Елена Афонина – Пункт назначения — неизвестно (страница 13)
Для Вити это стало последней каплей. Его мозг, и так нагруженный предыдущими возлияниями, отказался обрабатывать информацию. Руки разжались. Второй бутерброд описал в воздухе дугу и приземлился в кусты под колесом, выпрыгнув в окошко.
– Мама родная… – прошептал Витя. – Это… это гном? Инопланетянин? Или… приведение в жёлтом? Оно же… ушастое!
Бакс, услышав чужие голоса, обернулся. Его взгляд встретился с двумя парами выпученных, полных ужаса и непонимания глаз. Он вежливо, как его научил Игорь для нейтральных социальных контактов, кивнул.
Этот кивок добил Сергея. Он крепко прикрыл глаза ладонями.
– Всё, закрываю глаза. Открываю и оно должно исчезнуть.
Когда он открыл глаза, Бакс как раз вылезал из окошка и, потянувшись, совершал небольшой, радостный прыжок на месте, празднуя невероятность момента. Его уши при этом подрагивали.
– Оно прыгает! Оно живое! – закричал Витя. – Охрана! Священник!
Игорь, услышав крики и поняв, что ситуация выходит из-под контроля, резко дёрнул Бакса за кофту и усадил на сиденье, прикрыв своим телом.
– Всё, сеанс наблюдения окончен! Сиди смирно и не двигайся, пока не спустимся!
– Но они что-то кричат, – с беспокойством сказал Бакс. – И от них пахнет страхом и… прокисшим хлебом. Мы их напугали?
– Да, Бакс. Примерно так же, как если бы к ним в кабинку залез медведь на роликах. Теперь молчи.
Остаток подъёма и спуск прошли в гробовой тишине с их стороны и в приглушённых спорах («Я тебе говорил, брось пить!» – «Это ты пил! Я только квас!») со стороны соседей. Как только кабинка коснулась земли, Игорь выдернул Бакса наружу и, не оглядываясь, почти побежал в сторону густых кустов, подальше от аттракциона.
Сергей и Витя вышли медленно, шатаясь. Они молча смотрели на пятно майонеза на ботинке и на пустой пакет.
– Вить… может, сходим к окулисту? Или… сразу к батюшке?
– Лучше в кафе, Серёг. Мне нужно что-то горячительное. Для… стабилизации реальности.
А Игорь, отойдя на безопасное расстояние, остановился, опёрся на колени и расхохотался. Бакс смотрел на него с недоумением.
– Что смешного? Мы нарушили их внутреннюю гармонию. Я почувствовал вибрации сильного смятения.
– Это, Бакс, называется «напугать до потери бутерброда». – Игорь вытер слёзы. – Ты стал легендой местного колеса обозрения. Думаю, они ещё долго будут рассказывать историю про приведение с ушами в жёлтом, которое крадёт сэндвичи силой мысли. Отличная работа!
Бакс задумался и его мордочка тоже расплылась в таинственной улыбке.
– Их бутерброды пахли… не очень аппетитно. А вот вид с железного солнца – да. Это стоило небольшого межвидового конфуза. Куда дальше?
Игорь взглянул на его сияющие глаза и понял, что приключение ещё не закончилось. Оно, кажется, только набирало обороты. И, возможно, в следующий раз стоит выбирать аттракционы, где поменьше взрослых с бутербродами и пошатнувшейся психикой.
Велосипедные гонки и летающие очки
После инцидента с колесом обозрения и напуганными бутербродами Игорь решил сменить тактику. Нужен был мобильный, но менее публичный способ передвижения. И тут он увидел прокат велосипедов. А среди них – идеальный вариант: старомодный, уютный велик с широкой корзинкой на руле.
– Бакс, – торжественно произнёс Игорь, указывая на корзинку, – представляю тебе твой личный командный модуль открытого типа. Обзор на 180 градусов, свежий ветер в лицо и полная мобильность.
Бакс подошёл к велосипеду с благоговейным трепетом и постучал по раме.
– Это… механический скакун? Без души, но с колёсами? Гениальное изобретение! – Он ловко вскарабкался в корзинку и уселся на пятую точку. Его уши, как два локатора, мгновенно нацелились вперёд. – Я готов к патрулированию местности!
Игорь, с трудом сдерживая улыбку от вида этого зрелища (лысый тролль в жёлтой кофте, торчащий из корзинки, как самый странный букет в мире), оплатил прокат. Они тронулись. Сначала Игорь ехал осторожно, но Бакс, казалось, обрёл своё истинное призвание.
– Скорость! – восторженно кричал он, вцепившись маленькими ручками в плетёные борта корзинки. – Не такая, как между мирами, но осязаемая! Ветер говорит в ушах! О, смотри, цветущие деревья! Они не светятся, но пахнут… белой сладостью и надеждой! Это лучше, чем пыльца!
Он вертел головой во все стороны, пытаясь запечатлеть мелькающие картины: детей с воздушными шарами, стайку уток, пересекающую дорожку, статую какого-то забытого поэта, уныло смотрящую вдаль. Его восхищение было настолько искренним и громким, что несколько прохожих оборачивались, но, видя лишь взрослого мужчину на велосипеде, решали, что у него очень эмоционально поёт колонка в корзине.
