Элен Форс – Поиграй с огнём (страница 24)

- Прости. – выдавил я сквозь зубы, делая над собой усилие и стараясь не смотреть на водилу. Если я сорвусь ещё раз, то потеряю Еву. – Я как увидел гематому, потерял связь с реальностью.

Сейчас Еву прорвёт, она скажет что-нибудь унизительное, подтвердит при всех, что я неуравновешенный псих и не стою даже кончика её мизинца. Принцесса сжимает бутылку, смотрит на меня своим бледным личиком и молчит, сейчас она тщательно обдумывает свои слова.

- Потом поговорим. – говорит наконец она, не желая ссориться со мной при посторонних, и за это я ей очень благодарен. Даже выдыхаю с облегчением. – Я хочу домой.

- Мы отвезём Вас. – бросает Генерал недовольно и открывает дверь в машину. Меньше всего мне хочется ехать сейчас с ним.

- Спасибо. – говорит Принцесса и забирается внутрь, оставляя меня за бортом. Не мог Генерал так быстро переобуться и смириться с моей кандидатурой в зяти, тут определённо был какой-то скрытый мотив. – Адам, ты не поедешь с нами?

В голосе Евы были насмешливые нотки, она смерила меня уничижительным взглядом. Я мысленно выругался и забрался следом. Было жестоко с её стороны так делать, заставлять меня прогибаться низко – низко, но я готов простить ей это. Я был виноват, переборщил и теперь расплачивался за это. Будем считать, что это моё наказание.

- Сколько у тебя осталось экзаменов? – спрашивает Генерал у Евы.

- Как будто ты не знаешь. – говорит Принцесса, шмыгая носом. Она испугалась и теперь дрожала. Я обнял её, чтобы успокоить, но она скинула мою руку, не желая прижиматься ко мне при отце. Это было объяснимо, но обидно. Я поморщился и отвернулся к окну.

Круто. Мы живём в одной квартире, а обнять мне нельзя тебя.

- У тебя выпускной на следующей неделе, ты купила себе уже платье? Выбрала что-нибудь интересненькое? – спрашивает заигрывающе Генерал, а я чувствую меня прошибает в пот. Я не подумал о том, что Еве понадобятся всякие безделушки для выпускного. Она не просила ни на что денег и не говорила мне ничего.

Еле сдержался, чтобы не выругаться вслух. Генерал решил пройтись по мне, указать на несостоятельность. Якобы с ним лучше. Генерал хотел напомнить о своём кошельке, который был так нужен Еве.

- Да. – ответила она сухо, закусывая нижнюю губу и я понял, что для Евы это была больная тема. Значит, она думала об этом и молчала. – У меня есть платье.

- Не знаю, какое ты себе там купила, но я попросил Риту прислать тебе что-нибудь. Подумал, что ты забудешь с экзаменами о нём. Пусть это будет моим подарком для тебя. – Глаза Евы загорелись, она приоткрыла рот и рванула вперёд. Генерал засмеялся. Козлина.

В чём-то дядя был прав, когда говорил, что любовь греют безделушки.

- А она прислала? – спрашивает Ева с нескрываемым диким интересом.

- Да… - протягивает Генерал, и могу поклясться, что он смотрит на меня в зеркало заднего вида.

- Я хочу увидеть его! – завопила Ева, растаптывая мою гордость. В её голосе было столько девичьего восторга и беззаботности.

- Так поехали домой!

- ДА!

- Ева… - напоминаю о себе, чувствуя себя лишним. – Высадите меня, я пойду домой, у меня есть дела.

- Какие? – Всё-таки Ева не удерживается и огрызается. – Нарваться на новые неприятности? Я хочу, чтобы ты поехал со мной.

Рядом с отцом она снова превращается в капризную принцессу, где мир вертится только вокруг неё. Это сильно задевает, но я сдерживаюсь, откладывая эмоции на потом.

- Как скажешь, Принцеса. – говорю ей сквозь зубы, подчиняясь приказу.

Ева.

Папа решил вернуть меня и делал всё, чтобы примириться. Было видно, как сильно он зол из-за происходящего и как старается сдержаться, он быстро разобрался со всеми в отделении полиции и даже молча освободил Грома, которому сулил срок. Мне не пришлось даже просить его об этом.

- Возможно я бы поступил также на его месте. – бросил он мне, качая головой. Было странно услышать такое от него. Я была очень зла на безрассудство Грома и собиралась с ним серьёзно поговорить по возвращению домой. Мне не хотелось носить ему передачки в тюрьму, у меня были другие планы на будущее.

Я была очень рада, когда папа предложил нас подвести, а вот Адам - нет. Его всего передёрнуло. Я испугалась, что он набросится на нас с кулаками. Он согласился поехать только из-за чувства вины. А мне жутко хотелось позлить Адама.

Чёрная злость так и кипела во мне. С его стороны было очень безответственно махать кулаками в общественном месте при наличии условного срока.

Лицо Грома стало чернее грозовой тучи, когда мы направились домой.

Сегодня папа играл роль доброй феечки, он даже заказал мне платье на выпускной в Москве. За это я хотела его уже простить, расцеловать и заобнимать.

