Элен Славина – Присвоенная повелителем драконов (страница 20)

— Похоже, ты прав, — соглашаюсь с мужем, — ты кому-нибудь говорил о своих мыслях?

— Нет. Ты первая, кому я сказал подобное. И это слишком секретная и дорогая информация, Гульфия. Я хочу, чтобы ты знала об этом и никому не рассказывала об этом.

— Но кому?

— Никому, даже своей служанке. Если это выйдет дальше этой кухни, нас могут убить, обоих. Понимаешь? Это слишком серьёзно и важно. Поэтому мне нужно

предупредить короля, пока не стало слишком поздно.

— Но… Элияр, — кладу свою ладонь ему на руку и смотрю в глаза, — а как же наша дочь? У нас нет времени. Нужно отправляться к порталу, пока он не закрылся.

— Я успею. — Произносит муж и берёт мою ладонь в свою, подносит к губам и целует. — Ты поедешь с Линеттой и ещё одним человеком к жрецам и будешь ждать меня там. Как только я расскажу королю о плане его племянника, я сразу же двинусь в сторону заброшенного монастыря, где живут жрецы.

— Если ты не успеешь, Элияр, я отправлюсь за Магрит одна. — Серьёзно произношу и понимаю, что моё сердце сжимается от боли. — Я всегда буду выбирать свою дочь. И как бы я ни любила тебя, Элияр, дочь я буду любить больше.

— Я знаю, любимая, поэтому я отпускаю тебя, зная, что ты поступишь мудро и в интересах нашей дочери.

Глава 31

— Ты поняла, что нужно делать? — Спросил мой муж, сажая меня в экипаж, который достал почтовый служащий по запросу лорда Бранда. Но приехала повозка с лошадьми только к следующему утру. Время в данном случае было нашим врагом и совершенно не помогало нам. Оно словно песок утекало из пальцев, и это огорчало больше всего. Я нервничала, и мои переживания передавались Элияру. Он порывался поехать со мной к жрецам в заброшенный монастырь и не думать о долге королю Эльдории. Но я уговорила его в этом, сказав, что у Магрит есть и мама, и папа и в любом случае один из них приедет к ней. А у короля нет никого, кто может предупредить его о предстоящей войне и предателе, который живёт с ним в одном замке.

— Да, любимый, — мягко прошептала и обняла мужчину за шею, — я спасаю нашу дочь, а ты короля. Встречаемся через несколько дней в твоём родовом замке.

— Ах, Гульфия, если всё сложится так, как мы запланировали, это будет просто невероятным счастьем!

— Давай верить в это, а вдруг всё получится, — коснулась ладонью его заросшей щёки и улыбнулась.

— Передай Магрит, что я люблю её, — каким-то отчаянным голосом произнёс муж, и моё сердце зашлось от тоски.

— Элиар, ты словно прощаешься. Зачем ты так? Мы вернёмся, я обещаю тебе.

— Перестань, жена, — раздражённым голосом произнёс Элияр, — ты не можешь обещать того, чего не знаешь. Портал может закрыться сегодня или завтра. Возможно, ты попадаешь туда, но вот обратно я не уверен, что у моего дракона получится вновь позвать тебя.

— А я уверена, что у него всё получится. Пока портал открыт и срок не вышел, зов твоего дракона очень сильный. Он постарается, я знаю.

— Поезжайте. Нужно и правда торопиться, — произнёс он мягко и, взяв моё лицо в ладони, крепко и горячо поцеловал, — свидимся ещё. Я надеюсь.

Потом посмотрел на сидящую рядом Линетту и ещё одного мужчину, которого он дал нам в сопровождение.

— Береги их. Головой отвечаешь за их жизнь. Понятно тебе? — Сурово произнёс напутственные слова и ударил ладонью по корпусу экипажа.

Повозка дёрнулась и медленно покатила от почтовой станции, всё больше и больше набирая ход, пока совсем не скрылась за поворотом. Всё это время я смотрела на любимого мужчины и почувствовала, как разрывается моё сердце. Думала ли я, что буду так страдать из-за расставания с этим мужчиной? Несколько дней назад, я была бы счастлива уехать от него подальше и больше никогда не видеть.

Но воспоминания и вместе с ними чувства ворвались в мой разум и сердце внезапно, сметая всё на своём пути. И сейчас, помимо возвращения дочери, единственным моим желанием было оказаться в сильных объятиях моего мужа и больше никогда их не покидать.

— Не плачьте, госпожа, — прошептала Линетта, беря меня за руку, — я уверена, что всё у вас будет хорошо. Не может таким влюблённым выпасть на долю столько бед. Обязательно всё должно быть хорошо.

— Ты думаешь, что у нас всё получится? — Всхлипнула я и посмотрела в милое и наивное лицо бедной горничной.

— Обязательно получится, — кивнула горничная, — мне сердце подсказывает. А оно почти никогда не врёт.

— Твои слова да богу в уши. — Погладила Линетту и, достав шелковый платок из кармана платья, вытерла им набежавшие слёзы. Почти всю дорогу мы ехали в тишине, и лишь к обеду добрались до заброшенного монастыря. Местные жители, с которыми мы разговаривали, и наш возница уверяли, что это единственное место, где можно найти нужных нам жрецов.

