Элен Форс – Как скажете, Пётр Всеволодович! (страница 49)

– Я делаю всё для этого.

Обед проходит напряжённо, но родители постепенно оттаивают.

Мы с Петром принимали дома только Арслана, нашего единственного друга. Мне было непривычно выступать в роли хозяйки, жены Баженова. Я не могла пока даже привыкнуть к тому, что в доме у нас есть прислуга.

Когда мы закончили ужинать, Мария – наша горничная, стала убирать со стола, а мы пришли в гостиную, чтобы продолжить разговор и распить вино. Я лишь нюхала виноградный напиток, который сводил меня с ума своими виноградными нотками.

– Отдыхайте, завтра мы покажем Вам город. – Пётр очень старался быть любезным. За время пребывания здесь он отпустил бороду и перешёл на более небрежные стрижки. Так он больше походил на своего деда – самого настоящего графа Баженова, который строил империи.

Мне нравилась его аристократичность и лёгкая первобытность.

– Мы не устали. – язвит мама и устраивается на диване по удобнее. Она злится, что её обманули и хочет наказать нас за это.

– Тогда вот ещё вино. – в знак примирения я достаю ещё бутылку вина.

+++

– Почему меня не покидает ощущение, что мы в браке лет пятьдесят? – спрашиваю мужа, нанося крем на лицо. День выдался нервным и длинным, мама не была простым человеком и любила пить кровь.

– Не преувеличивай. – Баженов сладко зевнул, рассматривая меня в кружевной пижаме. Я напоминала гусыню, плавно переставляющую ноги. – В отличие от тебя, это у меня второй брак, я не так разбираюсь хорошо во всех этих тонкостях, но, по-моему, всё у нас хорошо.

– Ха! Ха! Ха! – бросаю в него подушкой. – Ты будешь всю жизнь напоминать мне, что ты у меня второй?

Прекрасные глаза мужа мутнеют. Он ничего не говорит, но вспоминать об Артёме ему не нравится. Баженов – ревнивый собственник.

– Я первый. Единственный. Последний. Другого у тебя не будет. Это самое главное.

– С чего ты решил? – дразню его. – Мама с удовольствием найдёт мне третьего мужа.

Пётр хватает меня и укладывает на кровать, зажимая и заставляя посмотреть на меня.

– Даже не шути так! – цедит он, а я заливисто смеюсь. У меня восьмимесячная гарантия, что никуда я от него не денусь, а он умудряется ревновать. – Что смешного?

Кусаю его. Хочу позлить. Мне нравится, как горят глаза и играют скулы на щеках, когда он злится.

– Маленькая поганка. – шипит он. – Я тебе припомню ещё!

– Ну попробуй…

В дверь стучат. Мы замираем. Прислуга никогда не беспокоит нас.

Дверь распахивается, и мама заходит в комнату с видом строгой учительницы.

– Можете проявить уважение? – недовольно ворчит она. – Вы не одни в этом доме. Мы не обязаны слушать ваши охи и ахи. Можно же и потерпеть, Пётр Всеволодович.

С этими словами она уходит и закрывает за собой дверь. Нас пробирает истерический смех.

– Она серьёзно? – сквозь слёзы спрашивает муж. – В моём доме я должен терпеть?

– Мама такая… – у меня начинается истерика. – Кого угодно скрутит по рукам и ногам!

Баженов откидывается на подушках, и я устраиваюсь поудобнее у него на плече. Мне нравится засыпать, уткнувшись носом в его подмышку.

– Они надолго? – спрашивает он, поправляя трусы, оттянутые в сторону каменным членом.

– Не знаю. – честно отвечаю я. – Вчера они планировали погостить у нас недельку, но теперь боюсь, они пробудут у нас дольше, желая убедиться, что мне ничего не угрожает.

– Предлагаю завтра навестить Арслана… у него в доме много комнат… Можем затеряться в одной из них!

Пролог.

– Особо хочется отметить заслугу семьи Баженовых, наших главных и особых спонсоров. – продолжала зачитывать текст девушка монотонным голосом со сцены под блеском софитов. – Благодаря их помощи, нам удалось не просто собрать нужную сумму для строительства школы, но и сформировать дотации для многодетных семей…

Я видела с каким нетерпением муж елозил на стуле, распустив галстук. Петру было скучно сидеть на таких мероприятиях и слушать унылые речи. Последнее время он одомашнивался, предпочитая семейные посиделки деловым ужинам.

