Элен Скор – Там, где цветёт багульник (страница 13)
- Проходите, - швейцар поклонился, пропуская меня внутрь.
Войдя, я сначала попала в небольшой зал, где гостей встречали расторопные служанки. Кому нужно было раздеться, они отводили в соседнюю комнату, остальные проходили дальше. За следующей дверью меня встретил заполненный людьми зал, играла музыка.
Гости собирались группами, заводили разговоры, общались. Было заметно, что многие хорошо знают друг друга. Мимо сновали официанты с подносами, полными напитков и закусок, вокруг царила непринуждённая атмосфера праздника.
Семен сказал затеряться в толпе, вот только я в своём простеньком платьице была похожа на бедную родственницу на фоне дам, разодетых в шелка и бархат. Отойдя в сторонку, встав возле окна, я стала наблюдать за людьми и вскоре заметила, что многие гости расходятся по соседним комнатам.
Я тоже пошла, пристроившись за двумя беседующими между собой дамами. В этой комнате было обустроено что-то вроде будуара, посреди которого стояли несколько столов с запечатанными колодами карт.
За одним уже играли в штосс, за другим раскладывали пасьянс. Да и были тут одни женщины. Нет, это совсем не то, что мне нужно! Поэтому даже не стала заходить в соседние комнаты, куда направлялись только дамы.
Вернувшись в большой зал, я заметила ещё несколько дверей, куда в основном идут мужчины. Возле одной сильно пахло табаком, тут, скорее всего, курительная комната. За следующей дверью играли в карты, но уже в более серьёзный Бостон и Вист. Именно тут народа было больше всего. Женщины и мужчины вперемешку. Играли на деньги и судя по лежащим в центре столов стопкам – на большие.
Оставалась ещё одна комната. Уже подходя к двери, я услышала знакомые щелчки ударов бильярдных шаров.
Четыре бильярдных стола с туго натянутым зелёным сукном и блестящими лаком бортами. Играли мужчины. Несколько дам составляли группу поддержки, радуясь каждому забитому шару своего фаворита. Я заметила, что тут много военных. Мундиры всегда сводили дам с ума.
Некоторое время я присматривалась. Два офицера играли уже вторую партию, причём один из них делал грубые ошибки. Не удержавшись, я подошла ближе.
- Не стоит бить по этому шару, - шепнула я, - промахнётесь. Лучше по тому.
Благодаря моим подсказкам, офицер выиграл, чему был немало рад.
- Вы моя муза! – он подхватил мою руку, поднося к губам. – Мой талисман!
- Паневин! Я хочу отыграться! – не сдавался его соперник.
- Угомонись, Петруша, не видишь, я с барышней.
- А давайте, я сыграю за вас! – предложила я ему.
- Это может быть интересно! – улыбнулся офицер, подкручивая щегольские усы. – Петруша, за меня будет играть моя муза!
Он кинул на стол пачку только что выигранных купюр.
- Принимается, - ухмыльнулся его соперник.
Только совсем скоро его ухмылка пропала. Я выиграла. Паневин на глаз разделил полученный выигрыш и сунул половину мне.
- Это случайность! – не унимался Петруша.
- Давайте, сыграем ещё раз, - предложила я.
Это был долгий вечер. Со мной играли все по очереди. Для этих господ я была что-то вроде необычной зверюшки, я их забавляла. В то же время каждый хотел доказать, что именно он сможет выиграть у этой пигалицы.
Постепенно их интерес ко мне угас, и я вернулась в большой зал, где перехватила с подноса немного закусок и направилась к выходу. Никому не было до меня дела, каждый развлекался, как мог.
Выйдя на крыльцо, я поёжилась от холодного ветра, обхватив себя руками за плечи. Уже вечерело, вдоль улицы один за другим загорались газовые фонари.
Семен заметил меня первым и, перебежав дорогу, помог надеть плащ.
- Что так долго?
- Играла до последнего, - пояснила я. – Поехали скорее домой.
Сумочка и оба потайных кармана были набиты выигранными купюрами. Меня не покидало чувство, что кто-то попытается их отнять.
Но, видимо я просто накрутила себя. Домой доехали быстро и без происшествий. Выбравшись из кареты, я почувствовала себя старой развалиной. Стоило немного расслабиться, как спина и ноги напомнили о нескольких часах напряжённой игры.
Центральная дверь была заперта. Конечно, Полина ведь сегодня дома, а меня тут никто не ждёт! Мы не стали никого будить, направившись к задней двери. Семён постучал условным стуком и скоро за дверью послышались шаркающие шаги. Дверь отворилась, на пороге стоял Потап Иванович.
- Заходите скорее! Сквозняку напускали! – проворчал он скорее для порядка.
- Я к себе, устала, поговорим завтра.
Не останавливаясь, прошла на кухню. Зажгла свечу и залпом выпила целую кружку воды. В бильярдной меня несколько раз пытались напоить подозрительными напитками, но я лишь делала вид, что пью. Мне нужна была ясная голова.