Мощёная дорога, которая сменила просёлочную, привела нас к небольшому пустырю с каменными стенами заброшенного монастыря. Плодовые деревья окружали это пристанище жрецов, которых я заметила, пока мы подъезжали к главному входу. Жаль, что фруктов на них уже не было, но это и неудивительно, на дворе стояла поздняя осень, и все яблоки они уже собрали.

— Я помню это место, — сказала я горничной, и осматривая окрестности, — я здесь уже была.

— Правда? — Удивилась Линетта и посмотрела на меня. — Что ещё вы помните?

— Я была здесь не одна. Меня кто-то вёл за руку среди этих деревьев, протягивал сочные яблоки и рассказывал про это древнее место.

— Может, это был один из жрецов? Подумайте, госпожа, это может быть важным.

Я на мгновение закрыла глаза, и перед моим внутренним взором предстала потрёпанная бумажная карта, лежащая на деревянном столе. На неё светили старые замасленные лампады, а морщинистые руки водили по ней своими корявыми пальцами.

На карте был изображён древний город с домами, дорогами, монастырями и королевским дворцом. Но что самое удивительное — на земле были нарисованы тени летающих драконов, которые парили в небе.

— Мы на верном пути, — улыбнулась я Линетте, — здесь на моей спине нарисовали карту столицы Эльдории. И это не просто так, теперь я понимаю это очень отчётливо. И сегодня я узнаю, какой был смысл в этой большой нательной татуировки, осталось только подождать совсем немного.

— Приехали! — Услышала я голос возницы и вздрогнула. Многие ответы были за этими каменными стенами, и я рвалась туда всей душой и телом.

— Идём, Линетта. Нам надо торопиться.

Я не стала дожидаться, пока нам откроют дверь повозки, и без посторонней помощи вышла из неё. Оказавшись на земле, я накинула капюшон, чтобы защититься от сильного ветра и холодного дождя, и вновь огляделась вокруг. У ворот стояли двое местных монахов заброшенного монастыря. Они были одеты в тёмные длинные рясы, их головы скрывались под глубокими капюшонами, а руки были спрятаны в широких рукавах. Пока мы втроём приближались к ним, они с нескрываемым интересом смотрели на нас.

— Добрый день, — начала я. — Меня зовут…

— Гульфия Бранд, — закончил за меня один из жрецов, опустив капюшон. — Я знаю. Но, к сожалению, ты, дева, опоздала.

Глава 32

Я не верю своим ушам и качаю головой в недоумении. Поворачиваюсь к Линетте и открываю рот в немом вопросе. Язык мой присыхает к горлу, и я забываю все слова, которые собиралась сказать этим жрецам.

В следующее мгновение мои ноги подкашиваются, и я медленно оседаю на землю.

Мужчина, который сопровождал нас на протяжении всего пути, помогает мне подняться и поддерживает, пока я плачу и дрожу от рыданий.

— Вы уверены? — Спрашивает за меня горничная и пристально смотрит на жрецов, ожидая от них ответа. Я ей безмерно благодарна за то, что она не побоялась спросить этих служителей храма обо мне.

— Гульфия Бранд опоздала. — Бесчувственным голосом произносит один из жрецов. — Портал закрылся. Нам очень жаль.

— Когда? — Спрашиваю надломившимся голосом, стараясь успокоится. — Когда он закрылся?

— Сегодня утром. — Говорит всё тот же жрец, видимо, он самый главный. — Но это неважно… потому что я хочу вам кое-что показать и, надеюсь, леди Бранд покажет мне кое-что в ответ.

— Не понимаю, о чём вы? Что я должна вам показать?

— Идёмте за мной, Гульфия. Портал закрылся, но шанс вернуть вашу дочь остался. И только вы сами можете помочь вашей дочери найти вас.

Я взглянула на горничную, которая, казалось, не понимала, что происходит, и кивнула.

— Идёмте же, скорее. — Надежда, которая, казалось, только что угасла, снова запылала ярким пламенем в моей душе.

— В храм может войти только та, что обладает древними знаниями. Гульфия Бранд, вы готовы довериться нам, как это было раньше и войти в храм просвещения?

— Да, готова, — уверенно кивнула и направилась вслед за жрецами. Горничная с сопровождающим остались снаружи. Но думать сейчас об этих двоих у меня не было ни сил, ни желания. На весах была жизнь моей дочери, и я была готова сделать всё что угодно, ради её спасения. Даже умереть, только чтобы она жила.

Не помню, сколько времени мы шли. Мы преодолели множество тёмных коридоров и анфилад, пока не оказались в просторном зале. В центре его горела чаша с жидким огнём, а по краям на каменных лавках сидели мужчины в капюшонах. Видимо, это тоже были жрецы, которые совершенно не обратили на нас внимания. Они были погружены в собственные мысли, и мы их не интересовали.

— Идём дальше, — прошептал один из жрецов, — надень на голову капюшон. Никто не должен знать, что ты сейчас здесь.