Елена Абрамкина – Печать клятвы (страница 10)
«Самовлюбленная маленькая девочка, которая умеет думать только о себе!»
Киру трясло от накатившего осознания, от собственной слабости, от слов брата и того, что слова эти били в цель. Слезы скользнули в вырез платья, заставляя Киру передернуть плечами и тихо заскулить от боли.
– Я пришел тебя успокоить, а вместо этого расстроил еще больше. – Присаживаясь на корточки, вздохнул Климентин. – Прости, Кирунь, я ведь тоже испугался, и мне непросто сейчас подбирать слова. – Он подался вперед и положил ладонь поверх маленькой ручки сестры. – Я же очень хорошо помню войну Керинар. Понимаешь? Для меня это было как вчера.
Глава 6
– Я не понимаю, Инг. – Эмма раздраженно повела плечами. – Лучший друг просит тебя принять экзамен у его протеже, а ты воспринимаешь это как личное оскорбление. Почему?
Маг скривил губы и рывком поднялся:
– Да потому что я не вижу смысла тратить на это время! Ни на нее, ни на этот дурацкий бал! – Он резко отвернулся. – У меня нет времени! Совсем!
Эмма налила себе чай и со вздохом посмотрела на коллегу:
– Мы потратим меньше времени на экзамен, чем на споры. Я изучила информацию об этой девочке, все сходятся во мнении, что она сильный менталист, словесный маг. Это одно заслуживает внимания. Когда нам последний раз встречался словесник? К тому же она дочка Олрикса. – Добавила Эмма, отворачиваясь.
– Вот именно! – Ингвар резко обернулся и наставил на нее палец. – Она – дочка Ронатана Олрикса! И в Академии ей не место!
Эмма пожала плечами и качнула чашкой:
– Напротив. Врага лучше держать перед глазами, чем за спиной.
Ингвар снова отвернулся:
– Дайте мне дожить спокойно, а потом играйте с огнем, раз так хочется! Не путайте меня в эти игры!
– Ты запутан в них от рождения. – Назидательно произнесла Эмма и прикоснулась губами к чашке. – И они гораздо больше твои, чем мои. Если мы сейчас без причины откажем ей в поступлении, у Олрикса будет лишний повод приглядеться к нам.
– Я не хочу тратить остаток жизни на беготню от Олрикса! – – Ингвар с досадой стукнул кулаком по шкафу. – У меня есть дела куда важнее!
– Ингвар, не ломай мне шкаф! – Эмма звонко опустила чашку на стеклянный стол. – Если мы сейчас откажемся принимать у нее экзамен, остаток жизни ты можешь провести в МагТюрьме.
Маг опустил плечи и уперся лбом в стену:
– Тогда я уйду из Академии. Мне нужно закончить поиски.
– Твои поиски потеряли смысл семнадцать лет назад, Инг. Мне жаль, что ты тратишь такое драгоценное время на пустые надежды. – Эмма бесшумно приблизилась к нему и положила руки на плечи, сплетая успокаивающее заклинание. – Проведи его с теми, кому ты дорог. Не так часто они просят тебя о чем-то важном.
Лунный луч медленно скользил по шкафу, перебирая корешки книг, Ингвар рассеянно следил за ним. Когда луч добрался до потертой книг в синей обложке, маг поднял голову и стряхнул руки женщины:
– Все равно ректор прикажет зачислить дочку Олрикса! Если вам с Эрнстом почему-то важно, чтобы я принял у нее экзамен, ладно, я сделаю это для вас. – Он развернулся и сердито посмотрел на Эмму. – Но экзамен пройдет по всей строгости! Никаких поблажек из-за возраста или статуса не будет!
***
– Лорд Ронатан Олрикс с дочерью леди Кирианой и сыновьями лордом Климентином и лордом Алексом! – Торжественно провозгласил распорядитель, и Кира с отцом и братьями вошла в зал.
«Однако, это что-то новенькое…»
Обычно ее имя звучало в конце перечня и сопровождалось нелестным эпитетом «приемная», но никогда не «леди» и не вперед братьев. А тут столько почестей! Интересно, что нужно королю от лорда Олрикса?
Кира скользнула взглядом по залу, отмечая, что примерно половина придворных лизоблюдов отсутствует. Бал посвящен Дню знаний, на него приглашены преподаватели Академии и другие известные ученые, в том числе из незнатных родов, а то и вообще не принадлежащие к дворянскому роду, и многие знатные семьи считали ниже своего достоинства присутствовать на балу вместе с безродными. Явились в основном те, кто имел дела с Академией или яро стремился приблизиться ко двору и не пропускал ни одного бала. Кира уже бывала на таких балах, но ни с кем из Академии знакома не была. Ученые маги всегда держались особняком, танцевали мало и только со своими, в азартные игры не играли и покидали бал сразу после ухода короля. Семейство Олриксов обязано было оставаться до конца.
– Сегодня ты танцуешь только с теми, кого я одобрю. – Подводя дочь к фуршетному столику, громко произнес Ронатан.
– Как и всегда, отец. – Кира сделала неглубокий реверанс и протянула ему тонкую бальную книжечку, украшенную изящным кружевом.
