Елена Ахметова – Паргелий (страница 12)

— Сколько ты не спала? Двое суток, трое? — как будто сам тут вел здоровый образ жизни и строго соблюдал режим дня.

— Да какая разница? — опешила я.

— Какая-какая… — вздохнул он. — Ты попробуй прикинуть вот что. Допустим, это действительно шпионка. Что дальше?

— Как что? Схватить и допросить, она наверняка сможет вывести нас на того, кто ее нанял! — с искренним возмущением предположила я. Неужели провалится такой шанс распутать дело, не суясь к ребятам из Кальдеры?..

— Не-а, — покачал головой капитан. — Ее настоящий наниматель не мог не понимать, что столь своевременное появление вызовет подозрения, и пару-тройку неприятных вопросов исполнителю зададут в любом случае. Значит, заказчик наверняка перестраховался, и через женщину мы выйдем максимум на посредника.

— Но какой тогда смысл в ее появлении? — растерялась я.

— Заставить вас переполошиться и перевести принца куда-нибудь еще, — пожал плечами Рино. — Или порыскать по Храму и выяснить, где именно он прячется. Или устроиться работать на кухню и попросту его отравить. Предположения можно строить сколько угодно, но предпринимать пока ничего нельзя. Если эта мамаша все-таки настоящая, то все и так в порядке, а если подставная, то вы, по крайней мере, точно знаете одного из шпионов. Правда, дезу через него тоже нельзя сливать, пока не обнаружите остальных.

— Остальных? — подвисла я и сразу же сообразила: если у нас почти одновременно с наследником престола объявился шпион, то кто-то ведь сообщил контрабандистам, где находится принц! А для этого он должен был либо подслушать наш разговор в участке, либо застукать Его Высочество в Храме… — Ясно, можешь не объяснять. Вопрос второй: что нам делать?

— Лично тебе — спать. Пока не начнешь нормально шевелить мозгами, на глаза мне не попадайся, — распорядился ищейка и, задумавшись, полез в карман куртки, откуда извлек видавшую виды трубку, остро пахнущую дешевым табаком. Табаком, мать его!

…Я пришла в себя на середине яростной нотации про тяжелый реабилитационный период и уважение к чужому труду, где-то на угрозе поменять ему еще и легкие к печени вдогонку, и намертво подвисла, не закончив фразу и соображая: а когда это в участок успел прийти сержант Кориус и насколько этично отчитывать капитана в присутствии подчиненных? В итоге, отдышавшись, ограничилась усталым вопросом:

— Ты вообще жить хочешь?

Рино угрюмо жевал пустую трубку, глядя на меня исподлобья, и в какой-то момент мне показалось, что то самое: «Нет, не хочу!», — витавшее над ним все время, что я его знала, вырвется все-таки наружу. Но капитан перевел взгляд на Кориуса, неуверенно переминавшегося в дверях, и как ни в чем не бывало продолжил:

— Передай сестре Нарин, чтобы на всякий случай держала эту женщину подальше от кухни и не позволяла разносить еду и питье. В идеале ее нужно пристроить куда-нибудь в сад или вообще на скотный двор, а поселить где-нибудь… ну, в общем, там же. Кориус! — оклик прозвучал несколько резче, чем следовало, и несчастный сержант чуть не подскочил на месте. — У нас кто-нибудь заявлял о пропаже младенца за последние сутки? Нет? Впрочем, это тоже еще ни о чем не говорит, может, настоящая мать там в обмороке валяется и прибежит через пару часов…

Его Желтушничество, похоже, готово было из шкуры вон вылезти, лишь бы избежать напоминания о том, в каком состоянии он пришел ко мне в Храм, и вполне очевидного вывода: чтобы довести свой организм до такого коллапса, недостаточно просто страдать трудоголизмом. Наверняка сержант пытался выставить дражайшее начальство к лекарю еще при первых же симптомах, благо они легко опознаваемы и проявились уже во второй раз.

А дражайшее начальство вот взяло и не пошло. И тихо бы померло от печеночной недостаточности, если б не внезапное исчезновение сестры Дарины и всплывший заговор контрабандистов…

— В общем, ты считаешь, что нужно сидеть спокойно и не дергаться раньше времени, — подытожила я, не желая участвовать в спектакле про бодрого капитана, у которого все под контролем. — Ясно. Я передам Верховной, — и недвусмысленно поднялась на ноги, зашнуровывая куртку.

— И заодно наябедничаешь Его Высочеству, — обреченно вздохнул капитан.

Я не стала отрицать очевидное и, пожав плечами, молча удрала обратно в бурю от укоризненного взгляда ищейки.

Глава 11. Как выбить у принца почву из-под ног

Верховная согласилась с Рино по всем пунктам, едва оценив масштаб моих мешков под глазами, и выставила меня спать, велев ни в коем случае не появляться на нижнем уровне в таком виде. Что подумает Его Высочество, узрев мою серую от усталости физиономию? Еще решит, что над жрицами тут издеваются!