Всё шло прекрасно, пока они не выехали на узкий деревянный мостик, перекинутый через пруд. Вид отсюда открывался живописный: вода, ивы, отражение неба. Игорь, умиротворённый, ехал не спеша.
С другого конца мостика навстречу им двигался другой велосипедист. Это был пенсионер Анатолий Степанович, человек размеренных привычек. Каждую субботу он не спеша катался по парку на своём скрипучем «Каме», слушая в наушниках радио «Маяк». В корзинке у него лежала буханка хлеба для уток и газета. Его путь был предсказуем, как курс рубля. Он смотрел прямо перед собой, думая о предстоящем обеде и глупости современной молодёжи.
И тут его взгляд упал на приближающийся велосипед. Сначала Анатолий Степанович заметил Игоря. «Очередной хипстер», – мелькнула мысль. Потом его взгляд скользнул на корзинку. И застыл.
В корзинке сидело
Мозг Анатолия Степановича, годами настроенный на обработку информации о пенсиях, ремонте крана и ценах на гречку, дал сбой. Он не крикнул. Он не затормозил. Он просто… замедлился. Его велосипед начал терять скорость, пока не остановился посередине мостика. Он продолжал смотреть, широко раскрыв глаза. Его руки разжались на руле. Ноги перестали крутить педали.
– О, Игорь, ещё один любитель скорости на двух колёсах! – весело крикнул Бакс, заметив остановившегося велосипедиста. – Но он, кажется, сломался. Его внутренние звуки… заглохли.
В этот момент Бакс, желая проявить вежливость, решил поприветствовать коллегу-велосипедиста. Он приподнялся в корзинке, оперся на бортик и вежливо кивнул Анатолию Степановичу, как делал это с Игорем.
Для пенсионера это стало последней каплей. Существо не только смотрело. Оно двигалось. Оно взаимодействовало. Его психика, не защищённая ни знаниями о параллельных мирах, ни любовью к фантастике, дала окончательный сбой.
Анатолий Степанович медленно, почти грациозно, начал заваливаться набок. Он не пытался удержать равновесие. Он просто падал, как подкошенный. Его велосипед с тихим скрипом рухнул на деревянный настил. Из корзинки выкатилась буханка хлеба и упала в пруд. Газета «Аргументы и факты» разлетелась по ветру.
Но самый эффектный финал был у его очков в массивной роговой оправе. Они слетели с его носа, подпрыгнули на досках, сделали в воздухе изящный сальто и, описав дугу, шлёпнулись прямо в тот же пруд, куда и хлеб, с тихим, обиженным «плюхом».
Бакс ахнул.
– Опасность! Человек-всадник упал со своего скакуна! Его зрительные кристаллы улетели в водоём! Надо помогать!
Игорь, поняв, что сейчас на мостик сбегутся все спасатели и зеваки, действовал молниеносно. Он не стал помогать Анатолию Степановичу, который уже сидел на мостках, потирая колено и безумно глядя в пустоту. Вместо этого он рванул с места, резко обогнал упавшего и не сбавляя скорости, умчался с мостика, увозя в корзинке виновника происшествия.
– Почему мы не остановились? – возмущался Бакс, оглядываясь. – Он нуждается в помощи! Он потерял свои внешние глаза!
– Он потерял не только их, – мрачно пояснил Игорь, сворачивая в первую же аллею подальше от места преступления. – Он потерял контакт с реальностью. А мы, если бы остались, потеряли бы свободу. Тебя бы сдали в ближайший цирк или НИИ. Наш долг – сохранить операцию в тайне. А его… его, думаю, скоро подберут. И, возможно, даже найдут очки.
Они остановились в густой сирени, скрытые от посторонних глаз. Игорь, тяжело дыша, опустил велосипед на землю и сел на лавочку. Бакс вылез из корзинки и сел рядом, виновато поджав уши.
– Моё присутствие вызывает у твоих сородичей системные сбои, – констатировал он печально. – Сначала звуковые (крики), потом пищевые (бутерброды), а теперь и транспортные. Я… я дестабилизирующий фактор.
Игорь взглянул на его скорбную мордочку и расхохотался.
– Бакс, дорогой мой, ты не дестабилизирующий фактор. Ты – катализатор самого весёлого и непредсказуемого уик-энда в моей жизни. Честное слово, я уже лет десять так не смеялся. «Внешние глаза улетели в водоём»! Это гениально! – Он снова вытер, накатившуюся от смеха, слезу. – Ладно, хватит экстрима на сегодня. Пора возвращаться на базу, пока мы не устроили международный инцидент с запуском воздушного шара или не опрокинули карету скорой помощи.
Бакс, немного утешенный, кивнул и полез обратно в корзинку, но на этот раз притих и старался не выглядывать. Велосипедная прогулка закончилась, но в коллекции их совместных приключений прибавилось ещё одно – теперь с участием летающих очков и хлеба, утонувшего при исполнении служебного долга. Анатолий Степанович же, подобранный другими гуляющими, ещё долго пытался объяснить, что видел «гнома-пришельца на велике», на что все только кивали и советовали сходить к окулисту за новыми очками. Которые, кстати, так и не нашли.