Элен Блио – Пышка для кавказца. И смех и грех (страница 14)

Я лежу. Улыбаюсь.

Он позвонит. Конечно, позвонит.

Пытаюсь заснуть, но не могу. В голове — он. Его руки, его губы, его шёпот.

Начинаю придумывать, как назовём детей. Мальчика — Дагир-младший. Девочку — пусть будет Милана. Красиво.

Харчо я умею. Хинкали — научусь. Борщ — все мужчины любят борщ. Буду готовить, ждать с работы, встречать...

Засыпаю с улыбкой.

Просыпаюсь днём. Солнце уже высоко. Телефон молчит — полнейшая тишина.

Ни звонков. Ни сообщений.

Ничего.

— Занят, — говорю себе. — Работа. Позвонит вечером.

И улыбаюсь от счастья, потому что никогда не было ТАК хорошо!

Вечером ничего.

Пусто.

Ноль.

Зеро…

Больно.

Ночь. Телефон в руке. Экран тускло светит.

Набираю сообщение: «Привет. Как дела?»

Отправляю.

И вижу серую галочку. Одну.

Потом вторую.

Потом сообщение не доставляется.

Проверяю снова. Не доставляется.

Всё так банально…

Я в чёрном списке.

Лежу в темноте. Смотрю в потолок.

Божечки-кошечки...

Какая же я дура.

Глава 12

Просыпаюсь от того, что в комнате слишком светло.

Щурюсь, тянусь к часам на тумбочке — десять утра. Твою ж...

И тут чувствую её.

Рядом. Тёплая, мягкая, спит, уткнувшись носом в подушку. Волосы разметались, плечо оголено, простыня сползла.

Смотрю и не могу оторваться.

Вчера...

Вчера был кайф.

Помню, как вёз её к себе. Как она смотрела на меня в машине. Как зашла в квартиру, огляделась. И как сказала: «Я не готова».

И знаете, странно — я не разозлился. Не расстроился.

Я понял, что уважаю её решение.

Сам не знаю, откуда это взялось. Я, который привык брать, что хочу, и когда хочу. А тут — просто развернулся и повёз обратно.

А потом этот поцелуй у двери.

Она сама. Сама потянулась. И всё завертелось.

Член встаёт снова, только от воспоминаний.

Как я прижал её к стене в прихожей. Как она стонала. Как вошёл в неё — охренеть, какая же она узкая, горячая, сочная.

Первый раз — быстро, жадно. Потом на ковре в гостиной — она сверху, и я смотрю на эту грудь, которая скачет перед моим лицом, и думаю: «Вах, какая женщина».

Потом в спальне. Полез за резинкой — пусто. Только одна оставалась, и та уже использована.

— В ванной у Димы есть, — говорит она.

Иду в ванную. Открываю шкафчик. Вижу коробку. Достаю один.

И ржать хочется, и плакать.

Этот хер тощий... Это даже не мой размер. Это... это мне на палец не налезет, блин!

Возвращаюсь в спальню. Показываю ей.

— Они не налезают.

Женечка смотрит. Потом начинает смеяться. Заразительно так, по-детски.

— Давай попробуем так, — говорит, смущаясь, глазами хлопая. — Я пью таблетки.

— Уверена?

— Да.

Вхожу в неё без резинки.

И это... это просто пушка.

Чувствую её всю. Горячую, живую, трепетную. Она сжимается вокруг меня, стонет, царапает спину. Я кончаю в неё глубоко, с рыком, и падаю рядом.

Потом в душе. Вода горячая, пар, она прижата к стене, я сзади. Снова встаёт, снова вхожу. Не могу остановиться.

Вах...

И вот утро.

Смотрю на неё спящую и думаю: «А ведь она особенная».

Особенная, вкусная, щедрая, гостеприимная, сладкая как мёд и пахлава девочка Женя.

Девочка… Моя девочка…