Элен Скор – Там, где цветёт багульник (страница 59)
Очень хочется сбежать туда, где мы будем одни, но пока это невозможно, нас начинают поздравлять и первым подходит Константин Николаевич, отец Алексея. Всё же пришёл!
Его появление становиться сигналом для высшего общества, к нам тут же устремляются богато наряженные господа.
- Кто все эти люди? - улучив минутку, спрашиваю я.
- Столичная знать. Не удивлюсь, если вскоре нас завалят приглашениями на званые обеды и ужины. Всем захочется принимать у себя в салоне графа Никитина-Перовского и его красавицу жену! В ближайшие недели им будет о чём посплетничать.
Алексей как всегда самокритичен, но он прав, титул, всего лишь небольшая приставка к имени, но она открывает двери многих домов.
- Думаю, мы станем главной новостью сезона, - шутит муж, а мне сейчас больше всего хочется, чтобы поскорей закончилась вереница незнакомых людей, желающих нам счастья, достатка и детей побольше.
Я дежурно улыбаюсь и киваю, пока передо мной не возникает хорошо знакомое лицо.
- Полина?
Не сказать, чтобы я совсем забыла о матери Машеньки, но Полина вроде собиралась уезжать в Европу. Не думала, что увижу её так скоро!
- Рада тебя видеть! – улыбаюсь я. – Маша по тебе скучает.
Полина воровато оглядывается туда, где стоят Зоя с Машенькой, и я понимаю, что она тут совсем не для того, чтобы увидеть дочь.
- Чего тебе надо?
- Вот, - она суёт мне в руки перевязанную лентой стопку бумаг.
- Что это?
- Счета! Ты должна оплатить! Из-за тебя я влезла в долги! – в его голосе проскальзывают визгливые нотки.
- Из-за меня? – я хмурюсь, не понимая о чём речь. Это она сбежала, бросив малолетнюю дочь, и смеет ещё что-то требовать?
На нас уже начинают коситься, только скандала ещё не хватало! Поняв это, Алексей вмешивается в нашу перепалку.
- Дорогая, познакомь нас, - просит он.
- Полина Сергеевна, мать Маши. Граф Никитин-Перовский, мой супруг.
- Дорогая Полина Сергеевна, - улыбается Алексей, - позвольте пригласить вас на банкет по поводу нашего венчания. Право слово, ведь мы теперь не чужие люди. Там всё и обсудим.
Его улыбка действует на неё гипнотически, Полина чуть с задержкой, но согласно кивает. Я даю знак стоящему неподалёку Семёну, он всё прекрасно слышал, поэтому крепко берёт Полину под руку и ведёт к карете.
Поток поздравляющих, наконец-то, иссяк. Мы выходим из церкви, где нас щедро посыпают зерном. Алексей раздаёт монеты сидящим на паперти нищим, жандармы расчищают путь к каретам, они подъезжают одна за другой, и мы отправляемся в загородную усадьбу.
В нашей карете только мы вдвоём, Алексей притягивает меня к себе и крепко целует.
- Мечтал об этом с самого утра! – выдыхает он в мои приоткрытые губы.
Дорога неблизкая и мы успеваем вдоволь нацеловаться, все остальные мысли, ушли на второй план.
В усадьбе нас уже ждут, ворота широко открыты. Столы поставили прямо в саду, под деревьями. Гостей немного, в основном это знакомые и сослуживцы Алексея. Ищу глазами Машу, она весело смеётся, ловя ладошками струйки садового фонтанчика. Рядом с ней Зоя, Полины нигде не видно.
Зато я вижу направляющегося в нашу сторону Семёна. Стараясь не привлекать к себе внимания, которого сегодня и так в избытке, зову его к себе.
- Где Полина? Она ушла?
- Никак нет, Анна Афанасьевна, Полина Сергеевна попыталась закатить у церкви скандал, но я быстренько её в ближайший экипаж запихнул.
- А что у тебя с лицом?- я заметила две свежих царапины.
