Элен Блио – Пантера для сокола (страница 6)
Нельзя верить в то, что ты летишь. Слишком больно падать.
Лира поверила. В который раз поверила в то, что сможет.
Что у судьбы всё-таки изменились на неё планы. Лира поверила.
Когда же ты, глупенькая, перестанешь верить? Когда?
Внутренний голос шептал спокойно, без издёвки, с жалостью.
Когда.
- Эй, девонька… ну что ты там? Не боись. Не тронем. Мы своих не трогаем.
Своих?
Он сказал своих?
Лира не верила ушам. В них опять звенело. Эхом отдавалось что-то пустое. Как жестянка, брошенная на асфальт.
Своих.
Она подняла голову. Рассчитывая на что угодно. На то, что получил удар, тычок, плевок. Она была готова ко всему.
И было уже, по большому счёту всё равно.
Лира приняла тот факт, что её жизнь сейчас закончится.
Вот тут. На этом грязном пятачке земли. В нескольких метрах от дороги по которой не так давно пролетел шикарный блестящий хромированными деталями элитный автомобиль того, кого она, как думала, любит. И который, как она думала, любит её.
Никакой любви не существует.
Её нет. Это так же нереально как машина времени. Нет, даже еще нереальнее. Потому что машину времени в принципе в теории можно создать.
Лира даже почти придумала как.
Нужно было соединить пространство и время в нужной точке и найти способ переместиться туда. Вот так просто. Заставить мир не просто остановиться, а двигаться в обратном направлении. Она успела прочитать, что физики уже нащупали какой-то метод. Правда, пока им проще было отправиться вперёд. Не важно.
Физика реальна.
Любовь…
Она знала только одну любовь. Материнскую.
Но, как говорят – это другое. В её случае совсем другое.
Любовь матери была. Она реальна.
Любовь мужчины…
Разве любили её те, кто рвал её тело как дикое мясо в первый раз? Ей бы просто сойти с ума тогда. Лира знала, что это возможно. Она видела таких девушек. Ей было страшно смотреть на них. Они словно ушли в себя. Весь мир был для них враждебным, чужим, жутким. Они не справились.
Лира справилась.
Она победила.
Ей так казалось.
Потом были другие.
Те, которые покупали. Те, кому она должна была улыбаться и выполнять всё, что они требуют.
Совсем всё.
О чём вы подумали? Да. Даже это.
Любое желание за ваши деньги. Любой каприз.
Только вот деньги получала не Лира.
Деньги получала директор Алексеевского детского дома, которая поселила бывшую ученицу в общежитие, где она якобы ждала получения ордера на причитающуюся квартиру. Общежитие было похоже на тюрьму. Нет, оно и было тюрьмой. Выходить не разрешалось. Никаких личных вещей, телефонов, других гаджетов. По сути, это был публичный дом. Правда, клиентов туда не водили. Это их возили к клиентам. Под присмотром.
За Лирой смотрел Крот. Коля Кротов. Один из тех, кто тогда её… бил. А потом… Он был её цербером. Цепным псом. Сначала пытался казаться бесстрастным. После очередной ночи вёз её в «общагу», притормозил в переулке, полез.
- Я ж люблю тебя, дурочка, хочешь, сбежим? Бабло есть. Я тебя спрячу. Будешь только со мной.
Лире было очень плохо с клиентами. Очень. Но с Кротом… было бы еще хуже. Её тогда чуть не вырвало. Он не принуждал. Нет.
- Не могу тебя после них. Брезгую… Эти козлы богатые всеми болезнями болеют. Я тебя увезу. Сначала анализы сдашь. Потом почистят тебя. Помоют. Я уже узнал, как это сделать. Как новенькая будешь. Могут даже зашить. Представляешь? Свадьбу сыграем. А ты – девочка! И я буду первым. Опять…
Опять…
Она тогда еле-еле смогла подавить рвотный позыв.
И тихий ужас.
А потом… потом рассказала всё директрисе.
Крота она больше не видела. Слышала, что его пустили в расход. То есть… Ну да. То самое.
Из-за неё.
Ей было не жаль.
У Лиры тогда вообще не было никаких чувств.
А потом… потом её нашла тётя Рая.
И жизнь стала уже не так похожа на ад.
Вернее, тётя Рая старалась, чтобы жизнь Лиры была счастливой. Она её увезла. Вылечила. Да, богатые мужчины действительно болели. Тело вылечила.
А душу…
Души у Лиры не было. Она так думала.
Думала, что её нет. Уже нет.
Как раз тогда она еще была. Душа.
Была.
Хотела счастья. Света. Любви хотела.
Той, которой не бывает.
Тогда она посмела поверить в то, что любовь есть и, наконец, настигла её. Догнала.
Успела схватить её за косы и затащить в последний вагон.
Да?
Нет.
Обман.
Опять обман. Снова. Только на этот раз еще более страшный.
Опустошающий.