнула на постель с разгону, в прыжке хлопнув рукой по вызывающе высоко висящим кисточкам на балдахине. Кровать страдальчески заскрипела, покрывало заполошно взмахнуло краями, а книга с подушками полетели мне навстречу, разминувшись с моим любопытным носом на какую-нибудь пару сантиметров. Я отфыркалась от взвившейся пыли, подгребла под себя валик поудобнее и даже нащупала закладку, когда взгляд уперся в обнажившуюся простыню. Снежно-белую, холодную, из тончайшего шелка.

Следующие несколько часов я была очень, очень занята.

Вряд ли кто-то во дворце до сих пор не в курсе, что недавно прибывшая в столицу посланница Равновесия в первый же день удостоилась высочайшей аудиенции и сходу получила приглашение на королевский прием. Меня будут рассматривать как представительницу Храма Лиданга, по мне станут судить о нашем искусстве и долге — а значит, я из шкуры вон вылезу, чтобы у всех осталось должное впечатление.

Платье было красивое, в меру строгое, с длинными облегающими рукавами и воротником-стойкой; струящаяся ткань четко обрисовывала силуэт, выгодно подчеркивая талию, и удачно сборила на груди.