– Может быть прогуляем? – просил он меня весь день, желая избежать церемонной вечеринке. Очень уж ему хотелось сбежать с благотворительного вечера.

– Осталось немного. – постаралась его успокоить, сжала руку и снова повернулась к сцене, чтобы не упустить ничего.

– Прошу Викторию Алексеевну Баженову сказать несколько слов. Давайте встретим её. – лёгкие аплодисменты должны были меня подбодрить, но сердце ухнуло вниз. Я думала, что попросят Петра сказать пару слов о фонде, но эта честь выпала мне. Уверена, что тут не обошлось без Баженова.

Пётр сжал руку и показал всем своим видом, что он со мной.

Встаю на негнущиеся ноги и иду на сцену. Сегодня я отдала предпочтение облегающему костюму зелёного цвета.

– Добрый вечер. – поприветствовала я всех собравшихся. Многие из них были нашими коллегами в мире бизнеса, кого-то я видела впервые. – Хочу поблагодарить каждого за маленький вклад в большое дело. Я, как сейчас, помню с чего начинался этот маленький проект. Мы хотели построить школу, чтобы детки могли учиться, получать знания и не ходить в пять смен… Постепенно маленькая школа превратилась в передовое учебное заведение, которое позволит каждому желающему пробить себе тропу в будущее. Мы создали материальную поддержку для семей, которые не могут себе позволить репетиторов, кружки, чтобы их дети не отказывали себе ни в чём и могли получить достойное образование. Я искренне горжусь нашим успехом и хочу, чтобы эта школа стала одно из немногих…

Я горжусь тем, что делаю и горжусь, самое главное, собой.

С поддержкой Баженова мне удалось стать тем, кем я хотела всю жизнь. Я стала независимой, сильной бизнес-леди. Под моим руководством стартовали замечательные проекты, которые удостаивали наград.

Вместе мы стали сильнее. Мы идеально сочетали в себе рабочую синергию и семейную гармонию, дополняли во всех начинаниях.

Рядом с Артёмом мне приходилось сдерживаться, не расправлять плечи, чтобы не задевать его гордость и мужское самолюбие. Пётр же помогал мне, учил и делился знаниями. Его радовали мои карьерные достижения.

Мы растили и воспитывали нашу дочку в абсолютной любви вместе, разделяя обязанности. Потеряв в раннем возрасте семью, Баженов навёрстывал упущенное, отдавал всего себя.

– Ты была великолепна. – хвалит меня муж, увлекая и отгораживая от всего мира. Он стал ревнивее, чем прежде. – Блистала как яркая звезда на этой сцене.

– Нам пора домой. – напоминаю ему. – Малышка не ляжет спать без нас.

Дочка никогда не засыпала без сказки на ночь в исполнении любимого папочки.

– Ты права. – мне нравилось, когда он соглашался со мной. Деспотичный на работе и невероятно заботливый и ласковый дома Пётр возбуждал меня своей многогранностью.

Мы добрались домой за минут пятнадцать. Благо, не было пробок.

– Графиня! – Мария умоляюще просила дочку лечь в кровать. – Если Ваша бабушка увидит, что Вы до сих пор не спите, она мне голову открутит.

Главной страшилкой в нашем доме была моя мама.

– Не хочу! – капризно ответила наша графиня. Дочка получила такое прозвище за несносный и избалованный характер. Она с самого рождения управляла людьми. В этом она была немного в мою маму. – Папа! Мама!

Увидев нас в дверях, она сорвалась с места и понеслась к нам, широко раскинув руки.

– Любовь Петровна, что за капризы? – удивился Пётр, поглаживая дочь по голове. – Что за поведение?

Любовь, наша маленькая дочь и графиня Баженова, надула губки и прижалась к мужу.

– Просто я не могу спать без вас. Мне снятся кошмары!

– Хочешь сказку?

– Да. Хочу Гарри Поттера.

– И снова Поттера! – смеётся Пётр, он теперь может все книги наизусть декламировать. – Как скажешь, но мне нужно переодеться.

Я подхватываю Любу на руки и несу в комнату, поглаживая дочку по спине.

– Расскажи, что делала, пока нас не было…

Мне нравится наша уютная жизнь. Ни на что бы её не променяла. В ней всё было как нужно. Как я мечтала.