В гостиной остановилась, сняла плащ Полины и повесила назад, на кресло возле камина и чуть постанывая, забралась вверх по ступеням. Поставила свечу на стол, подпёрла дверь стулом и подошла к окну. Аккуратно выглянула на улицу – никого. Задёрнув шторы, я стала выкладывать заработанные деньги на столешницу.
Триста семьдесят четыре рубля! Всего за один день!
Не поверив, я пересчитала купюры дважды.
Это же целое состояние! Я могу оплатить почти все долги папеньки. Самое главное – рассчитаюсь с Сергушко. Хотя, по правде сказать, жаль расставаться с Семёном. Я к нему уже привыкла.
Достала блокнот, где были указаны все суммы долга, разложила купюры по пачкам. Взяла стопку бумаги, карандаш и поморщилась. Мои пальцы были стёрты в кровь, кое-где надувались водяные мозоли.
Нужно всё доделать сейчас, завтра будет ещё хуже. Я мастерила из бумаги конверты, писала на них сумму и имя кредитора, потом с помощью свечи растопила сургуч и запечатали им все конверты. Тут был Сергушко и все мелкие долги.
На столе осталась ещё внушительная стопка купюр. Павлов обещал ждать, сколько понадобиться, надеюсь, гусар сдержит слово. Так что его пока вычёркиваем. И останется только господин Перовский, но он так и не дал о себе знать. Да и денег на него я ещё не набрала. Хотя, два-три таких визита как сегодня и я полностью расквитаюсь со всеми долгами, ещё и на дорогу до Кузнецка хватит.
С чувством выполненного долга я завалилась спать, уже строя планы на будущее. Но утром, передавая Семёну его долю, узнала, что такие приёмы, как вчера, устраивают раз в месяц и мне очень повезло туда попасть.
Вот так рушатся все радужные планы. Придётся снова щипать понемножку в маленьких бильярдных и то, мне нужно пару дней отдыха, чтобы залечить руки.
Узнав об этом, я решила пока придержать конверт для Сергушко, ведь без Семёна я просто не справлюсь. А пока нужно раздать все мелкие долги. Этим сегодня и займусь.
Глава 12
За завтраком Полина устроила мне настоящую истерику, потому что вчера я не взяла её с собой. Про свои прежние «приключения», как я и предполагала, она ничего не помнила.
Пришлось жёстко её осадить, даже прикрикнуть, а не попутала ли она берега, чтобы мне что-то указывать? Мачеха обиделась, надула губы и замолчала.
И потом, когда я стала спрашивать у неё адреса мелких торговцев, кому мы должны денег, Полина отказалась со мной разговаривать. Пришлось брать с собой Зойку, благо с Машенькой мог посидеть Потап Иванович. Мачеха демонстративно заперлась у себя в комнате.
Мы потратили около трёх часов, чтобы объехать все торговые лавки и раздать долги. Конверт для Сергушко лежал в столе, а кроме него у меня оставалось всего два кредитора. И то один из них обещался ждать, сколько потребуется.
Раз уж выдался свободный день, я решила заодно заехать на вокзал, узнать расписание поездов и цены на билеты. До завершения аренды на дом оставалось всего несколько дней, и смысла платить за следующий месяц я просто не видела.
Оставив Зойку в коляске извозчика, мы вместе с Семёном отправились к кассам. Изучив железнодорожные маршруты, поняла, что ехать придётся с пересадкой в Москве. И цены на билеты «кусались». Первый класс сорок семь рублей, второй – тридцать пять, а третий, восемнадцать. Ещё столько же придётся заплатить при пересадке из Москвы до Пензы. Дальше железную дорогу ещё не проложили, нужно ехать на перекладных.
Первый класс я просто не потяну, а в третий с ребёнком даже нечего соваться. Придётся брать по два билета во второй класс. А ещё слуги, если Зойка ещё может где-то устроиться, то Потапу Ивановичу прямая дорога на улицу. Нет, я не могу его тут бросить.
Оставшихся денег аккурат хватало на билеты. Значит, придётся ещё несколько раз сходить «на заработки». Я попросила извозчика остановиться возле аптеки. Мне нужна была заживляющая мазь для рук. И ещё перчатки, чтобы не пугать окружающих своими израненными ладонями.
Вернувшись домой, я пообедала и уже по заведённому порядку пошла гулять с Машенькой. Полина, похоже, объявила мне бойкот. В столовую она не спускалась, горничная носила поднос ей в комнату. Сегодня Зойка была на удивление молчаливой.
К вечеру мачеха всё же изволила осчастливить нас своим видом. В это время мы обычно собирались в очередную бильярдную, Полина очень удивилась, узнав, что сегодня я решила никуда не ехать.
И завтра тоже.
Поняв, что я собираюсь провести весь день дома, Семён предупредил, что ему нужно отлучиться по своим делам. Я заверила, что вполне обойдусь без его охраны, решив отоспаться и провести время с Машей. Родная мать почти не уделяет ей времени, малышке очень не хватает внимания.