Элен Форс – Поиграй с огнём (страница 7)
Высоко вздёрнутый подбородок и ленивый взгляд так и размазывает твоё чувство достоинства по асфальту.
Значит вчера, отвечая на поцелуи, она не может от меня отбиться? Прямо просто так и отталкивает от себя. Только строит из себя неприступную, а сама виляет задом перед мужиками и заманивает к себе.
- Эй, проваливай отсюда. – Влад толкает меня с дороги. Водитель решил поиграть в крутыша Такое не прощают. Со мной не прокатит.
- Эй? – переспрашиваю насмешливо. – Я думал на службе Вас учат быть более вежливыми, ты же представитель власти.
- Здесь я не по долгу службы. – отвечает он, растягиваясь в оскале, хочет подчеркнуть свою связь с Евой. А не слишком ли он стар для неё? Не по долгу службы? Что за?
Смотрю как Ева жмётся к нему. Так она не врала про то, что встречается с ним? Если у неё с ним отношения, то почему вчера ждала меня после занятий?
Обтирается сиськами о его спину, желая прижаться по сильнее.
- Вот как. – меня выворачивает всего. Какой же я дебил. Запал на красивые глазки и белые кудри и поплыл, прибежал прощения у неё просить. Олигофрен. - И всё же, я не тебе не «Эй»!
Руки сами идут в атаку. Ударяю Влада в солнечное сплетение, он не ожидал, что я его ударю. Сгибается. Когда начинает переть на меня, ухожу от удара и бью в нос, челюсть, сбиваю с ног. Хреновый из него военный, правильно делает, что водит машину. Это всё на что он способен.
Ева налетает на меня как голубь на хлеб. Бьёт маленькими ладошками по плечам, груди. Не ожидала такого исхода? Думала, что сможет бесконечно вытирать ноги о меня?
- Какой же ты урод! Проваливай отсюда. Тебя нужно в тюрьму посадить, тебе там самое место!
- Знаешь, сколько раз я это слышал? – спрашиваю её, перехватывая тонкие руки. От неё пахнет персиком. Еле сдерживаюсь, чтобы не поцеловать, сглатываю слюну. Она смотрит на меня с неподдельным страхом, но впитывает каждое слово внимательно. – Ты самая настоящая дешёвка, Ева. Строишь из себя неприступную королеву, но ведёшься на каждый хер. Залезла даже на водителя папочки. Как шаблонно, Ева.
Принцессу отшатывает от меня. Замечаю, как в глазах скапливаются слёзы. Ей никто никогда не смел ничего говорить подобного, она глупо открывает и закрывает рот, опускается к Владу и берёт его за руку.
- Можешь встать? – спрашивает у него сквозь тихие всхлипы. Мне становится жаль её, начинаю жалеть, что обидел. Даже сейчас, после всего сделанного и сказанного, мне невыносимо смотреть на её слёзы. Как же крепко я влип с белокурой. На что я действительно рассчитывал, когда увязался за Евой? Мы из разных миров, между нами не может быть ничего.
Нужно срочно выбросить её из головы.
Со мной никогда так не разговаривали. Никто не смел меня так оскорблять. Я не заслуживаю такого обращения! Что я сделала ему такого, чтобы он называл меня дешёвкой?
От обиды слёзы рвутся наружу. Мне хочется рыдать от горя. Гром был единственным парнем, кто целовал и держал меня за руку. Я никогда никого не подпускала к себе, никто никогда не волновал меня прежде. А теперь, он говорит, что я ведусь на каждый хер?
Хотя, на что я рассчитывала, когда позвала Влада в школу? Теперь у него из-за меня проблемы. Нет! Это из-за Грома у нас у всех проблемы!
Закрываю пылающее лицо руками и спускаюсь по стене. Как же низко я пала. Нужно думать об учёбе. Вот чем я должна заниматься. Правильно расставленные приоритеты помогают жить и достигать успехов. Нельзя отвлекаться на таких парней как Гром.
- Как ты вообще до такого додумалась? – спрашивает папа, влетающий в комнату на всех порах. – Представить Влада как своего парня?
- Хотела, чтобы он отстал от меня, перестал приставать. – Признаюсь ему. Глупо скрывать теперь правду. – Я не думала, что всё так получится.
- Он приставал к тебе? – глаза папы опасно темнеют.
- Не в таком смысле. – Тут же говорю ему, пока он не напридумывал себе ничего лишнего. – Просто предлагал встречаться, встретил у школы. Больше ничего.
Впервые вру папе, не говорю о нашей встрече, о поцелуях.
- Я проучу его. Он у меня в Сибире забудет, что такое здоровье. – папа может испортить жизнь Грому, это вполне в его власти. Он практически и есть власть в нашем городке.
- Не нужно, не трогай его. – прошу папу, цепляясь за его руку. – Это подростковые волнения, не нужно его сажать в тюрьму за такое. Здесь нужно разбираться с ним на другом уровне.
- Он избил Влада! – напоминает отец. – Если я прощу ему такое, все подумают, что я стал сдавать!
