Элен Блио – Кавказский брак. Нелюбимая (страница 44)
Меня заставят поехать!
Они инсценируют мой побег.
Осман будет в ярости.
И он точно меня не простит.
Или…
Или меня просто убьют… что-то сотворят со мной.
Но он всё равно будет уверен, что я предала.
Я чувствовала дикое опустошение.
Меня словно выпотрошили изнутри.
От состояния какого-то нереального, немыслимого счастья я упала в состояние полной апатии.
Безразличия.
Я понимала, что это финал моей истории любви.
Что я зря понадеялась, поверила в счастье.
Счастья не будет. Счастье мне не светит.
Только боль. Боль. Боль…
Лучше бы меня убили.
Лучше бы он думал, что я его предала, но меня бы уже не было.
Самое страшное было смотреть в его глаза и видеть там разочарование.
И пустоту…
Но почему он поверил?
Как он мог поверить им после всего? Как?
Он предал меня снова.
Снова… снова… снова…
Глава 29
Боль, боль, боль… Океаны боли.
Только теперь она фантомная.
Боль того, чего уже нет.
Боль любви, которой нет. Души, которой нет.
Но надо на что-то решаться.
Надо говорить!
- Алия, думаю, вам необходимо сейчас увидеться с мужем. – Диана Алиевна старается говорить мягко. – Решать все вопросы стоит начинать уже сейчас. Ты же понимаешь, девочка?
Киваю. Я понимаю, разумеется.
Но боль такая острая.
Словно заноза, которую хочется выдернуть и нельзя. Если ты её вытащишь кровь хлынет диким потоком и затопит, вытечет вся.
- Да, я готова его принять. – отвечаю, и с тоской думаю – пришёл не один. Кто с ним? Почему?
Дверь открывается и я вижу…
- Тётя…
- Девочка моя, моя маленькая девочка…
Тётя Зулейха обнимает меня, прижимая к себе.
- Прости меня девочка, прости, что уехала так и… не давала о себе знать. Я пыталась, но твой отец…
Зулейха гладит меня по голове, причитает, плачет, а я бросаю взгляд на Османа и встречаюсь с его глазами.
Кажется, он еще сильнее осунулся. Бледный. И взгляд у него такой тяжелый.
Разглядывает меня как одержимый, жадно, так, что мне приходится покраснеть. Кивает мне.
- Здравствуй, Алия. Как ты себя чувствуешь?
- Он нашёл меня, - шепчет тётя, - Попросил приехать немедленно, а я только рада была.
Опускаю глаза, потом снова смотрю на мужа краснея.
Я не могу солгать.
Я обязана сказать про ребёнка сейчас. Всё равно выяснится, что я беременна.
Идда. Даже если мы разведёмся, по идде нужно будет ждать три месяца, и Осман так или иначе всё узнает.
- Нормально, Осман, спасибо, я…
- Поговори с тётей. Я подойду позже. Нам тоже нужно… поговорить.
Киваю.
Нужно.
Но так больно…
Больно, когда снова и снова в голове как киноплёнка прокручивается. Кадр за кадром.
Как меня увозят силой. Как я сопротивляюсь. Как меня якобы прячут. И как меня находит Осман.
Тщательно спланированная ловушка для нас.
Для него и для меня.
Они знали, что его чувства ко мне не так однозначны.
Поняли, что тот самый шаг от ненависти до любви мы с Османом сделали.
Но им не нужно было, чтобы Осман меня любил.
Им нужна была только ненависть.
Его ненависть.
Моя ненависть.
Только она, сжигающая изнутри кислотой.