Я была не дома практически месяц, каких-то тридцать дней. Тут ничего не изменилось, а мне казалось, что меня не было целую вечность. Хотелось плакать и смеяться. Как же я соскучилась по дому!

Мы прошли в дом, и я сразу же побежала к себе, чтобы посмотреть на платье. У Риты был безупречный вкус, она собирала моделей на съёмки. Ни секунду не сомневалась, что она выбрала для меня шедевр.

На кровати лежал тяжёлый чехол с платьем. Я взвизгнула от радости, стала открывать его с нетерпением. Всё-таки тридцать дней я не покупала себе ничего красивого.

У меня в руках оказалось платье нежно-розового цвета, оно напоминало наряд бабочки: лёгкое, воздушное, невесомое. Ткань струилась сквозь пальцы. Захотелось поскорее его примерить.

Я обняла его, прижала к груди и жадно вдохнула запах нового, дорого платья.

- Очень красивое платье. – заключил Гром, стоящий позади меня. Выглядел он так, словно из-за меня мы сегодня попали в отделение полиции. Надутый и злой. – У этой Риты есть вкус.

- А что тебе не нравится? – спрашиваю его прямо, раздражаясь на его реакцию. – Это платье от папы, а не от поклонника. Или ты его хочешь изуродовать, чтобы обозначить свои права на меня?

- Нет. – отвечает он уже более мягко. – Я признаю свою вину. Было необдуманно.

- Необдуманно. – поднимаюсь на ноги и зло ударяю его в грудь. – У тебя условный срок, Адам. Любое нарушение правопорядка может засадить тебя надолго. И что тогда? Я люблю тебя, Адам, но не настолько, чтобы пожертвовать всем и перебраться в глушь поближе к зоне, где ты будешь из мякиша фигурки лепить. Я не хочу лишиться будущего из-за твоей необдуманности.

Мои слова могли бы его задеть, но Адам встрепенулся. Парень сильно обхватил мои плечи и сжал их, впиваясь в меня горячими глазами.

- Любишь? – спрашивает он пытливо, и я прикусываю губу, понимая, что ляпнула. Краснею, не знаю, как теперь вывернуться.

- Да. – отвечаю ему тихо, испытывая неловкость. Голова кругом. Как я могла такое допустить, хотела отругать его, а призналась в любви.

- Я тоже очень сильно люблю тебя, Ева. – говорит Гром и неожиданно становится на колени, обхватывает руками ноги и прижимается лбом к коленям. – Я как представил, что он мог сделать, если бы я не подоспел, так вышел из себя. Это было ошибкой, но не переживай, такое больше не повторится. Буду держать себя в руках. Ради нашего будущего.

Запускаю руки в его непослушные волосы, переставая злиться на этого несносного парня. Злость улетучивается.

- Если такое повторится, я уйду от тебя. – говорю с тяжёлым сердцем, не уверенная, что смогу на деле сделать это. Гром въелся в моё сердце, стал тем механизмом, который заставляет его биться. – Ты позволяешь эмоциям брать вверх. А порой одна маленькая ошибка способна погубить тебя, перечеркнуть всю свою жизнь.

- Не позволю этому никогда случиться. – убеждённо говорит он, а я опускаюсь к нему и целую в губы, желая ощутить их вкус. Мне не хватало его тепла, хотелось его силы. В машине Гром пытался обнять меня, а я сбросила его руку из вредности. – Давай, уйдём, мне не уютно здесь.

- Нет. – смеюсь и треплю его непослушные волосы. – Нужно примириться с папой, уважить его и отужинать с ним. Как минимум, папа вытащил нас, отмазал.

- Хочешь наказать меня значит? – уточняет Гром и наиграно вздыхает. Ничего не отвечаю ему, надуваю губы.

Мы спускаемся на кухню, где уже накрыт стол на троих. Отец садится во главе, как и всегда. Понимаю, чего стоит ему такой ужин. Он практически наступил себе на горло. Я подхожу и целую его в щёку, чтобы поблагодарить.

- Платье чудесное. – говорю ему, обнимая крепкие плечи. – Оно просто фантастическое. Никогда красивее ничего не видела.

- Рад, что тебе оно понравилось. Садитесь.

Папа успел переодеться в домашнее, но даже так он выглядел слишком по армейски. Я ни раз видела, как люди шарахаются от него, теряются и не знают, что сказать в его присутствии. Гром же наоборот воспринимал в штыки любое доминантное поведение отца.

- Мы ненадолго. Завтра Адаму на работу, а мне нужно заниматься. – Понимаю, что долго Гром не продержится. Он и так напоминает странную копию себя, сидит ни живой ни мёртвый с маской на лице, только зубы скрипят.

- Хорошо. Расскажи мне, ты готовишь документы для поступления? Мне вчера звонили из института Пирогова и сказали, что ждут только диплом. Они очень впечатлены твоими успехами. – папа посеял зерно сомнения с невинным видом, я видела, как напрягся Гром при упоминании столичного университета. На лице застыла маска, только глаза прожигали во мне дыру.

Глава 11.

Мы не говорили. Между нами образовалась пропасть. Холодная и пугающая. Такого не было между нами прежде. Жизнь бросила нам первый вызов и пока мы плохо с ним справлялись.