Элен Скор – Соляные копи попаданки (страница 3)

Я усилием воли подняла руку и заскребла пальцами по шее, пытаясь убрать то, что так сильно на нее давило. Наткнулась на что-то теплое и упругое, ухватилась, оттаскивая. В легкие хлынул кислород, в голове тут же прояснилось.

Было темно, я лежала, раскинувшись на спине, откуда-то слева светил тусклый огонек, а надо мной нависала темная человеческая фигура, от которой так и разило перегаром.

«Вот это Семеныч надрался с утра пораньше, — пронеслось в голове, — разит, как от пивной бочки!»

Меня аж чуть не стошнило. Мало того, он навалился на меня всей своей немаленькой тушей, так что я не могла даже пошевелиться.

— Семеныч, слезь с меня, — просипела я, — тяжелый, зараза!

Но вместо этого мужские руки зашарили по моему телу, одна сжала грудь, а вторая скользнула вверх по ноге до самого бедра.

— Семеныч, ты не офигел ли, часом? У тебя жена есть!

Я завозилась, пытаясь сбросить его с себя.

— А ну, лежи смирно! Будешь паинькой — два золотых заплачу! — вдруг рыкнуло сверху.

Голос был совершенно мне незнаком, да и привыкшие к полутьме глаза выхватили округлое лицо довольно лыбившегося мужика, которого до этого я точно никогда не видела.

— А ну, быстро слез с меня! — зашипела я рассерженной кошкой. — А то!..

— А то что? — ощерился мужик. — Ты моя на всю ночь, так что расслабься и получай удовольствие!

«На всю ночь»? Да где это я? Что со мной случилось? Отлично помню, как вытаскивала Семеныча из заевшего механизма, как он прыгнул со стремянки, толкая меня прямо на огромные крутящиеся шестеренки.

Шанс выжить у меня был один из ста, это я отлично понимала, и то от меня бы живого места не осталось, а я чувствую себя довольно неплохо, вот только шея побаливает.

Повернув голову в сторону светящегося пятна, я увидела стол, стоящую на нем свечу, поднос с кувшином и тарелкой. Дальше действовала на одних рефлексах: протянула руку, схватила кувшин и что есть силы опустила его на голову уткнувшегося мне в грудь незнакомца.

Тот сдавленно хрюкнул и обмяк. Несколько минут у меня ушло на то, чтобы спихнуть его с себя. Потом еще с минуту лежала, восстанавливая дыхание, затем аккуратно ощупала себя на предмет повреждений.

Руки-ноги гнулись, ребра тоже вроде были целые, зато на себе я обнаружила длинный балахон, задранный сейчас до самого живота. Потихоньку попыталась сесть, голова чуть закружилась, но вскоре все прошло.

Потянулась к столу, взяла свечу и принялась осматриваться. Больше всего меня интересовал мужик: не убила ли я его ненароком? Он лежал на широкой кровати, уткнувшись лицом в подушку. Увидев на его голове и рубашке расплывшееся алое пятно, наклонилась ниже.

Неужели кровь? Аккуратно коснулась пальцем и поднесла его к глазам — не похоже. От пальца шел кисловатый сивушный запах.

«Да это же вино! Красное!» — поняла я.

И словно в подтверждение моей догадки, мужик громко захрапел.

Живой! Это хорошо, не хватало потом объясняться, что я убила его, защищая свою девичью честь.

Поняв, что мне больше ничего не угрожает, я принялась осматривать комнату. Старая тяжелая мебель, на окне пыльные бархатные гардины, за окном темно — ни единого огонька. Значит, я провалялась в отключке до самой ночи. За это время меня можно было увезти куда угодно, хоть в другую страну. Только кому понадобилась пенсионерка, да еще больше смахивающая на мальчишку-подростка?

Длинная сорочка путалась в ногах, еще и волосы лезли в лицо. Стоп! Какие волосы? Я всегда стригусь очень коротко!

Вернувшись к столу, я поставила свечу и принялась себя ощупывать. Первым делом волосы — длинные, до самой талии, я перекинула их через плечо, рассматривая светлые локоны.

Я всегда была шатенкой. И всегда умела мыслить логически, прекрасно понимая, что шансов выжить у меня не было. Значит, все эти разговоры про жизнь после смерти вовсе не выдумки. Только я не думала, что очнусь уже во взрослом теле, для перерождения больше бы подошел младенец. Но видимо, и в небесной канцелярии бывают осечки, так как моя память тоже осталась при мне.

Приняв эту мысль, я начала изучать свое новое тело. Стройное, даже худое. Высокая упругая грудь, узкая талия, переходящая в крутые бедра, я даже задрала подол сорочки, чтобы в этом убедиться.

Кожа нежная и гладкая, значит, тело довольно молодое. Жаль, нет зеркала, чтобы лучше рассмотреть свою новую внешность. Я осмотрела всю комнату, но так его и не нашла. Зато в шкафу наткнулась на несколько платьев, к слову довольно поношенных, и обнаружила обувь, которой очень обрадовалась — полы были холодными, я стала уже подмерзать.

И тут в дверь тихонько заскреблись.

— Софи, Софи, как ты, девочка моя?! Это я, бабушка, открой мне!

Бабушка?

Я обернулась на храпящего в кровати борова и снова посмотрела на дверь. Оставаться в комнате было чревато, когда-то ведь он проснется, придет в себя и, возможно, снова решит продолжить прерванное. Не факт, что я справлюсь с ним еще раз.