Лорд Олрикс развернулся так, чтобы его действия видело максимальное число гостей, и заскользил карандашом по списку танцев, резким движением вычеркивая большую часть:
– Довольно и этого! – Он вернул дочери книжку и, больше не обращая на нее внимания, ушел.
Кира снова сделала реверанс и спрятала книжку в сумочку.
«Я оставил тебе пару свободных танцев на случай, если лорд Ректор или кто-то из преподавателей решит обсудить с тобой поступление». – Отец открыл ментальный канал.
«Я видела, отец. Благодарю».
«Держись сегодня ближе к братьям. Я постараюсь надолго тебя не оставлять».
Кира прошлась по залу, здороваясь с теми, кто не отводил взгляд и не кривился в презрительной усмешке при виде ее. Здесь ее не любили. Кто-то, как Глава Совета Лордов, презирал, считая ниже своего достоинства опускать глаза к приемышу, кто-то отчаянно ненавидел, все еще надеясь незаметно подсыпать ей в бокал яд или вколоть отравленную иглу. Все было как обычно, и это немного успокаивало. Кира знала, кто и как к ней относится, не видела никаких изменений, а значит, все еще могла предсказать многие (если не все) действия каждого из ее презирателей и ненавистников.
«Знание противника – половина победы», – эту истину она вынесла с уроков фехтования и успешно применяла во всех сферах жизни, особенно на светских мероприятиях. – – –
– Леди Олрикс, второй принц в знак восхищения шлет Вам бокал лучшего вина из погребов его отца, дабы усладить Ваш вкус и украсить Ваши ланиты нежным румянцем. – Возле нее остановился слуга и с поклоном протянул маленький поднос, на котором возвышался одинокий серебряный кубок с замысловатой гравировкой. Кира улыбнулась и, взяв кубок, заскользила взглядом по залу в поисках принца. Обнаружился он, как всегда, в тени трона, острый взгляд внимательно следил за каждым ее движением. Кира улыбнулась и присела в реверансе, демонстрирую благодарность. Принц коротко кивнул и отсалютовал ей своим кубком, однако пить не стал, а выжидающе посмотрел на нее. Кира придала взгляду максимальную наивность и удивленно захлопала ресницами. Неужели он не знает, что отец запрещает ей употреблять алкогольные напитки даже на балах? Принц качнул головой и нахмурился, приближая свой кубок к губам и показывая глазами, что лорд Олрикс занят и ничего не заметит. Кира внимательно ощупывала большим пальцем ближайшую к себе грань кубка, не зная, что предпринять. Под пальцем вырисовывался силуэт распахнувшей крылья птицы, а принц все больше хмурился. Кажется, он понял ее подозрение и демонстративно пригубил из своего кубка. Проклятье! Нужно что-то делать!
«Отец, второй принц прислал мне вина и настаивает, чтобы я его выпила».
«Я вижу. Сделай шаг назад».
Кира послушно отступила. Окно распахнулось, с силой припечатывая ее к стене. Кто-то из дам вскрикнул, слуги кинулись закрывать окно, Кира сдавленно ахнула и сползла на пол, роняя руку в лужу с вином.
«Жива?»
«Да».
«Лежи и не шевелись. Лучше изобрази обморок».
«Если пошевелюсь, изображать уже не придется».
«Ты специально руку в вино сунула?»
«Да».
«И что там?»
«Белладонна».
«Понял. Лежи».
Разумеется, вино отравлено! Стал бы иначе второй принц так напористо требовать, чтобы она его выпила! Но внимание Киры привлекло не это – в конце концов, ей не первый раз подносят отравленный напиток. Гербом королевского рода был орел, распахнувший крылья над колосящимся полем и снежными пиками, но на серебряном кубке красовался не он. Фигура птицы была слегка искажена, а по бокам добавлены извилистые линии и точки, явно имитирующие огонь. Кира не успела разглядеть гравировку, но была почти уверена в том, что не ошиблась. Феникс! Принц поднес ей отравленное вино в бокале с фениксом! Орден? Орден! Теперь ей действительно стало плохо.
– Лекаря! Скорее лекаря!
– Боги! У нее кровь!
Кто-то из дам опустился рядом и принялся обмахивать ее веером.
– Леди Олрикс, Вы нас слышите?
– Ах, какая бледная! Дышит?
«Главное, чтобы никто не испачкался в вине», – мысленно вздохнула Кира, не торопясь реагировать на ахи и охи окруживших ее дам.
– Леди, посторонитесь, пропустите меня к сестре. – Климентин осторожно пробирался сквозь собравшийся у окна цветник.
– Ах, лорд Климентин, она не дышит! – С таким наигранным отчаянием всхлипнула одна из дам, что Кира с трудом сдержалась, чтобы не поморщиться.
– Сделайте что-нибудь, Вы же лекарь! – Заламывая руки, подхватила другая.
– Это будет ужасно, если она умрет! Она такая юная и прекрасная! Спасите ее, лорд Климентин! – Усиливая всхлипывания и стараясь не терять инициативу, быстро продолжила первая. –
«Да вы обе дорого бы заплатили, чтобы я действительно перестала дышать, милые леди». –