Он, поморщившись, коснулся щеки кончиками пальцев.
- Она, Ваша Светлость, словно дикая кошка: кусалась, царапалась, Насилу угомонил!
- Так где же она сейчас?
- Ваша светлость, - Семён склонил голову перед моим мужем, - я взял на себя смелость запереть её в одной из комнат.
- Правильно сделал, - похвалил его Алексей. – Надо бы ещё человека к дверям приставить!
- Сделаем!
- А если она окна побьёт? – заволновалась я. – Нужно с ней поговорить.
- Не сейчас, душа моя, у нас ведь свадьба, - напомнил мне муж. – Гости ждут!
- Семён, проследи. А лучше посади её в чулан без окон!
- Не беспокойтесь, Анна Афанасьевна, сделаем!
Семён ушёл, а мы вернулись к гостям, которые прогуливались вокруг богато накрытых столов. Время близилось к обеду, все нагуляли отменный аппетит.
Повара расстарались на славу, всё было очень изысканно и вкусно. Нас снова поздравляли, и эти слова звучали намного искреннее, чем там, в храме. Ведь тут собрались только самые близкие.
Алексей сидел во главе стола, я с левой стороны, а Анна Борисовна – справа. Константин Николаевич, увы, не почтил нас своим присутствием, но то, что он был в храме – дорогого стоит!
И вроде всё хорошо, мне бы радоваться, но появление Полины, словно капля дёгтя в бочке мёда, портила всю картину. Я никак не могла расслабиться, постоянно о ней думала, и когда гости начали вставать из-за стола и разбредаться по саду, предложила мужу навестить нашу нежданную гостью.
Семён очень своеобразно выполнил моё поручение, сажать в кладовку он её не стал, просто окно закрыли ставнями, благо оно выходило на задний двор и не привлекало к себе внимания.
У дверей стоял парнишка в новенькой форме лакея, из-за нашей свадьбы Алексею пришлось увеличить штат слуг.
- Как она там? – спросил Алексей.
- Притихла, Ваша Светлость! – отрапортовал слуга, вытянувшись по струнке.
- Открывай!
Полина, нахохлившись, сидела в кресле, но увидев нас тут же вскочила.
- Это всё из-за тебя! – ткнула она в меня пальцем. - Почему тебе всё досталось, а моей Машке ничего? Была бы она графиней, я бы сейчас ни в чём не нуждалась!
- Это была воля нашего отца!
- Афанасий совсем из ума выжил! Ведь Маша всегда при нём была, а тебя он в монастырь сдал!
Мне самой было не до конца понятно, почему отец, признав нас с сестрой, наделил графским титулом только меня, Маша же стала обычной дворянкой. Если бы мы с ней родились в браке, то получили бы титул автоматически, но мы обе незаконно рожденные и давать нам титул или нет, мог решать только отец.
- Он позаботился обо мне как смог, на тот момент это было лучшим решением! Не тебе его судить! – в моём голосе зазвенел металл, Полина даже отшатнулась.
Ощущая за спиной поддержку мужа, я чувствовала себя сильной и уверенной женщиной. Не сказать, чтобы я сама одобряла решение отца, но это его воля. Даже то, что он нас признал, дорогого стоит. Это я теперь отлично понимаю.
- Ты что-то говорила про долги, - напомнила я.
Полина суетливо завозилась в складках платья, достав уже знакомую, перевязанную ленточкой стопку бумаг.
- Вот, ты глава рода, ты должна заплатить!
- Хочу тебе напомнить, что ты к нашему роду не имеешь никакого отношения.
- Но Маша…
- Маша моя сестра и я за неё отвечаю. Ты утратила на неё все права, когда сбежала! Кстати, почему ты здесь, а не в Париже? Где тот красавец-гусар?
- Деньги закончились, он меня бросил. Мне пришлось занимать, чтобы вернуться, - Полина потупилась.
- И ты ни разу не вспомнила о дочери, даже не спросила, как она, - я горько усмехнулась.
Полина вскинулась: