Елена Адамонис – Необычные ощущения (страница 5)
– Так чип все-таки есть? – уточнила она.
– Хочешь проверить? – Он покачал брелком.
Анна не хотела проверять. Она знала ответ на свой вопрос и теперь пыталась представить, что от нее нужно этому жизнерадостному маньяку.
– Кстати о чипах… – Антон набрал на картридере сумму с пятью нулями. – Это допуслуга, и ее забыли внести в счет. Давай закроем этот вопрос, у нас еще много дел с тобой.
…
Николай прибыл в «Ощущения» раньше Сонечки и застал там Антона с расстегнутыми штанами и симпатичную брюнетку, истово посасывающую пухлыми губками его небритые яйца.
В руке у Антона был толстый хлыст из кожи носорога, на пальце болтался брелок.
Антоха разомкнул один глаз и лениво посмотрел на Колю, потом снова блаженно зажмурился: – А, это ты, Николя. Ну садись, жди свою королеву погибель.
Николай присел на краешек стула и скосил глаза на девушку. Лицо ее было красным от стыда и унижения. Она скосила на Колю глаза и тотчас получила хлыстом вдоль спины.
– Не отвлекайся, кобыла.
Коля отвел глаза и стал смотреть в стену. Маргарита, невеста его, тоже брюнетка, как и эта вот. Он не хотел, не мог смотреть на самодовольную морду Антона.
Но поделать с ним он тоже ничего не мог: прошивка чипа мешала причинять вред сотрудникам «Необычных ощущений».
Коле было очень жаль девушку, но еще больше ему было жаль самого себя. Поэтому он просто заткнул уши наушниками, чтобы не слышать чавкающих звуков. Чтобы никаких звуков не слышать и ничего больше не замечать.
…
Утро не задалось. Она проспала, во-первых, а во-вторых, забыла с вечера купить себе кофе, и даже смс о том, что оброк поступил на счет, не приподняло настроение ни на одно деление.
Сонечка задумчиво размешала ложкой несладкий чай и еще плотнее упрятала себя в плед. На лоджии было прохладно, зато можно было наблюдать, как синицы таскают семечки из прозрачной кормушки.
«Опоздаю на час», – решила для себя Сонечка. Только опоздание на час может спасти это утро, а еще если не на метро, а на такси.
Ветки деревьев расчерчивали холодное белесое небо. Думать о работе не хотелось, о Николае не хотелось думать тем более. Сонечка не представляла, как Антон справляется со своим гаремом, но думала, что рано или поздно все это закончится большим шухером, к которому надо быть готовой.
У самой Сонечки никакого гарема не было, и одна мысль о таком количестве тел вызывала головную боль. Сама она не любила, когда к ней прикасаются чужие руки или губы.
У Сонечки был только Коля, но и того она сегодня прикончит. Следовало прикончить его вчера, но пришлось ждать оброка лишние двенадцать часов.
Сонечка загнала деньги на биткойн-кошелек, вздохнула и написала Антону:
«Ты закончил там со своей кобылой? Правила ей прочитал? Я выезжаю».
Она критически осмотрела себя в старом, бабушкином зеркале – вот что делать, если красивая, стройнящая блузка расходится на груди, а скрывающая фигуру толстовка делает тебя похожей на мышь? Она вздохнула и надела привычную толстовку. Зато комфортно. Она снова бросила в зеркало прилипчивый женский взгляд – волосы, что ли, покрасить?
Такси она все же вызывать не стала. Не хотела ни с кем общаться. В метро, конечно, народа больше, но они не относятся к тебе никак. Вышла она на пару станций раньше, хотелось пройтись по тропинкам Нескучного сада и придумать подходящий для Коли похоронный рефренс.
Нет, по вечерам, когда она накачается кофе и мозг то и дело впадает в прелести и приключения, Сонечку всегда тянет в другие времена и эпохи. В прошлое с его затейливыми сценами.
А по утрам в голове все больше тупой и беспощадный артхаус. Бедный Коля…
…
Николай ждал, пока Антоха выпроводит впавшую в тупой ступор кобылу. Он сначала пошел мыть свои яйца, потом долго и нудно читал ей правила, нарушение которых повлечет за собой болевой шок и смерть.
Николай вытащил наушник и тоже с интересом послушал, полезно переслушивать такое по второму разу.
– Чип тебе никто не вживлял, животное. Ты сама себе его установила, но не в спине, а вот тут… – Антоха сложил ладонь пистолетом и нацелил ей в лоб. – Нейросеть прошила тебе этот чип и связала с болевыми центрами.
– А за что же ты тогда деньги взял, если чипа нет? – Анна сидела на полу, вытянув ногу и привалившись спиной к стене.
– Вот за это. – Он показал ей брелок.
– М-м… – проворчала Анна и отвернулась.
– Так что ты сама контролируешь себя теперь 24 на 7. И если нарушишь правила – издохнешь в муках, хоть и не сразу, сначала болевой шок и кома.
– Не причинять вред сотрудникам? – уточнила Анна.
– Ну да… Я бы на твоем месте еще и в охрану для меня инвестировал. Только я могу тебя отпустить, животное, а если меня не будет – освободить тебя сможет только хозяин твой.
– А кто мой хозяин? – Анна перевела глаза на раскачивающегося в кресле Антона. Тот пожал плечами.
– Семеныч, забыла что ли?
– А кто такой Семеныч? – голос Анны не выражал ничего. Ей даже плакать не хотелось теперь.
– Ну, откуда мне знать, – возмутился Антоха. – Может, архетип строгого папаши?
– Значит, не причинять вред сотрудникам, не распространять негативной информации…
– Ну и повиновение, животное, внимание и повиновение. Видишь, как все просто.
Он посмотрел на Анну, и та кивнула.
– Ладно, не задерживаю, – Антоха милостиво махнул рукой, а потом снова развернулся к девушке. – Или еще разок шлифанем? Вдруг тебе понравилось?
Анна открыла было рот, но Антоха усмехнулся: – Ладно, я пошутил, иди. Позже насосешься еще.
Анна бегом ринулась к двери, пока Антоха не передумал.
…
Тот зашвырнул хлыст в ящик стола и встретился взглядом с несчастным Колей.
– Сказать что-то хочешь, селебрити? – Антон ободряюще кивнул. – Ну, говори, а то скоро Сонечка придет и выпишет люлей нам обоим.
– У меня сегодня нейросон. – Коля попытался сглотнуть придушивший его ком в горле.
– Ну и?
– Я вас очень прошу… очень… я… я не хочу…
– Ладно, сделаю что смогу.
– Я ведь могу быть полезен еще…
– Тучи сгущаются, да? – Антоха взял свою зеленую чашку и пошел к кулеру.
– Я денег ей вовремя не заплатил.
Антоха присвистнул.
– Ну, пизда тебе. Что я, собственно, могу…
– Антон… – Коля смотрел на него так, как смотрят на господа бога.
– Ладно, не ссы, прорвемся, – благодушно утешил Антоха раскисшего парня. – Нормально все – вон, бери пример с кобылы моей.
Коля быстро вскинул на Антоху встревоженный взгляд.
Тот перехватил его и развеселился еще больше: – Да не в смысле отсасывать мне, Плишас, твою мать! Я не такой! А в смысле брыкаться.
…
Сонечка стремительно прошла мимо них и скрылась в операционной.
Коля вскочил, но потом снова опустился на стул.