- Но он избил Влада ни как военного, как моего… выдуманного парня. – добавляю и кривлюсь. – Здесь ты можешь поговорить с ним как отец с непутёвым ухажёром. Отчитать. Пригрозить.
- Ухажёром? Ева! По этому Адаму Громову плачет тюрьма. Он весьма известный персонаж, чтобы ты знала. Он стоит на учёте в полиции, если он попадётся хотя бы ещё раз на любом мелком преступлении, его посадят. Сейчас он работает в шиномонтажке, чтобы заработать себе баллы и показать, что он на пути исправления, но такие люди как он не меняются. Я поражаюсь, как он вообще поступил в университет и получил место в общежитии. Он дебил конченый.
- Наверное. – глупо выдыхаю, прикусывая губу. Мне хочется возразить, что Гром не глупый и вполне себе воспитанный, просто ведёт себя грубо. – И всё же, разбираться с ним твоими методами будет неправильно. Оставь его, мальчик скоро перебесится и отступиться. Ему скорее всего никогда не отказывали прежде.
- Почему ты так защищаешь его? – настороженно спрашивает отец и заставляет посмотреть мне в глаза. – Он тебе нравится? ЕВА!
Я должна сказать папе нет, но вспоминаю поцелуй, теплоту его ладони и слова застревают в горле. Не могу сказать ничего. Глаза папы округляются, он не верит в происходящее, как и я.
Я начинаю громко плакать. Меня топит болью от осознания, что я глупо влюбилась в незнакомого парня. Если бы он был моим одноклассником, мы могли бы встречаться делать вместе уроки, думать о поступлении в университет. Но с Громом у меня не могло быть ничего общего.
- Я понимаю, что мы не пара и между нами ничего не может быть. – тут же говорю ему на одном дыхании. – У нас нет ничего общего, нам даже разговаривать не о чём и любые отношения могут помешать моей учёбе. Поэтому я попросила Влада притвориться моим парнем, хотела чтобы он понял, что я не одна и отстал. Лишний раз говорить с ним, я не хочу. Даже пересекаться – не собираюсь.
Говорю я практически правду, полиграф подтвердил бы мои слова, и папа верит.
- Можно я пойду сегодня на дискотеку? В моей жизни так много учёбы, что крыша едет. Наверное, поэтому мне и понравилось чужое внимание, тут нет ничего такого. Потанцуем часик с Катей и до девяти я буду дома. – прошу папу, вытирая слёзы. Мне действительно хотелось глотнуть свежего воздуха и попробовать что-то новое.
- Ладно. – соглашается папа, что такая редкость. – Ева, ты должна сама понимать в первую очередь, что этот парень тебе не партия. Все эти мелкие чувства быстро разобьются при более тесном знакомстве. Ты хочешь поступить в медицинский, уехать отсюда, а Громов сгниёт тут в какой-нибудь общаге. У Вас разные цели. Тебе будет хотеться ходить в кино, на выставки, в театры, а он будет хотеть пива и орешков. Страсти быстро затихают. Ничто не убивает отношения так как бедность.
- Согласна с каждым твоим словом, папа.
Сегодняшние слова Грома подтверждают это, он умеет только оскорблять и махать кулаками. Мне показалось, что он благороден, но эта была просто его стихия. Парень пытался понравиться мне и недолго держал свой характер в узде. Сегодня он показал своё истинно лицо.
Когда папа уходит, я пишу Кате, что пойду на танцы. Подруга очень удивляется. Я впервые выбираюсь на такое мероприятие. Это будет первая дискотека в моей жизни.
Надеваю чёрные джинсы, удобные ботинки и топ с длинными рукавами и открытой спиной. Выглядит стильно и не вызывающе. И танцевать будет удобно. Цели подцепить кого-нибудь из парней у меня не было.
Мы встречаемся с подругой у развлекательного центра, где проходят дискотеки для молодёжи. Тут устраивают танцы для школьников старших классов и студентов. Вход строго по пропускам и тут нет никакого алкоголя.
Администрация города наивно решила, что лучше они сами будут организовывать досуг молодёжи и контролировать его, чем она сама накурится и напьётся в дешёвом баре. Как же они ошибались. Тут царил самый настоящий разврат и неразбериха.
- Ева, ты опять как монашка. Мне будет стыдно рядом с тобой. – возмущается Катя. Подруга одела на танцы кожаные шорты и блузку с длинными рукавами. Выглядела она очень сексуально. Пока мы шли к входу, несколько парней оглянулись на неё. – Могла бы накраситься.
- А что не так с моим видом? – не понимаю искренни я.
- Он не стильный понимаешь? Ты очень простенько выглядишь в своих джинсах и топе чёрного цвета, не на каблуках. Как белая мышь – бледная!
- Я иду танцевать, мне даже выгодно, если на меня никто не обратит внимания! - Чтобы ничего не потерять, я взяла с собой крошечную сумку, куда вмещался только телефон, банковская карта и резинка для волос. Цели кого-то соблазнить у меня не было.
- Привет! – К нам подбежали девчонки из нашей школы. Они все были на каблуках и в пёстрых нарядах. Каждая была красивее другой. – Ева, ты тоже пришла? Неужели тебя отпустили?