Элен Форс – Значит, война! (страница 44)

– Думаешь, что можешь ставить мне ультиматумы?

– Думаю… да. – Патриция обхватывает мои плечи. – Ты можешь уехать в Рим и поссориться с моим отцом, но не можешь позволить себе испортить отношения со старейшинами. Когда у Вас ужин?

Умная Патти знала на что бить. Её милое личико было мне нужно в Риме как подтверждение поддержки Кобейна.

– Не боишься, что получу своё место и спущу с тебя шкуру за шантаж?

– Нет. Потому что тебе нужна я не только для того, чтобы заручиться поддержкой старейшин, но и продержаться в кровопролитной войне за место Капо. Сейчас многие захотят возглавить Ндрангетту. – Патриция прижалась ко мне всем телом. – Я предлагаю договориться Марко, ты делаешь, что хочешь и спишь со своей белобрысой сколько хочешь. Я прошу всего лишь картинку и боготворение меня на людях. Все должны быть уверены, что у нас идеальный брак. Через какое-то время мы заведем общего ребёнка. Одного. Наследника. А потом разведёмся. Будем оба свободны и счастливы.

– Какой хороший и продуманный план. Давно его продумала?

– Этой ночью. – девушка расстегнула халат, обнажая голое тело, сбросила его на пол, чтобы продемонстрировать свои совершенные формы. – Я не продумала только одно, а с кем спать буду я?

Наверное, на этом месте я должен был броситься на юную итальянку озарённый диким желанием, но я устало оглядел пышную грудь и узкие бедра итальянки. Патти была хороша, но в ней было чего-то рокового. Не заводила она меня как Цветочек.

– Подберём. – цокаю надменно языком. Патриция думала, что сможет вертеть мной как захочет, но она сильно ошибалась. Я не позволю ей управлять мной, а тем более манипулировать. – Тебе кто больше нравится?

Патти вздрогнула. Она неприятно была удивлена, что я не заинтересовался ей.

– Да ну тебя! – с этими словами она схватила халат и побежала в гардеробную, чтобы судя по всему одеться. – Не зря говорят, что ты больной на всю голову!

– Вот и не связывайся со мной лучше!

– Или что? – дверь с диким стуком распахнулась и на пороге материализовался разъярённый отец. Он успел увидеть голый зад моей жены и недовольно зашипел. – Патриция, дай мне, пожалуйста, поговорить со своим непутевым сыном!

– Одну минуту, Вито, мне нужно одеться. – Патти быстро переоделась в белый сарафан и выскользнула из гардеробной. – Доброе утро!

Девушка встала на носочки и чмокнула отца в щёчку. Она была просто примерной женой, аж выворачивало наизнанку от отвращения.

Когда Патти вышла, Вито закрыл дверь на ключ и пошёл на меня, словно хотел разорвать на части. Видок у отца был тот ещё, он явно не спал всю ночь.

– Что случилось, папочка? Приснился кошмар?

– Ошибка природы. – шипит отец. – Я не понимаю, как ты можешь быть моим сыном. Идиот ты несчастный! Я убью тебя собственными руками. Марко, ублюдок неблагодарный. Когда уже тебя прекратится этот нескончаемый спермотоксикоз. Ты не о чём не думаешь кроме Лили!

– А о чём думал ты, когда не убил своего брата? Ты же знал, что рано или поздно конфликт выйдет из-под контроля. Лилия не виновата в том, что просто оказалась между нами.

Когда дурочка сбежала от меня, я думал, что никогда не прощу её, превращу жизнь в ад за то, что бросила. Она должна была расплатиться за глупость. Я жаждал поставить её на четвереньки и показать, кому она принадлежит, напомнить, как она сама липла ко мне в Калининграде. Маленькая заноза.

С Флавио она решила быть.

Но потом, когда Лили попалась мне в Палермо, я увидел испуганную девочку, которая не успела ещё повзрослеть, а уже поймала серьёзные проблемы. Она ластилась и хотела любви, оберегала ребёнка и тайно надеялась на светлое будущее. И мне жутко хотелось разделить с ней его.

Я винил себя, что в Риме сразу не объяснил ей её положения. Нужно было обозначить, что она станет моей женой и будет рожать мне детишек.

– Не мог убить собственного брата. Это было слишком даже для меня. – отвечает Вито, поджимая губы. Я открываю окно и закуриваю. – Флавио был мне хорошим братом. Жалко, что потом жизнь разделила нас и сделала врагами.

– И что ты хочешь теперь от меня?

– Чтобы ты вёл себя достойно. Патриция теперь носит фамилию Луккезе. И никто не должен делать из неё посмешище, даже собственный муж. Капо Ндрангеты не положено вести себя легкомысленно, как собаке на сене. Ты должен внушать людям страх и любовь к традициям.

– Должен убивать и побуждать плодиться, чтобы не портить уровень демографии в Италии. – моя лёгкость раздражала отца. – Иди с миром, папа, я устал, хочу принять душ и собрать свои вещи. Давно меня не было в Риме, хочу поскорее вернуться и отужинать в золотом бастионе.

– Что? – ему показалось, что он ослышался. Не мог поверить.

