Элен Блио – Пышка для кавказца. И смех и грех (страница 10)
Волосы развеваются, глаза блестят, губы, припухшие после тех поцелуев в примерочной.
Хороша!
Член снова даёт о себе знать. Стоит, мля…
— Куда едем? — спрашивает она.
— По Патрикам покатаемся. По бульварам. Просто… туда-сюда. Себя покажем, на других посмотрим. Потом поужинаем.
— Я не голодна.
— Я пока тоже не голоден, — усмехаюсь я. — Но уже четыре, мы с тобой почти три часа потратили на болтовню и примерку. Пока будем кататься уже и время ужина. А поужинать надо. Ты же хочешь, чтобы твой Дима увидел тебя во всей красе?
Она замирает. Смотрит на меня.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
Усмехаюсь, подмигиваю ей, а потом…
Потом достаю телефон, набираю сообщение своему безопаснику:
Ответ приходит через минуту:
Убираю телефон. Она смотрит на меня с любопытством.
— Кому писал?
— По работе, — отмахиваюсь. — Расслабься. Сегодня ты — звезда.
Выезжаем на Патрики.
Женечка смотрит по сторонам, улыбается, подставляет лицо солнцу.
Я смотрю на неё. На эти щёки, на эту грудь, которая колышется при каждом повороте, на эти бёдра, которые так и просятся в руки.
Взять, поднять её, к стеночке прислонить и войти до упора… просто вколотиться в эту мягкость! А потом… потом трахать, трахать с упоением.
Сука. Что со мной?
Я же всю жизнь считал, что красивое тело — это подтянутое тело. Что девушка должна быть стройной, рельефной, без лишнего. А эта... эта пышка, мягкая, тёплая, от которой глаз не оторвать.
И ведь вчера ещё я сидел в зале и думал: «Толстуха, Мисс Пигги». А сегодня я готов трахнуть её прямо в машине, на виду у всей Москвы.
Рука сама тянется к её ноге. Гладит колено, поднимается выше. Она вздрагивает, смотрит удивлённо.
— Ты чего?
— Любуюсь, — говорю просто. — Ты красивая, Женя.
— Я пышка. — Усмехается она, показывая ямочки на щеках.
Мля, всегда хотел полизать такую вот ямочку… Интересно, а на попке у неё тоже есть ямочки…
Сук, член как кол, мешает вести тачку.
Но это круто. Пышка она!
Да, еще какая! Отвечаю, поглаживая ножку.
— Я знаю. И мне это нравится. Очень.
Краснеет. Отводит глаза. А мне нравится, как она краснеет.
Круг по Бульварному, круг у Патриарших, едем медленно — Москва весенняя стоит. Вижу, как моя пышка-малышка ловит хайп.
Как с завистью на неё смотрят тощие девицы, выползшие в эту мекку гламура в надежде найти себе кормушку.
Как её разглядывают мужчины — эти завидуют мне, уверен, потому что со мной рядом реальная натуральная красота!
Пока катаемся, беседуем, выезжаю к набережным сделав круг у Кремля, торможу на парковке, выходим у «Зарядья» сделать еще пару фоток.
Она выкладывает.
— Ну что, твой посмотрел?
Женя пожимает плечами:
— Я не интересовалась. Пошёл он.
Пошёл, это точно.
Сжимаю её ладошку, целую, притягиваю.
Целуемся и ветер с Москвы-реки играет её локонами.
Шайтан… Если я её не отымею сегодня — просто сойду с ума!
Подъезжаем к ресторану. Дорогой, пафосный, с вышколенными официантами.
Выходим, я отдаю ключи парковщику, веду её внутрь.
На нас смотрят. Моя Пышка чувствует эти взгляды, чуть сжимается. Я притягиваю её ближе, кладу руку на талию. Моя. Пусть смотрят.
Заказываем ужин.
Она ест, я смотрю, как она ест. Как облизывает вилку. Как откусывает десерт. Как довольно жмурится.
Член стоит колом. Я даже не пытаюсь это скрыть.
— Дагир, — шепчет она, — на тебя смотрят.
— Пусть смотрят, — пожимаю плечами. — Я с тобой.
— Но у тебя...
— Знаю. И что? Это твоя работа.
Она краснеет, прячет лицо в меню. Я смеюсь.
Встаю, иду в туалет. Заодно проверяю телефон. Сообщение от Амира:
Сук, какая подходящая фамилия!
Читаю дальше.
«
Открываю фото. Тощий, нахальный, блондинчик. Смазливый, ладно, хоть не совсем задрот конченный, а то было бы за пышечку обидно.
Козёл, одним словом.