Пришлось придержать при себе вывод, что в таком случае Его Высочество будет не так уж и не прав, и плестись в свою келью. Впрочем, незаслуженно забытая и покинутая в последние дни жесткая храмовая кровать немедленно пробудила во мне приступ ностальгической нежности, и я рухнула на нее как была — в пыльной куртке и задвинутых на макушку защитных очках, свесив обутые ноги через заднюю спинку. Это была роковая ошибка: как-то неожиданно оказалось, что сил подняться, расправить постель, раздеться и лечь заново — о, все пепельные бури, какой длинный список действий! — у меня не осталось, и я бесславно вырубилась, стараясь не думать, во что превратится к утру моя прическа.

Не думать, к слову, получалось отлично.

А следовало, наверное, сразу обдумать и принять простейший факт: переживающий за свою драгоценную репутацию ищейка выспаться мне не даст ни под каким соусом.

— Дорогая, твои сестры видели тебя с другим мужчиной, — торжественно констатировал несчастный переживающий, стоило мне сомкнуть глаза и приступить к созерцанию чрезвычайно содержательного сна, изобилующего камариллом и пропадающими жрицами. — Что ты скажешь на это?

— Нырни в жерло, дорогой, — пробурчала я, отворачиваясь к стене. — Будешь трахать — не буди…

В келье воцарилась шокированная тишина, а потом кто-то — угадайте, кто! — начал давиться смехом. Я попыталась накрыть голову подушкой, но та к моим объятиям осталась холодна, так и не выглянув из-под покрывала. Выколупать ее оттуда, не открывая глаз, не получилось, и я обреченно обернулась к двери, готовясь высказать ищейке все, что я думаю о подобных концертах вообще и о сержанте Кориусе в частности.

И не проронила ни слова, потому что никакого Кориуса во внутренние помещения Храма, конечно, не пустили.

Рядом с кроватью маячил гнусно хихикающий и вполне довольный местью Рино, и в этом ничего удивительного и возмутительного не было. А вот за порогом моей кельи стоял принц и старательно удерживал на лице каменно спокойное выражение, но что-то сразу давало понять, что Его Высочество крайне смущен и жаждет стукнуть капитана чем-нибудь тяжелым, желательно, по голове.

Я обменялась со вторым Эльданной Ирейи понимающим взглядом и осознала, что как никогда солидарна с точкой зрения власть имущего. Увы, ничего тяжелого под рукой не оказалось, — но, раз уж все равно открыла глаза, вполне можно достать-таки из-под покрывала подушку и запустить ею в ищейку. А тот, зараза такая, без проблем ее поймал и все-таки расхохотался в голос.

— Кто тебя сюда пустил? — прошипела я.

— Так, все еще не соображаешь, — вынес вердикт Рино. — А вроде поспала… сама подумай, разве мог я куда-то сунуться без ведома сестры Нарин?

Он еще что-то говорил, старательно подкалывая меня на тему умственных способностей, но я уже не слушала.

Его руки, прижимающие к животу мою подушку, выглядели неправильно, несмотря на окончательно спавший отек. И с составом крови, мерно перекачивающейся по проступившим венам, тоже было что-то не то.

— Когда ты последний раз ел? — спросила я, не дожидаясь паузы в пространной речи.

Ищейка наконец-то заткнулся и укоризненно уставился на бессовестную меня, посмевшую вклиниться в его чинные разглагольствования, но потом на его физиономии обозначилась глубокая задумчивость и даже некоторое смущение. Аналогичные метаморфозы произошли и с каменной маской Его Высочества, возмутив меня донельзя.

— А ну марш в столовую! Оба! — рыкнула я и тут же заткнулась сама.

Нет, принц ничего не сказал. Он просто иронично приподнял пшенично-золотистую бровь и чуть улыбнулся, но этого оказалось достаточно, чтобы мне страстно захотелось провалиться сквозь землю. Нашла кем командовать! Хорошо хоть Верховная не слышала… но не отступать же теперь, верно?

— Я приду чуть позже, — смущенно пробормотала я, покосившись на таз с водой в углу комнаты.

Рино открыл рот, наверняка приготовившись ознакомить меня с бурным и вряд ли цензурным потоком мыслей о моем воспитании и соответствующем пиетете к королевской семье, но Его Высочество опередил братца, разом внушив гораздо больше уважения, чем тот мог добиться в принципе. Так и не переступив порог моей кельи, принц чуть склонил голову и негромко сказал:

— Разумеется, сестра Мира. Мы подождем Вас в столовой. — И неспешно двинулся в указанном направлении, ни секунды не сомневаясь, что ищейка сейчас подхватится и догонит. Я закрыла за ними дверь, вернулась к тазу с водой и обреченно подумала, что такта все-таки у братьев Ариэни больше, чем у меня, хоть это качество и досталось в основном Его Высочеству.