Элен Блио – Ты не моя (страница 7)
Вообще, осознание всего происходящего, мне кажется, до меня все еще не до конца дошло.
Это до меня как до жирафа…
У меня есть дочь. Родная дочь. Значит, когда Яна хотела со мной уехать она уже была в положении. И когда я лежал в больнице, избитый по приказу её отца, и будущего мужа, она, наверняка уже знала о ребенке. И не избавилась от него.
Вышла замуж, будучи беременной. Знал ли об этом муж? О том, что она ждет малыша? Вполне возможно, что сначала и не знал, а потом? И как она решилась оставить ребенка в этой ситуации? И почему она его оставила?
Миллион вопросов.
И я не уверен, что найду ответы…
- Чего ждешь, великан? Вперед! Нельзя заставлять женщину ждать. Это мы должны их ждать, а они нас – нет. Се ля ви!
Выхожу из палаты, и только теперь вспоминаю, как встретил Яну в первый раз и тоже назвал Яна-несмеяна…
Глава 6
Озноб продолжает колотить несмотря на то, что я уже в клинике, и тут довольно тепло.
Доктор – женщина лет сорока, очень внимательная, сосредоточенная, немногословная, но дружелюбная. Обещает сделать все возможное, чтобы сохранить беременность.
А мне страшно.
Страшно, потому что я сразу вспоминаю то, как я лежала на сохранении, когда ждала Златика. У меня были небольшие проблемы, ерунда, можно было бы обойтись без госпитализации, но я буквально умоляла врача выдать направление. Настолько плохо мне было тогда в доме мужа… Тогда в соседней палате лежала девочка, у которой внезапно началось кровотечение, малыша она потеряла. А лечащий врач убеждала её, что все к лучшему.
- Вы не понимаете, молодые еще, но, если что-то идет не так – природа сама решает вопрос. Да, радикально. Либо «замершая», либо вот так. Возможно, у плода были проблемы. Сохраняя такие беременности, мы часто идём против природы. А потом сокрушаемся, когда дети больные рождаются, с кучей диагнозов…
Я была в шоке, услышав ее слова. Просто в шоке! Как можно говорить такое девушке, которая только что пережила такую драму! Я возмутилась, высказалась, по поводу такого отношения.
Мне реально тогда было так нехорошо, словно это не девочка-соседка, которую я в общем-то и знать не знала, а я потеряла малыша, мне плохо, у меня разбиты все надежды.
Да, я в тот момент ненавидела Славу, считала его предателем, который просто тупо продал меня за бабки.
Но его ребенок… Его ребенок был частичкой меня. А еще частичкой той большой любви, которая, как я считала у меня была.
Да, пусть Слава оказался таким трусливым и подлым, пусть ему оказались важнее деньги и перспективы. Но я… я-то любила его по-настоящему!
И малыш был плодом именно моей любви!
И я очень хотела сохранить ребенка.
Доктор, которая разговаривала с соседкой пришла ко мне. Я не очень хотела её видеть, и сначала не готова была выслушать, но то, что она сказала в итоге меня потрясло.
- Понимаешь, что ей сейчас лучше верить в то, что все произошедшее к лучшему? Если она продолжит страдать, винить себя, винить весь мир, дело может закончится плохо. Каждую последующую беременность она будет подсознательно ждать беды, а беды они такие – если их ждать, они приходят. Все это очень влияет и на отношения с мужчиной. Вплоть до разводов. Мужики они, знаешь ли, не сильно-то любят всякие женские болячки. Поэтому, пусть лучше верит, что природа, естественный отбор, сделали свое дело. Тем более, что реально это факты доказанные.
Я долго думала над словами врача и в конце концов поняла, что, наверное, всё-таки она права.
Но всё равно, несмотря на те её слова про естественный отбор, сейчас я надеюсь, что с моим малышом все будет в порядке.
Несмотря на все стрессы.
Господи, пусть это будет так!
