Элен Блио – После развода. Спаси меня, мой Генерал (страница 28)
— Я? Должна? Я вам, Роман Яковлевич, ничего не должна.
— Даже так?
— Именно.
— Вер, правда, хватит, а? Давай нормально поговорим. Просто. Нормально. Я тебя ни в чем не обвиняю.
А вот это уже даже не смешно.
— Еще бы ты меня обвинял.
— Вер!
— Что?
— Почему ты скрыла?
— Скрыла что? Я ничего не скрывала, опять же, повторяюсь, Роман Яковлевич. Скрыть беременность и наличие грудного ребенка очень сложно.
— Но тебе удалось.
— Неужели ты не знал, что я родила? — Мне самой интересно узнать ответ.
Ну, знал же! Земля слухами полнится. Знал!
Армия у нас большая, конечно, но по факту все всех знают. Особенно те, кто вместе учился, кто вместе служил, кто вместе в городке военном жил. Офицерское братство — вещь великая.
Ну и, понятно, без сплетен и слухов не обойтись никак. Гарнизонные жены знают все секреты Министерства обороны. Кто на ком женился, кто с кем спит, кто кого любит, кто от кого рожает.
Зверев мог не знать о моем ребенке только в одном случае, если… если ему было совсем плевать. Наверное, и было.
Сама не знаю почему, но от этих мыслей глаза наполняются слезами. Отворачиваюсь.
Он сам обещал вернуться. Его никто за язык не тянул! Я его отпустила!
Это он дал мне слово офицера.
— Вера…
Молчу. Если хоть слово скажу сейчас — расплачусь.
— Вер… Я… я знал.
Знал!
Вот и прекрасно!
Знал… И что дальше? Что, дважды два сложить не смог? Не получилось? Или, как это у них, у мужиков — это не мой ребенок, да?
Почему они так сразу в этом уверены? Даже посчитать не могут? Тут же всё природой предусмотрено! Ну, почти всё!
И ведь знал меня старший лейтенант! Знал!
Знал, что под первого встречного не лягу и из одной койки в другую не прыгну…
И что?
— Вер, я знал, что ты беременна. Но мне сказали, что ты замуж вышла. Что тебе отец какого-то там майора чуть ли не выписал…
Что? Сказали? Ему сказали, и он поверил?
Закрываю глаза.
А как же… как же слово офицера?
Слезы предательские всё же текут.
— Вера, ты что… ты плачешь?
Головой мотаю.
— Уйди… уйди, пожалуйста…
— А вот никуда я не уйду!
Я не понимаю, как он так быстро оказывается на моей кровати, садится, берет за руку, которую я пытаюсь спрятать, отнять.
— Вера, перестань.
— Не надо, уйди, пожалуйста…
— Не уйду… глупая девочка Вера. Не поняла еще? Никуда я не уйду. Всё. Я вернулся.
— Ты обещал тогда… ты же слово офицера дал…
— А ты ждала?
Не отвечаю, просто не могу.
Ждала…
Нет, конечно.
Ждала! Еще как ждала!
Мечтала, дурочка искалеченная, что он возьмет и вернется, что для него генеральская дочка Вера что-то да значит!
И потом… слово офицера!
Я же с детства, с раннего детства привыкла, что такое слово держат, понимаете?
А он…
— Вер… прости меня. Я…
— Вы дали слово офицера, товарищ генерал. Слово офицера.
— Да.
Голос его такой тихий, низкий… Он что-то задевает внутри, царапает, раздражает.
— Я его дал. И… я ведь вернулся, Вер…
— Двадцать лет прошло.
— Двадцать один.
— Долго же вы свое обещание выполняли.
— Вер, я…
Дверь в палату открывается.
— Добрый день…
Глава 17
Альбина заходит, улыбаясь как ни в чем не бывало.