– Сегодня мы возвращаемся в Рим.

– Сегодня у тебя ВТОРОЙ день свадьбы.

– Ну, если тебе очень хочется, ты можешь остаться и отпраздновать это радостное событие.

– Запрещаю тебе рыпаться.

Вито ещё верил, что может запретить мне что-то.

– Я уже дал все необходимые распоряжения Винни. Самолёт будет готов к пяти. Если у тебя есть желание остаться тут, это твоё право. – бросаю через плечо, оставляя одежду на стуле и отправляясь в душ.

Лилия.

Непривычно было сидеть в доме без Марко, тут всё пахло им, а мужчины не было. Я укуталась в его рубашку и села на балконе на стуле, накручивая на палец волосы и размышляя об этой ночи. Сегодня Марко признался мне в любви, или я выдумала всё?

– Ли? – Альба с Винни проникли в апартаменты, не позволяя мне насладиться тишиной. – Нужно собираться. Марко распорядился. Будем возвращаться в Рим.

Мне не очень хотелось обратно в столицу Италии, там было прошлое и неприятная реальность, но если было нужно – значит нужно. Особо собирать мне было нечего, и я через двадцать минут была готова. На мне были облегающие джинсы и рубашка Марко, хотелось чувствовать его запах.

Винни отвёз нас с Альбой в аэропорт к самолёту, где уже был Вито и Марко. Мужчины стояли у белоснежного крылатого аппарата. При виде римлянина в груди приятно защипало, хотелось броситься к нему на шею и зацеловать.

Ещё ночью мы были голые и между нами не было стеснения и преград, а теперь приходилось соблюдать рамки приличия.

Я не сразу заметила Патти, плавно сошедшую по трапу и придерживающую соломенную шляпку. Девушка была очень грациозна. Она подошла к Марко и прикоснулась к его спине.

Ревность заставила меня скукожиться и зажмуриться. Я нужна Марко только ночью, днем он будет с Патрицией.

Нацепив очки, я выползла из машины, не отходя от Альбы и Винни, но внимательно следя за Марко и Патти, которые стояли, прижавшись к друг другу. Клянусь, я чувствовала на себе пристальное внимание обоих. И если Марко смотрел на меня с тоской и некой нежностью, то Патти с пренебрежением как на пустое место.

Конечно, мы же теперь соперницы.

– Неприятная она. – заключила Альба, разглядывая Патрицию. – Нет ещё и дня как она замужем, а уже строит из себя королеву Италии.

– Оставь её, имеет право. – Я гордо, себе же на удивление, прошла к ним, натянув улыбку. – Добрый день!

С моей стороны было нагло себя так вести, но я не удержалась. Хотелось подсознательно показать Патриции, что сколько бы она не липла к Марко, он любил меня и хотел быть только со мной.

– Привет. – поздоровалась со мной Патриция снисходительно, видимо желая со своей стороны напомнить мне о своём месте. Я могла бы бросить ей вызов, но не хотела создавать Марко ещё больше проблем, поэтому с невозмутимым видом обратилась к Марко:

– Можно сесть в самолёт? – я держала дистанцию. Была настоящей паинькой. Не к чему придраться.

– Конечно, Лилия. – мягкий голос и улыбка на его губах давали мне понять, что я делаю всё правильно, поэтому я повернулась на пятки и направилась внутрь самолёта. Солнце палило неумолимо, и хотелось поскорее спрятаться от жгучих лучей.

На трапе я ощутила горячую ладонь у себя на бедре, удерживающую и подталкивающую наверх. Меня бросила в жар и спина покрылась потом. Марко стоял за моей спиной. Он был рядом. Римлянин выбрал меня.

Он помог мне подняться и повёл в маленькую комнату, напоминающую кабинет. Я ничего не говорила, просто следовала за ним.

– Непривычно видеть тебя такой покладистой. – Марко усмехается, подходит в плотную и проводит рукой по моей шее, рассматривая бьющуюся жилку. Не знаю, что ему сказать, облизываю губы. – Хотел поговорить с тобой.

– О чём? – Становится страшно, что он бросит меня.

– Некоторое время мне придётся поиграть роль порядочного семьянина, любящего до упомрачения свою молодую жену. – Марко заставил меня посмотреть ему в глаза, он хотел, чтобы я внимательно слушала каждое его слово. – Мне не нравится перспектива ублажать самолюбие Патриции, но выбора у меня пока нет. Нужно пережить предстоящий ужин со старейшинами и предстать перед ними как сильный и добропорядочный итальянец. Чтобы это осуществить, нужно подыграть Патриции. Очень уж она хочет побыть любимой женой.

Не удивительно, что Патти ставит условия Марко, она знает на что давить.

– Я не буду мешать. – говорю Марко и обхватываю его руки своими, желая, чтобы он никогда не отпускал меня. Не могу скрыть ревность, очень больно думать о Марко и Патти, ему же придётся спать с ней. Он будет получать удовольствие?

– Можешь не ревновать, она не привлекает меня как женщина. – Римлянин словно читает мои мысли. Марко сдавливает лицо, трогает жадно губы. – А вот ты напротив… сводишь меня с ума с самого Калининграда. Неугомонная…