Лежу на кушетке, Доктор наносит на мой живот специальный гель, берет датчик, начинает водить медленно, а у меня уже сердце колотится как бешенное – сейчас я снова увижу крохотную маленькую копию человечка, который живет внутри меня.
Краем глаза замечаю движение, кто-то зашел в кабинет. Кто-то очень-очень высокий. И я опять дрожу.
Когда-то я мечтала сказать ему о своей беременности, думала о том, как он обрадуется. Как мы вместе пойдем на УЗИ, чтобы увидеть человечка, в появлении которого мы оба участвовали. Мне казалось, что Слава будет счастлив, когда на экране появится малюсенькая горошинка!
Господи, почему мне так не везет…
Чувствую слезы, накатывающие непроизвольно, и тут же моя ладонь оказывается в его руке. Слава переплетает пальцы с моими, садясь на стул, стоящий рядом со мной.
- Всё будет хорошо…
Смотрит так серьезно.
- Смотри не на меня, смотри на монитор… видишь? – киваю туда, где на сером экране уже виден смутный силуэт…
Доктор улыбается сдержанно, показывает ребенка, объясняет коротко, какого он размера, что уже сформировалось, а что только должно появиться. Говорит еще что-то, попутно измеряя эмбрион – это она так называет, но для меня эмбрион слишком безликое слово. Какое-то сухое, протокольное.
Это не эмбрион, это мой мальчик. Очень хочется, чтобы был мальчик.
Защитник.
Опора моя и надежда.
Улыбаюсь, опять глаза на мокром месте – на этот раз уже от счастья.
Перевожу взгляд на Славу, он в тоже мгновение поворачивается ко мне.
И снова его глаза такие серьезные, словно… словно он хочет прочитать мои мысли.
Ох, Слава… Мысли у меня очень простые. Элементарные.
Хочу…Хочу, чтобы с моим малышом все было хорошо. Хочу, чтобы весь кошмар, в который превратилась моя жизнь закончился. Хочу…
Если совсем честно, хочу машину времени. Отправиться обратно на три года. Рассказать себе тогдашней что мне надо делать, а что не надо.
Или просто вернуться в то время. Безмятежное, счастливое. Когда мне казалось, что впереди только все самое хорошее.
Я молодая, красивая девушка, из достойной семьи, учусь в одном из самых престижных ВУЗов. Я живу легко, проблем у меня почти нет.
На меня обращают внимание интересные молодые люди, приглашают на свидания, дарят подарки, признаются в любви. Правда, ни одному не удается по-настоящему тронуть моё сердце.
Пока в один не самый прекрасный вечер один очень высокий парень не попадается на моем пути…
Вернее, это я попадаюсь ему.
И это большая удача, что попадаюсь…
Глава 7
Держу её за руку, смотрю в монитор, с каким-то благоговейным чувством выискивая на экране очертания того, что доктор называет – плод, или эмбрион.
А в голове стучит – Яна-несмеяна, Яна-несмеяна…
И снова перед глазами картина, которую, казалось, просто выжег из памяти.
***
Осень. Москва. Центр. Погода, на удивление теплая для столицы. Днем было солнечно, и вечер довольно тихий.
Друзья потащили меня по клубам, разгонять грусть-тоску.
Тоска действительно есть. И грусть.
Не везет мне с прекрасным полом.
Вернее, не везет именно с теми, с кем хотелось бы, чтобы повезло.
С девушками проблем нет. Они всегда крутятся рядом, и много таких, которые не прочь бы со мной, как говорят «замутить». Вот только это «замутить» уже не вставляет. Надоело мутить. Чистоты хочется.
Мне уже казалось – нашел!
Маленькая девочка Надя – реально маленькая, мне едва до груди, но и я два десять, мама смеется, мол, это ей наказание за то, что в детстве не любила стишок про дядю Степу великана.
У Нади и прозвище подходящее – Воробушек. Фамилия – Воробьева. Правда, она не любит, когда я называю ее этим птичьим именем. Потому что ОН так ее называл.